-- Сектанты, что ли? -- полюбопытствовал Максим.
Мужики переглянулись, немного поговорили на своем непонятном языке, потом опять уставились на похищенного.
-- Ты обязан это сделать, -- взял слово крайний слева.
Максим заподозрил, что "это" что-то неприличное и ему стало интересно.
-- Что это я должен сделать? -- спросил парень.
Мужики опять переглянулись и поговорили. Максим терпеливо ждал ответ.
-- Ты должен вернуть нашу материю! -- торжественно сказал второй слева.
-- В смысле?
Не ткань же они потеряли. Да и причем он к какой-то ткани?
Следующим заговорил крайний справа. Говорил он долго, нудно и о странном. Лучше бы и вправду какие-то извращения предлагали или просили найти потерянный рулон ткани.
-- Подождите, -- перебил говоруна Максим. -- Вы хотите, чтобы я вернул исчезающую материю вашего мира? А почему вы решили, что ее взял я?
-- Ты не брал, просто ты умеешь, -- загадочно произнес крайний слева.
-- Умею забирать материю? Никогда этого за собой не замечал. Вот мерцающие придурки, эти да, эти умеют, когда на зеркалах не подрываются. А я даже не пробовал ни разу. И пробовать не собираюсь.
-- Ты умеешь возвращать материю, -- несколько раздраженно сказал второй справа.
-- Допустим, -- не стал спорить Максим. Смысл спорить, если они знают. -- Хотя, технически вы не правы, я ее нифига не возвращаю, я просто превращаю не оформившуюся материю в оформившуюся. Из хаоса порядок делаю. И мама мне запретила этим заниматься, я из-за того крохотного островка чуть не подох. И, да, вы вообще кто?
Мужики опять заговорили на своем непонятном языке. Говорили долго, Максиму даже надоело. А потом до чего-то договорились.
-- Тогда будешь возвращать понемногу! -- подозрительно жизнерадостно заявил крайний справа.
-- Извините, что повторяюсь, но вы кто?
-- Мы зеркальщики, -- хищно улыбнулся крайний слева.
-- А, мерцающие придурки, -- сказал Максим, заподозривший, что его пытаются пугать. -- Интересно, почему паранойя на этот раз не сработала? Она вас всегда чует.
-- Мы экранировались, -- скромненько признался второй справа.
-- Отпустим мы тебя только после того, как ты вернешь материю! Пока посиди и подумай! -- рявкнул крайний слева и все остальные удивленно на него посмотрели.
-- Извините, -- терпеливо сказал Максим. -- Но вам придется ждать до второго пришествия. Или до первого, если его здесь не было. Я не могу возвращать материю, я могу превращать хаос в порядок. Причем, хаос родного мира в порядок родного мира. К вашему миру ни я, ни дракон отношения не имеем. Ищите себе кого-то местного.
Высказавшись, парень встал и шагнул в мир Ярослава.
И оказался на знакомом плато, хотя вроде собирался в город.
С другой стороны, хорошо, что попал именно сюда. Потому что видок для местной погоды не подходит. На плато цвели ромашки, гудели пчелы, летали бабочки. А тут он -- в зимней куртке на меху и с коньками на ногах. Коньки особо были "уместны", они проваливались в землю и выдергивали с корнями бурьян. Максим кое-как дошел до ручья, стянул куртку попил воды и решил подумать.
В том, что зеркальщики зря его похищали, парень был уверен. Если у них даже города на плоскостях строить невозможно, то почему должен что-то строить дракон? Тем более, в том мире ему не нравилось, Максим чувствовал. Вот здесь поток успокоился, хотя по-прежнему был маленьким и закольцованным, не соединяющимся с тем большим, из которого черпал материю для острова. А в мире зеркальщиков пытался сжаться и спрятаться, словно ему что-то там угрожало.
Жалко, что дракон молодой, глупый и ничего не сможет объяснить. Придется самому разбираться...
С другой стороны, а зачем оно ему вообще надо? Там есть местные супермены-похитители, пускай они и разбираются. А то воровать материю в чужом мире они могут, а разобраться со своим миром -- никак.
-- Придурки! -- обозвал мерцающих людей Максим.
Две запыхавшиеся девушки, подруга Тайрин отказалась идти туда, куда ее никто не звал, пролетели по дворцу, как фурии. Сама по себе Дана кабинет тети вряд ли б нашла, она там была только однажды и дорогу не запомнила. Зато братова блондинка ориентировалась так, словно провела в этом здании большую часть жизни.
Возле двери они остановились, чинно подергали за веревочку висящую над дверью, подождали.
Дверь открыл Ижен.
-- Папа, Макса украли! -- заорала дочь, хватая его за рукав.
-- Уже? -- рассеяно отозвался он. -- Как-то они быстро.
Дана застыла с приоткрытым ртом.
Папа тем временем развернулся и заорал:
-- Ризма, приступайте к поиску, его уже украли!
-- Те, кто надо? -- въедливо спросила женщина в кабинете, явно не тетя Айра.
-- Кто и как его украл? -- решил уточнить Ижен у дочери.
Дана ответила одним емким, но нецензурным словом.
-- Мы только увидели как его затянули за забор и все, -- сказала Тайрин. -- Пропал, бесследно. Если бы его потащили к крепости, мы бы заметили.
-- Ризма, те, ищите! Быстро! Если вы мне потеряете ребенка...
-- Ищем, ищем, -- недовольно отозвалась женщина.
-- Идите, девочки, мы его найдем, -- улыбнулся Ижен девушкам и захлопнул перед ними дверь.
-- Что это значит? -- мрачно спросила у двери Дана.
-- Они знали, что его похитят. Поэтому запретили выходить из дворца одному, чтобы сопровождение увидело, что его нет и кому-нибудь сказало, -- объяснила Тайрин.
-- Сволочи.
-- Пошли отсюда.
-- Я их...
-- Идем, идем.
Мелкая блондинка схватила Дану за предплечье и оттащила от двери. Причем, держала крепко и тащила уверено.
-- Но...
-- Ты хочешь им помешать, чтобы искали Максима дольше? -- спросила Тайрин.
-- Нет, -- сдалась Дана. -- Но с папой я еще поговорю.
-- Обязательно поговоришь, -- не стала спорить Тайрин и повела Максову сестру дальше. -- Идем, выпьем чаю, отдохнем. Подождем. Не будем же мы ждать стоя в коридоре.
-- Не будем... -- эхом отозвалась Дана.
Чай им пришлось пить долго. Они успели поговорить о Максиме, о жизни, о любимых пирожных и даже о кошках. А никто их искать даже не пытался.
Что-то у Ижена с компанией явно не ладилось.
-- Есть! -- сказала Ризма. -- Мы нашли их мир. Тонкая грань совсем рядом.
-- Идем! -- обрадовался Ижен.
-- Подожди, сначала защита.
Ижен недовольно наблюдал за тем, как ученицы Ризмы стоят в центре комнаты, трогательно взявшись за руки. Через тонкую грань пройти на самом деле легко, если знаешь как. Зеркальщики, например, не знают, поэтому строят такие ненадежные и энергоемкие штуки, как порталы между мирами. Миры, как известно, не стоят на месте относительно друг друга. И сколько точку сопряжения не высчитывай, она в любой момент может не оказаться там, где должна быть. И тогда людей идущих через портал никто и нигде не найдет, в лучшем случае. В худшем схлопнувшийся портал устроит такой катаклизм, что на много и много километров вокруг ничего живого не останется. А зеркальщики рискуют, раз за разом, из-за самой идиотской из возможных причин.
Самое смешное в этой ситуации то, что порталы зеркальщики всегда открывали на той же тонкой грани, так меньше энергии уходило. Но даже зная эту зависимость, воспользоваться гранью они не могли. У них какая-то совершенно другая теория магии, которая заставляет их выводить энергию за свою границу. Развивать связь с границей мира им в головы не приходило, развивать свою границу они и не пытались, поэтому пройти через грань без портала не могли. У них не было ни якоря, ни стенобитного орудия.
Зато зеркальщики умели воевать. И идти в их мир без защиты действительно не стоило.
-- Готово, идем! -- велела Ризма.
Группа, держась друг за друга, чтобы при переходе не разбросало, шагнула сквозь грань.
И оказалась в мрачной комнате, в которой четыре человека дружно таращились на пустое кресло.
-- Так, -- сказал Ижен, ударив кулаком об ладонь.
Четверка переглянулась и уставилась на гостей.
-- Где мой сын?! -- повысил голос обеспокоенный папаша.
Четверо аборигенов опять переглянулись и заговорили на непонятном языке.
-- Тотин, переводи! -- велела Ризма, сложив руки на груди.
Аборигены сразу же замолчали.
Ижен повторил вопрос о сыне. Четверо местных переглянулись. Ижен повторил еще раз. Аборигены посмотрели на кресло. Ижен тоже туда посмотрел, но Максима не обнаружил и повторил вопрос.
Ризма стояла и любовалась. Особенно умиляло, что и Ижен, и аборигены были серьезны.
К сожалению, продолжался этот цирк не долго. Ижен не выдержал первым и полез в драку. Откуда-то набежали еще аборигены. Сати дружно выставили щиты. Ризма заблокировала дверь, чтобы еще кто-то на подмогу не прибежал. В общем, к разговору вернулись не скоро, только после того, как все еще стоявшие на ногах зеркальщики поняли, что сквозь щиты приготовленные специально для защиты от них, они не пробьют.
-- Как это его здесь нет?! -- задавал второй любимый на сегодня вопрос Ижен. -- Куда вы его дели?! -- добавлял третий.
-- Никуда, он сам пропал, -- в который раз сказал один из четверки встречавших. -- Сидел, сидел, а потом пропал.
Ижен не верил и грозился всех убить. Из-за него у Ризмы не получалось спросить у запуганных грозным папашей зеркальщиков, почему они решили, что воровство островов останется незамеченным?