Каспийское море и его порты находятся "у гуннов", в пределах владений гуннов, и эти племена живут за "Каспийскими воротами" - за дербентским проходом.4
Исключительный интерес представляет следующее известие: "20 лет назад или немного более у гуннов появилось Писание на их языке". Автор указывает, что он пользовался здесь устным источником. Он получил свои сведения от двух "праведных мужей: Иоанна из Решайны, который был в монастыре Бет Айшахуни близ Амида, и Фомы Кожевника (???????), которые были взяты в плен (во времена) Кавада примерно пятьдесят лет тому назад. Они были проданы в рабство и из персидских областей перешли в края гуннов, пройдя через (Каспийские) ворота, и оставались в их земле больше тридцати лет. Они. взяли там жен и произвели детей. Теперь они возвратились и рассказали нам устно то, что следует дальше".5
Этот рассказ сообщает подробности истории, рассказанной выше, и содержит хронологические данные, хотя и сбивчивые.
"После того как пленные были уведены от ромеев (=византийцев) и приведены к гуннам, они оставались в их земле тридцать четыре года. Тогда к человеку по имени Кардост, епископу в земле Арран, явился ангел, как сообщил нам этот епископ".6 Кардост - имя, которое соответствует греческому Феоклет, прибыл из Армении (Аррана=Албании), так же как его преемник, "другой армянский епископ Макарий". Кардост, сопровождаемый тремя священниками, к которым затем присоединились еще четыре, прибыл к пленным в землю гуннов, чтобы окрестить их, приобщить их к святым тайнам и .посвятить священников. Епископ и его спутники двигались не через "Каспийские ворота", которые денно охранялись гуннами; они проникли "в эту варварскую страну" малоизвестными "тайными тропами". В этой стране не было мест для отдыха, потому что она была населена кочевыми племенами, не было "спокойных жилищ". Как излагает наш источник, "эти семь святых мужей" каждый вечер находили семь хлебов и кувшин воды. Они разыскали пленных, преподали им наставления и окрестили "множество гуннов". Священники прожили там "седмицу годов", т. е. семь лет, и перевели "Писание" на язык гуннов. Под "Писанием", несомненно, имеется в виду евангелие, может быть какой-то молитвенник и перевод литургии, но само слово "Писание", дважды повторенное нашим источником, обозначает священную книгу христиан, в данном случае Новый завет.
В источнике нет последовательных дат, но хронологию можно установить по указаниям продолжительности пребывания у гуннов пленных и миссии. Пленные оставались у гуннов тридцать четыре года; после того как Кардост и его спутники прибыли к ним со своей миссией, они провели там семь лет и сделали перевод "Писания". Амид был взят Кавадом в январе 503 г. 34 года плена дают 537 г.; прибавив к ним еще семь лет миссии, мы получим 544 г. Но тогда нельзя было бы сказать в 555 г., что "Писание" было переведено примерно 20 лет тому назад.7 Может быть, информаторы автора пробыли в плену всего 34 года, но это не указывает нам года прибытия миссии. Во всяком случае факт перевода "Писания" на гуннский язык миссией армянского епископа Аррана Кардоста засвидетельствован надежным источником и датируется второй четвертью VI в.
Император Юстин I до 526 г. послал в Боспор "младшего племянника" покойного императора Анастасия патриция Проба "с большим количеством денег", чтобы "купить" (т. е. нанять) воинов, "чтобы помочь иверам сражаться с языческими народами. Согласно Прокопию, Проб: ??? ??????? ??????? ?? ???????? ??????? ??' ? ????????? ?'????? ???????? ????????? '?????? ????? ?? ?????????.8
Год этой экспедиции неизвестен. Мюро относил ее к 552 г., но эта ошибочная дата не подтверждается источниками.9
Точная дата этого события не установлена и до сих пор; во всяком случае эта экспедиция состоялась до 526 г.10
Весьма возможно, что во время своей поездки в Боспор Проб интересовался пленными, уведенными из византийских провинций; наш сирийский источник сообщает, что "он хотел их видеть", "он получил их благословение и почтил их в присутствии (буквально "перед глазами") этих людей."11
Таким образом, пленные из восточных провинций Византии, так же как христианская миссия, прибывшая из Армении, представляли особый интерес для империи. Когда эти факты стали известны "нашему императору", как говорит автор Дополнения (эта деталь указывает, что он был византийцем - греком или сирийцем), "он послал из ближайших городов, принадлежащих Ромейской империи, тридцать мулов, нагруженных пшеницей, вином, маслом, льном, другими фруктами (продуктами) и священными сосудами". Эти тридцать мулов доставили подарки Проба, "человека набожного, мягкосердечного и усердного в добрых делах, подобных этому".12
Кардост провел среди гуннов 14 лет, но после него был "другой армянский епископ по имени Макарий", который продолжил дело своего предшественника. Он был хорошо подготовлен для этой задачи.
Христианизация языческих народов была выгодна Византии: она увеличивала ее влияние и престиж. Но христианизация оказывала, как показывает нам источник, положительное влияние на культурную и экономическую жизнь этих народов. Вместе с религией они познакомились с культурой земледелия, хлебом, мало знакомым "варварам", научились сеять и собирать урожай.
Епископ Макарий не только проповедовал христианство и крестил гуннов, но также "сажал овощи и сеял зерно", построил "церковь из кирпича" (сир. dalbane - греч. ???????). "Когда владыки (salitte - сир., мн. число) этих народов познакомились с этими нововведениями, они были изумлены и обрадовались этим людям. Они почитали их, и каждый звал их в свою местность и к своему племени. И они просили их быть их учителями. Они остаются там до сих пор".13
Таким образом происходило распространение достижений цивилизации и создавался более высокий культурный уровень. Христианизация приносила большое число новых идей и мыслей, более изощренных и разработанных. Гунны получили возможность читать, изучать "Писание" на родном языке. Источник указывает, что язык перевода был гуннским, но о характере письменности можно лишь строить предположения.
В близлежащих иранских областях были распространены особый вариант сирийского алфавита - сиро-манихейский, который приписывают самому Мани, а также согдийский алфавит. В 568 г. тюркские племена прислали грамоту, документ, который ученый Менандр называет ?? ?????? ?? ????????. Вероятно, это было то же письмо, которым был сделан перевод священных книг. Это предположение подтверждается и тем, что гунны жили по соседству с согдийцами, и тем, что Кардост прибыл из Армении, где мог быть известен согдийский алфавит.
Весьма вероятно, что гуннами, о которых говорит наш источник, были "гунны, называемые сабирами", хорошо известные византийским историкам. В середине VI в. они воевали то на стороне персов, то на стороне Византии. В их племенах насчитывалось около 100 тысяч воинов. Прорвав оборону "Каспийских ворот", они обрушились на византийские провинции.14
Христианизация соседних народов, которую проводила Византия, приобщала эти народы к письменности и способствовала их участию в литературе и духовной жизни.
СИРО-ПАЛЕСТИНСКИЕ ФРАГМЕНТЫ
ПСАЛМОВ 123-124
В научных библиотеках Ленинграда хранится значительное число сирийских рукописей. Часть из них представляет древние кодексы, имеющие большое научное значение. В качестве примеров можно назвать рукопись "Церковной истории" Евсевия Кесарийского,1 кодекс, содержащий "Учение Аддая",2 жизнеописание апостола Иоанна,3 "Обретение креста" и "Житие Иуды Кириака",4-5 сборник мелкитских песнопений в честь девы Марии в старинной форме акафиста, конец уникальной рукописи "Жития" Сахдоны,6 кодексы библейских книг, написанные в V-VI вв., и т. д. Детальное описание всех сирийских рукописей Ленинграда, подготовленное мною, не опубликовано.7
Среди рукописей Публичной библиотеки находится значительное количество сиро-палестинских фрагментов. Большая часть из них была опубликована Ландом.8 Это палимпсесты, содержащие фрагменты Ветхого и Нового завета, с грузинским текстом поверх сиро-палестинского.
Академик П. К. Коковцов опубликовал в 1906 г. два прекрасных листа из коллекции Порфирия Успенского, содержащих фрагмент гомилии Ефрема Сирина о покаянии, несколько строк из "Учения египетских отцов" и фрагмент гомилии неизвестного автора.9
Другой сиро-палестинский текст Публичной библиотеки до сих пор не привлекал внимания исследователей. Это поврежденный лист пергамена, привезенный Тишендорфом из путешествия на восток в 1857 г. Весьма вероятно, что он происходит с Синая, оазиса, сохранившего значительное количество древних сиро-палестинских рукописей, где Тишендорф сделал свои важнейшие открытия. В работе "Notitia" о Синайском кодексе этот знаменитый ученый коротко упоминает исследуемую рукопись: "Folium dimidium primum Syriace, post graece scriptum",10 но не приводит больше никаких подробностей.
Пергамен размером 18х17.3 см имеет желтоватый цвет. Его нижний край надорван больше чем наполовину; в середине листа дыра и несколько черных пятен. Лист был прикреплен гвоздями и клеем к доске книжного переплета; можно обнаружить круглые отверстия, оставленные в пергамене гвоздями, следы высохшего клея и несколько мелких кусочков меди, приставших к пергамену. Такая судьба постигала и другие сиро-палестинские рукописи: жития мучеников, опубликованные M. Duensing, находятся в таком же состоянии.
Оборотная сторона нашего листа прилегала к переплету, это предохранило ее от более поздних надписей и сохранило в менее разрушенном состоянии. Лицевая сторона, находившаяся соответственно на внешней стороне переплета, несомненно греческой, была использована для нескольких заметок. Таким образом, рукопись представляет собой, по крайней мере частично, палимпсест. Но верхняя часть листа с обеих сторон содержит только сиро-палестинский текст.
Девять строк греческого текста, написанного поверх сиро-палестинского на лицевой стороне, послужили основанием, чтобы включить пергамен в число греческих рукописей под номером 10