– Пусть так. Но к чему все эти философские рассуждения? Что они нам дают? Мы раскроем Макрою глаза, он обидится на свое руководство и улетит захватывать Весту?
– Э, нет, ребята! Веста нужна и нам, да и Федерация на такую подставу смертельно обидится! Речь немного не о том. Давайте слегка отвлечемся от тактики, а то уже битый день о ней спорим. Вы внимательно читали досье, присланное оперативным штабом? Джон Макрой всего лишь начальник одного из отделений большой корпорации и вряд ли что-то понимает в космических баталиях или стратегическом планировании.
– В любом случае он хищник! Опасный хищник во главе сплоченного коллектива и безумно мощной техники!
– Чушь! Это обычная крыса! Любая растущая корпорация для получения результата на выходе вынужденно превращается в огромный бездушный механизм, нацеленный лишь на достижение прибыли! И тогда по ее карьерным лестницам начинают взбираться не крутые специалисты, а эффективные менеджеры, четко выполняющие инструкции и распоряжения начальства. Они сильны только в интригах, а выделяемые бонусы им важнее, чем производственный цикл или атмосфера в коллективе. Даже мероприятия по укреплению корпоративной солидарности они проводят для галочки, вызывая признаки тошноты у рядового состава при каждом упоминании новых мер по сплочению сотрудников.
– Ты утрируешь!
– Да неужели? Клятый капитализм всегда являлся монстром, выбивающим из людей живое и оставляя лишь нездоровый интерес к деньгам. А в наше время он выродился совсем, перестав хоть как-то развиваться! Расходы минимизировать, функционал товара урезать, срок эксплуатации сократить, вот и всё, на что корпорации сейчас способны! Главный девиз для розничного рынка: вся техника должна выходить из строя сразу после истечения гарантийного срока, чтобы новые модели продавались активнее! В нижних слоях нынешних суперкомпаний постепенно теряется искра творчества, все не столько трудятся, сколько мучаются от бесконечных хитро вывернутых отчетов, с которыми не может справиться искин, и пытаются банально отбыть время, не допустив откровенных нарушений и свалив на соседей непонравившуюся работу.
– Как же мы тут оказались, если все так плохо? Когда приспичило, те же корпорации придумали все эти технологии, позволяющие нам выживать в дальнем космосе!
– Если как следует покопаться в архивах, то окажется, что все эти технологии были достигнуты элементарным поглощением мелких стартапов! Хотя надо признать, что если речь идет о жизни и смерти, то капитализм иногда способен собраться с силами и даже победить, вспомните первую высадку на Луну или гонку на выживание с социализмом. Но делает он это в основном за счет подкожного жира, накопленного грабежом колоний и слабейших противников! В упомянутом случае, например, речь шла о выборе между освоением ближайших планет и третьей мировой войной за остатки ресурсов! Но как капитализм себя ведет в обычное время, когда ему ничто не угрожает? Мы за двести лет освоения Солнечной системы не ушли дальше астероидного пояса! По сравнению с двумя десятилетиями после Второй мировой войны, за которые человечество вышло в космос, изобрело ядерное оружие и способы его доставки к цели, мы топчемся на месте, и корпорации этому самый яркий пример! Бюрократия опутывает там всех с головы до ног, идет грызня за зарплату, должности, и лишь менеджеры по продажам чувствуют себя в подобной структуре как рыба в воде!
– Продажники-то тебе чем не угодили?
– Чем? Эти особи заточены лишь на то, чтобы лживыми посулами и откровенным обманом заманивать к себе клиентов. Более того, вскоре такой образ мыслей становится для них нормой даже в своей жизни. Через пятнадцать-двадцать лет за редким исключением они представляют собой престарелых теток разного вида комплекции, но одинаково хорошо ухоженных, без семьи, детей и увлечений, либо молодящихся мачо без того же самого, но с пылким сексуальным задором в глазах и рассказами о новых похождениях, машинах и объемах выпитого. Наверх пробиваются самые циничные из них. Поначалу они могут даже панибратски здороваться с вами по пути на работу, но в конечном итоге корпоративная жизнь заставит их воротить от вас нос, поскольку вышвыривать знакомых на улицу при ежедневных реорганизациях штатного состава губительно для любой психики.
– И?
– Джон Макрой один из таких менеджеров. Он не то что не военный, а даже не специалист, поскольку в один прекрасный момент понял, что деньги зарабатывают не умом, а степенью прогиба. Теперь он остался один на один с вами, молодыми волчатами, которых натаскивали на уничтожение и у которых погиб боевой соратник. Джон Макрой скалится и рычит не хуже вас, вот только опыт он приобрел совсем на другом поприще! Как бойцы вы гораздо сильнее его!
– Это совершенно понятно и без тебя, но что ты скажешь о капитане, подлиза?
– С капитаном эсминца хуже. Образование он получил в Колорадо-Спрингс, когда Академию ВВС еще и не думали разгонять. С другой стороны, этот тип уже научился прогибаться! Англосаксы, поставив на корпорации в будущем противостоянии наций, сэкономили кучу денег и даже повысили качество образования, но, ликвидировав предшествующую систему военных учреждений, воспитывающих офицеров на государственном уровне, они лишились стержня, на котором держится патриотизм. Райли Брэнсон фактически стал обычным менеджером, который осознает, что если взбрыкнет, то не с честью выйдет в отставку и получит пенсион по выслуге лет, а ему просто пришлют уведомление по почте о том, что корпорация больше не нуждается в его услугах. Он станет жить на то, что накопил, обычным пенсионером, без малейшего почета и уважения со стороны государства и соседей. Он уже слуга, а не защитник, однако беспрекословное подчинение у него все еще в крови! Если Макрой или корпорация будут на него давить, то Брэнсон сделает все, что потребуется, и даже не пикнет!
– И что?
– И все! Нужно побеждать людей, а не эсминец! Кроме того, нам совсем необязательно вступать в открытый бой, необходимо лишь продержаться, пока силы Федерации не опередят англосаксов на пути к Весте. После этого поднимется такой вой, что всем будет не до нас! Если мы еще свои проблемы за это время решим, будет совсем здорово!
– И как ты предлагаешь это сделать? Мы, кстати, опять скатываемся к тактике, о которой не можем договориться вторые сутки!
– Выход только один! Давайте воспользуемся слабостями находящихся на эсминце людей, которые испытывают недостаток в правдивой информации, и их противоречиями с руководством компании! На них давят, чтобы заставить быстро нас уничтожить и уйти к Весте? Давайте поможем им в достижении этой благородной цели! У них цейтнот? Пообещаем сделать это быстро! Их опережают? Ничего, предложим им то, что сломит сопротивление врага!
– Э… что ты имеешь в виду?
– Говоря риторически, повесим у них перед носом сладкую морковку, пусть прыгают! Не дотягиваются? Пусть прыгают чаще! Количество, так или иначе, перейдет в качество!
– Острячка! И на какой крючок мы подвесим наживку?
– Вам разжевать и в рот положить? Так уже почти! Глотайте! В конце концов, я всего лишь сущность, не имеющая права решающего голоса. – Усевшись перед собравшимися на такую же, как она сама, виртуальную табуретку, Машка мановением руки сменила пилотский комбинезон на легкий летний наряд, более подходящий для пляжа, нежели космоса. Оглядев притихшую аудиторию, она легкомысленно закинула ногу на ногу и ехидно улыбнулась. Короткая юбка задралась, немного оголив бедро, но новоиспеченная звезда одергивать ее не стала и лишь жеманно добавила под смешки женской части коллектива: – Я, конечно, могу предложить себя, мальчики, но буду ли я той приманкой, на которую клюнут англосаксы? Это не горячие русские парни, а меркантильные снобы! Ищите не женщину, а деньги! А пока вы напрягаете свои мозги… Девчонки, не знаю, как вы, а я устала от этих бесконечных споров! Пусть лошади работают… и ваши кавалеры! А мы пойдем отдыхать! Лаборатория Айхсфельдии к вашим услугам! Я отделила там специальный уголок, где вас ждут прекрасные комфортные ванны, косметические процедуры, массаж и даже операционная пластического автохирурга! И, что самое примечательное, все абсолютно бесплатно! Роботы уже почистили помещение от старых хозяев и навели стерильную чистоту, оборудование я перепрограммировала… Как насчет того, чтобы развлечься? На войне маленькие житейские удовольствия как никогда сверкают новыми красками!
Глава 15
Лучший способ стать умнее – иметь дело с более изощренным противником.
Джон Макрой недвижимо сидел в кресле и молча смотрел на небольшой столик, где в художественном беспорядке были разбросаны пузатые фужеры, так и не вскрытая бутылка с любимым напитком двадцатилетней выдержки и сброшенный с головы вычислитель.
Ему было о чем задуматься.
Противостояние затянулось.
Русские сопротивлялись уже два дня, и хотя их шансы удержать позиции с каждым часом уменьшались катастрофически, отступать не планировали.
Для Джона это вылилось в несколько неприятных минут общения с руководством корпорации. Резкие требования немедленно ускорить проведение операции и уничтожить противника закончились прямым намеком на снятие с должности, если проблема не будет решена в течение суток. Он пообещал сделать всё возможное, хотя так и не понял, где подгорело. Какая разница, за какое время будет уничтожена лаборатория? Но на этот вопрос ему не ответили, как и на многие другие. С ним, вообще, по сути, не разговаривали, а просто доводили до сведения. Эти напыщенные выскочки даже не попеняли ему потерей контакта с особью и внеплановым опустошением складов с запчастями, настолько это было для них неважно.
Важно было лишь время.
Ему ставили в укор эти несчастные два дня, словно те принадлежали лишь им, а он продал их на сторону. Два дня, в течение которых он спал всего три или четыре часа. Два дня, заполненные мерзким запахом обугленного пластика, перегоревшего оборудования и постоянно ускользающим ощущением скорой и неминуемой победы. Два дня, за которые Макрой так и не смог понять, что делать с последним рубежом, вставшим на его пути.