Опасаясь за судьбу трона, король Хусейн 10 апреля 1957 года отправил правительство в отставку. Однако тандем Набулси — Абу Нувар попытался оказать давление на остальные политические силы Иордании с целью не допустить создания прокоролевского кабинета. Одновременно в армейских казармах в Зарке и Аджлуне начались волнения, которые состоявший в иорданской организации «Свободные офицеры» (создана по египетскому примеру) Абу Нувар хотел трансформировать в вооруженный мятеж для свержения короля.
13 апреля Али Абу Нувар отдал приказ окружить Амман, угрожая свергнуть монарха и провозгласить республику. Ситуацию спасли лояльные трону офицеры-бедуины, поднявшие вверенные им войска против мятежников из гарнизона в Зарке. Помимо этого, 16 апреля, в разгар операции против мятежников, 200 бедуинских шейхов публично принесли королю клятву в своей полной преданности трону. Борьба внутри офицерского корпуса закончилась победой прокоро-левских сил. Действовавшие по согласованию с Сирией А. Абу Ну-вар и его преемник генерал А. Хияри бежали в Дамаск. Дядя короля шериф Насер Бен Джамиль сформировал особое подразделение для охраны дворца, а на ключевые посты в армии были назначены преданные монарху офицеры[242]. 25 апреля новый командующий армией Хабис аль-Маджали ввел чрезвычайное положение и приступил к нейтрализации левонационалистических и прокоммунистических деятелей. На следующий день было объявлено о запрете политических партий, через неделю — других общественных организаций левого толка. В Иорданию были введены иракские войска (не забудем о том, что тогдашний король Ирака Фейсал II был троюродным братом короля Иордании Хусейна). Короля поддержали также США, направившие в Восточное Средиземноморье Шестой флот во главе с авианосцем, носившем имя министра обороны Дж. Форрестола. С сентября 1957 года в Иорданию начала поступать американская военная помощь.
14 февраля 1958 года Иордания и Ирак провозгласили образование Арабской Федерации, целью создания которой было противостояние Объединенной Арабской Республике (ОАР), сформированной путем слияния Египта и Сирии буквально в то же время (первые соглашения о создании панарабского государства были подписаны в Каире 1 февраля 1958 года Г.А. Насером и президентом Сирии Шукри аль-Куатли; 21 февраля в Египте и Сирии прошли референдумы об объединении в единое государство, а Г.А. Насер был избран президентом ОАР; акт об объединении стран был подписан их президентами 22 февраля, при этом было объявлено, что любое из арабских государств могло присоединиться к ОАР). Попытка расширить Арабскую Федерацию путем привлечения Саудовской Аравии успехом не увенчалось: сказалась традиционная вражда саудитской (Саудовская Аравия) и хашимитской (Иордания и Ирак) династий. Весной отношения между этими двумя арабскими блоками настолько ухудшились, что многие предсказывали новую войну в регионе. Однако Арабская Федерация просуществовала недолго: 14 июля 1958 года в Ираке произошла антимонархическая революция, установившая в стране республику, а 2 августа расторгнувшая федеративный договор.
Ареной конфронтации двух федераций стал Ливан, где в 1958 году резко обострилась внутриполитическая обстановка. В стране фактически возникло острое противостояние прозападных либеральных группировок, интересы которых выражал президент Камиль Шамун (Camille Nimr Chamoun, 1900–1987), и антизападных радикально-националистических сил, объединившихся в Национальный фронт с участием ливанских коммунистов. Ливанское правительство приняло «доктрину Эйзенхауэра» и согласилось получать в соответствие с ней американскую военную помощь. Оппозиция обвинила правительство в нарушении принципа нейтралитета Ливана и стала развертывать против него воинственную агитацию. Напряженность в стране достигла пика в маю 1958 году, когда в стране началась всеобщая забастовка, переросшая в массовые антиправительственные выступления. К. Шамун обратился за помощью к Арабской Федерации, руководство которой решило перебросить на территорию Иордании, ближе к границам Ливана, крупную группировку иракских войск.
Однако события приняли совершенно неожиданный оборот: когда предназначенная для марша в Иорданию группировка иракских военных во главе с бригадным генералом Абдель Каримом Касемом (1914–1963) подошла к Багдаду, она неожиданно 14 июля 1958 года осуществила в Ираке кровавый военный переворот. В его ходе была уничтожена вся политическая элита страны, были убиты король Фейсал и вся королевская семья (за исключением супруги наследного принца принцессы Хайям, которая была ранена, но выжила), многолетний глава правительства страны Нури Саид, бывший регент Абд эль-Илах и другие. Здание английского посольства было сожжено. Монархия была ликвидирована. После переворота в Ираке, который был сердцевиной Багдадского пакта, стало казаться, что один за другим рушатся все прозападные режимы Ближнего Востока.
Король Иордании Хусейн провозгласил себя главой Арабской Федерации и попытался организовать интервенцию в Ирак с целью свержения режима А.К. Касема, однако эти планы реализованы не были — более актуальной была защита самого Хусейна и его режима от того, чтобы в Иордании не произошел переворот, подобный случившемуся в Ираке. 17 июля под предлогом защиты Иордании от угрозы со стороны Египта в Иорданию стали прибывать британские войска; в августе их число достигло четырех тысяч человек. Неожиданно для Великобритании и США король Саудовской Аравии отказался предоставить воздушное пространство своей страны для того, чтобы американские и британские самолеты могли использовать его для создания «воздушного моста» в Иорданию, и страной, которая сделала возможной военную операцию по спасению режима короля Хусейна, оказался Израиль. Несмотря на противодействие со стороны депутатов от социалистической Объединенной рабочей партии (МАПАМ), Д. Бен-Гурион разрешил пролет английских и американских самолетов с войсками и снаряжением над израильской территорией в Иорданию с утра 17 июля.
Борьба за спасение короля Хусейна шла на трех фронтах: внутренняя оппозиция и офицеры, близкие к А.К. Касему, были факторами важными, но не единственными. Президент Египта Г.А. Насер не особенно скрывал свою вовлеченность в борьбу с режимом короля Хусейна: в ходе визита в СССР на переговорах с участием Н.С. Хрущева, прошедших 30 апреля 1958 года, он говорил, что «народ Иордании настроен против существующего правительства. Там в любой момент можно ожидать сильное движение за создание национального правительства. Если такое правительство будет создано в результате народного движения, то оно попросит у нас помощи и нам трудно будет остаться в стороне». Единственное, что сдерживало Г.А. Насера — боязнь столкновения с израильской армией. «Западные державы могут воспользоваться этой обстановкой и толкнуть Израиль на то, чтобы он перешел границы Иордании, — выражал опасения Г.А. Насер. — Это приведет к войне с Израилем, который может быть поддержан западными державами путем посылки добровольцев из других стран, в частности Франции и Америки»[243].
Американская дипломатия вела в это время двойную игру. С одной стороны, от израильских руководителей требовалось ни в коем случае не задействовать силы израильской армии для каких-либо операций на территории Иордании; 23 октября 1957 года госсекретарь Дж. Ф. Даллес отправил Д. Бен-Гуриону отдельное послание на эту тему[244], после чего американские представители поднимали эту тему вновь и вновь, требуя от Израиля не инициировать новый региональный вооруженный конфликт, каковы бы ни были векторы развития событий. При этом американская администрация требовала от Израиля не вмешиваться в происходящее и ни в коем случае не пытаться оккупировать Западный берег, заставив Д. Бен-Гуриона дать обещания воздержаться от шагов такого рода[245]. При этом на просьбу главы израильского правительства, направленную в октябре 1957 года, чтобы США гарантировали безопасность Государства Израиль, распространив мандат сил НАТО на Ближний Восток, госсекретарь Дж. Ф. Даллес ответил отказом, ограничившись лишь констатацией того, что США «заявили Советскому Союзу о своей поддержке независимости и территориальной целостности всех государств Ближнего Востока, включая Израиль»[246]. С другой стороны, в беседах с представителями Египта, в том числе лично с Г.А. Насером, американские дипломаты отмечали, что в случае если в Иорданию будут направлены египетские силы, Израиль с высокой степенью вероятности предпримет вооруженную операцию против них, а США не смогут сделать практически ничего, чтобы предотвратить такое развитие событий; именно это говорил Г.А. Насеру личный представитель Д. Эйзенхауэра Роберт Д. Мерфи (Robert Daniel Murphy, 1894–1978)[247]. Американцам было очень удобно использовать израильскую угрозу для того, чтобы отговаривать Г.А. Насера от участия в свержении Хашимитского режима в Иордании, при этом сдерживая Израиль от того, чтобы использовать кризис в целях улучшения собственного геополитического положения. Эта политика принесла свои плоды, позволив сохранить режим короля Хусейна тогда, когда это менее всего было очевидным.
Когда он только огласил свою речь, Д. Эйзенхауэр назначил Джеймса Ричардса (James Richards, 1894–1979) специальным посланником по ведению переговоров с государственными деятелями Ближнего Востока, касавшихся данной доктрины и ее реализации; 7 января 1957 года Д. Ричардсу был присвоен ранг чрезвычайного и полномочного посла. 2–3 мая 1957 года Д. Ричардс находился в Израиле, где его приняли Д. Бен-Гурион, Г. Меир и бывший тогда министром финансов Л. Эшколь. Согласно его отчету, израильские руководители не поднимали вопрос о поставках оружия, сосредоточившись на двух темах: защите Израиля в случае возможного нападения той или иной арабской страны при поддержке Советского Союза (при этом Д. Бен-Гурион и Г. Меир отказались публично заявить о поддержке Доктрины, аргументировав это беспокойством за судьбу евреев в странах за «железным занавесом») и предоставлению Израилю экономической помощи на нужды абсорбции новых иммигрантов. Д. Ричардс особо отметил в телеграмме Дж. Ф. Даллесу, что не взял никаких обязательств ни по первому, ни по второму вопросу