Тилар громко хмыкнул и сел. Похоже приступы злости родственника его ни капельки не беспокоили.
-- Что у вас опять произошло? -- мрачно спросила Ризма.
-- Максим пропал, -- еще более мрачно отозвался Ижен. -- Точнее, ушел, а перед этим передал записку интересного содержания. Айра курьера прислала. Ну и вот.
Нет, Ижен вовсе не раскаивался и даже не смущался своего недостойного поведения. Он просто объяснял и давал понять, что в следующий раз в похожей ситуации поступит точно так же. И будет лучше для всех, если этой ситуации не случится.
Упертая сволочь!
Выгнав из камеры всех лишних и получив новый взамен сломавшегося стул, Ижен, Ризма и Тилар сели за стол.
-- Так что у нас опять случилось? -- спросила Ризма.
-- Максим ушел! -- рявкнул Ижен.
-- Я сразу сказал, что раз я здесь, мои подчиненные пять лет ждать не будут, -- невозмутимо произнес Тилар, потрогав шишку на затылке. -- Но вы ведь умные, жизнью битые и никому не верите.
Ризма вздохнула. Если этот придурковатый гений и дальше продолжит разговор в той же манере, Ижен опять сорвется. Тем более дело касается его ребенка.
-- Ладно, -- сказала женщина. -- Зовем мозголома.
-- Зовите, -- милостиво разрешил Тилар. -- Все равно ничего уже не успеете.
-- Почему? -- заинтересовалась Ризма.
-- А ни один мозголом не рискнет работать, пока не закончится Большой Шторм.
-- Большой Шторм уже был и теперь не скоро... -- начала говорить Ризма.
-- Нет, -- каким-то странным тоном произнес перебив ее Ижен. -- Уже скоро. У меня лопатки чесаться начали, словно там крылья пробиваются. Первый признак.
-- Да, первый, -- согласился Тилар и улыбнулся. -- Так вот, скоро начнется Большой Шторм. И длиться он будет долго-долго, пока в наш мир не вернется вся исчезнувшая материя. А уж как она распределится, зависит от умненького мальчика Максима. Думаю, у него все получится.
-- Да почему именно мой сын?!
Тилар серьезно посмотрел на Ижена, почему-то кивнул.
-- Такое вот везение, -- сказал и опять улыбнулся. -- Да не беспокойся ты, никто его не обидит. И все будет хорошо. Мои расчеты верны. Это и драконы подтвердили и еще один умный мальчик, тот, который целый мир сумел создать.
-- Мне бы твою уверенность, -- пробормотал Ижен, почему-то успокоившись. -- И Максим... чертов малолетка. Просто взял и ушел, оставив записку. Почему он никогда не просит помощи?
-- А смысл? -- сказала Ризма. -- Ты бы его не отпустил, пока не убедился, что все будет хорошо. А убедиться в такой ситуации? Не представляю как это можно сделать.
-- Я бы с ним пошел! -- припечатал Ижен.
-- Нужен ты нам там... как слон в посудной лавке, -- проворчал Тилар. -- Там и без тебя хватает всяких неуклюжих личностей. Но от них хотя бы польза есть. И присмотрят за ними. А ты... Да, в конце концов, это было решение твоего сына. Добровольно принятое, на основе известных ему и неизвестных тебе фактов. Смирись, Ижен, твой ребенок вырос и научился принимать решения.
Глава Дома Серых Туманов выругался и треснул кулаком по столу, оставив на столешнице вмятину.
Слухи о том, что какие-то идиоты что-то натворили в подземельях и теперь в некоторых частях города находиться довольно опасно, распространились быстро. На попытки уточнить где и что произошло, все, кто мог хоть что-то знать загадочно молчали. И самые пугливые горожане стали потихоньку разъезжаться по гостям и курортам.
К сожалению, было их немного.
А большего Айра сделать не могла. Да и не хотела. Она и сама не собиралась никуда уезжать. Выставила из города всех несовершеннолетних и всех, кто пожелал переждать неведомую опасность в спокойном месте и продолжила спокойно работать.
А вечером начался Большой Шторм и это напугало горожан гораздо больше, чем какие-то невнятные слухи. Сопоставив одно с другим, поспешили покинуть город еще какая-то часть жителей. Ну а когда Шторм не исчез так же быстро, как и обычно, даже до самых несообразительных дошло, что творится что-то не то. Вот только что именно не то, мало кто понимал, и слухи появлялись все странее и безумнее. Причем кое-кто даже виноватых в происходящем находил и упускал их в самый последний момент.
Но несмотря на все это, оставшиеся в городе люди уходить не спешили. То ли девяносто процентов горожан были фаталистами, то ли считали, что за городом так же опасно, как и в городе.
На третий день Айра даже стала им завидовать. Они не знали, что где-то там кто-то пытается оживить их мир, который, если ничего не получится, перестанет существовать через десяток лет. И от их бестолковых племянников ничего не зависит. И муж непричастен к происходящему. Муж, которого она так и не увидела, потому что, когда решила сделать это, оказалось -- Ризма днем раньше приняла решение его отпустить, в надежде, что он чем-то поможет своей группе, за что была готова нести всю полноту ответственности.
А Ижен где-то там сходит с ума. Потому что Тилара догнать не смог. И сына найти не может. Сын умеет прятать свое присутствие от родственников.
А Марика в это время вместе с другими мечами сидят в подвале дворца Серых Туманов и, по их выражению, изо всех сил гасят волны в хаосе. Вид у них действительно был бледный и сосредоточенный. Так что их пытались не беспокоить.
И в других подвалах наверняка тем же самым занимаются другие мечи.
Айра вздохнула и подошла к окну.
Пейзаж за стеклом дрожал и множился и она уже была не уверена в том, что это обман зрения. Может даже небо на самом деле превратилось в изломанную изгибами смятую бумагу. И вон тот пруд, появившийся за окном вчера, действительно постепенно вытягивается в овал и истончается посередине. Как какое-то простейшее, решившее, что пора делиться.
А самое странное, что именно пруд, ведущий себя как какая-то амеба, Айру успокаивал. И казалось, что все идет как надо. И ничего плохого не случится.
А то, что случится что-то непривычное, так пускай себе.
На этот раз приближение Большого Шторма Максим почувствовал кожей. Ощущение было такое, странное, словно в воздухе появился какой-то компонент, вызывавший легкую щекотку и дрожание, как от холода. Не сказать чтобы ощущение было неприятным, но здорово отвлекало и раздражало.
До того, как почувствовал приближение шторма, Максим наблюдал за действом в центре мекора. Сначала там что-то рисовали, потом посыпали нарисованное песком и опалили огнем. Наверное, для того, чтобы этот рисунок не смог никто нарушить.
После этого сверху на камни мекора поставили другие камни, зеленоватые, с коричневыми прожилками и вырезанными по бокам загадочными символами.
А потом пришли драконы. Видимо, по каким-то своим дорогам. Они появлялись по одному и по двое, о чем-то разговаривали с Дасу, а потом заходили в мекор и начинали переговариваться между собой. Постепенно драконов набралось штук тридцать. В точном числе Максим не был уверен. Изначально их считать он не стал, а потом, когда пытался это сделать, драконы все время бродили и перемешивались. Причем некоторые были еще и похожи друг на друга. Или Максим некоторых из них посчитал несколько раз.
Когда драконы собрались, в мекор забежал Дасу и стал всех строить. Может, в круг, может, в какую-то другую геометрическую фигуру -- чтобы уточнить и убедиться, надо было бы зайти в мекор и посмотреть, как там стоят те, кого скрывали камни. Но ничего такого делать Максим бы не стал. Чувствовал, что не стоит.
Дальше происходила какая-то ерунда. Драконы стояли, зеленые камни потихоньку начали загораться и становиться похожими на светящиеся в ночи гнилушки. Максов дракон, с которым парень попытался посоветоваться, показал образ соединенных между собой мекоров. Где эти мекоры находились, Максим не понял, но там тоже были драконы и зеленые камни. А еще центр снежинки из соединяющих линий находился в том мекоре возле горы, который папаша с компанией изучал. Наверное, его как-то наполняли энергией.
Сколько это действо длилось, Максим не знал. Он несколько раз отлучался, успел съесть два бутерброда, сделанных доброй девушкой, и запить их горячим чаем. Даже подремать немного успел. А потом появилось ощущение приближающегося Большого Шторма и Максиму резко захотелось что-то делать.
А дела ему не предлагали.
Парень бродил по пещере, подходил к незнакомым людям, наблюдал за их работой, наверняка мешая. Потом ему всучили потрепанную книжку и предложили почитать. Максим пожал плечами, вернулся в свое кресло и честно попытался читать, но то ли книга была не интересная, то ли настроение неподходящее, но увлечься не получалось.
Когда к Максиму наконец подошла темноволосая девушка и сказала, что пора, он вылетел из кресла так, словно это "пора" могли сразу же отменить, если он задержится хоть на секунду.
-- Сюда, -- позвала девушка.
И повела мимо мекора и занятых чем-то непонятным людей. Довела до дыры в стене и зажгла на ладони огонек.
Дыра оказалась прорубленной в скале лестницей, ведущий куда-то вверх. Узкой совсем, Максим задевал камень плечами и почему-то представлял, как в этой дыре застрянет кто-то крупнее, чем он. Папаша, например. У него и плечи шире, и вообще он больше. А уж если на эту лестницу попрется какой-нибудь обладатель пивного пуза, вытаскивать его придется всей компанией работающей внизу. Или ждать, пока похудеет.
Максим нервно хихикнул и получил удивленный взгляд девушки.
Потом лестница, наконец, закончилась, и они оказались в небольшом помещении с овальным сводом. Мебели здесь не было. Зато пол был застелен ковром и забросан подушками на любой вкус. К стене были прислонены несколько матрасов.