Насекомые появились резко. Еще мгновение назад тишину нарушал только ветер, шелестевший листьями, а потом над головой Максима с басовитым жужжанием пролетел толстый шмель и деловито сел на торчащий над травой василек и стал там копошиться.
Птицы появились гораздо позже насекомых. Наверное, птицы сложнее, и для того, чтобы они сплелись из тех лент, нужно время.
Максим сел на траву и стал наблюдать, как небольшая желтогрудая птичка с хохолком покачивается на ветке, что-то высматривая в глубине кустарника. Наверное, надо было подумать о каких-то животных, грызунах там, еще ком-то, но в голову лезли одни ежики. И грибы. Погода как раз хорошая. Должны уже появиться такие летние, сморчки, кажется. Они жареные вкусные. С картошкой.
Максим улыбнулся и лег. Солнца на небе не было, хотя было светло. Наверное, в этом мире-плоскости солнце видно только тогда, когда оно находится в небе под подходящим углом. На плоскостях города так частенько бывает. Вот оно и передалось.
Хотя невидимое солнце вовсе не проблема. Главное, что с миром все будет в порядке. И с городами тоже.
Сколько Максим лежал глядя на небо без солнца, он сказать бы не мог. А потом ему в ладонь ткнулся носом ежик и стал пыхтеть. Парень удивленно на него посмотрел, зачем-то прикоснулся к колючке и улыбнулся.
-- Да, приятель, -- сказал задумчиво. -- Хорошо, что я об обезьянах не думал. Или... Нет, так дело не пойдет, нужен экологический баланс. Раз есть ежики, должны быть и мышки, иначе что ты кушать будешь? Дохлых насекомых собирать? Да и хитрые лисы, умеющие вас разворачивать и съедать должны быть, иначе вы расплодитесь и завоюете мир. Так что... Да. Если мои маленькие миры -- отражения существующих в мире сати пейзажей, то пускай и живность отражается. Иначе как? Моря без рыбы? Только людей отражать не надо. Людей и так слишком много.
Мир вокруг Максима колыхнулся, и что-то в нем сместилось. Или изменилось. Идеальный пейзаж стал более настоящим. Из травы робко выглядывали обломки серого камня, у кустарника появились сухие ветви, а Максим обнаружил, что лежит рядом с россыпью засохших козьих какашек-горошин. Но так было даже лучше. Мир должен быть настоящим, иначе какой с него смысл?
Ежик куда-то ушел, наверное, у него были дела и помимо приведения в чувства замечтавшегося об идеальном мире дракона-полукровки. Шмель наматывал вокруг Максима круги, видимо, намекал, что парень ему чем-то мешает. Птичка поймала какого-то крупного жука и улетела. А Максим лежал и наблюдал за облаками, пока не почувствовал, что его зовут.
Пришлось вставать и идти. Причем он отлично понимал, что если пойдет вон туда, то вернется в пещеру с матрасами и подушками, а если свернет направо и будет упорно идти километра три, то имеет все шансы оказаться перед холмом с дворцом-распальцовкой. Видимо он научился ориентироваться в пространстве по-драконьи. И это было очень приятное ощущение. Теперь он наконец понял, что такое драконьи дороги и почему они чувствуют сразу весь мир.
-- Привет, -- сказал Максим людям, топтавшимся по подушкам в пещере, когда прошел сквозь очередное стекло-нестекло.
На него дружно и очень удивленно уставились, а потом столь же дружно загалдели и галдели, пока не поднял руку вверх щуплый мужчина и не гаркнул басом, чтобы все замолчали.
-- Ты встал и ушел сквозь камень, как сомнамбула. Даже глаза не открыл! -- обвиняющее сказала в наступившей тишине девушка, которая сидела в пещерке с Максимом.
-- Извини, -- сказал Максим. -- Мне надо было пойти туда, иначе бы я не почувствовал, не встретил ежика и напортачил.
Люди стали переглядываться, а потом кто-то робко спросил:
-- Получилось?
-- Получилось, -- подтвердил Максим.
И они радостно заорали, стали обниматься и поздравлять друг друга. А самое странное, что им, похоже, было абсолютно все равно, что именно там получилось. Этим они заинтересуются позже. А сейчас они победители. И это, наверное, правильно.
Прежде, чем вернуться во дворец, Максим поспал, поел и хорошо подумал.
Нужно было как-то объяснить семье, что именно произошло. Не тащить же к ним малолетнего Дасу ради объяснений. И деда подставлять не хотелось, тем более, на данный момент у Кьена алиби -- он девушек охранял где-то за городом.
Думалось Максиму не очень хорошо. Пришлось взять лист бумаги и изложить свои мысли на нем. Иначе обязательно бы забыл что-то важное.
Перечитав получившийся список несколько раз, почесав переносицу и добавив еще несколько пунктов, Максим тяжко вздохнул и отправился сдаваться. Почему-то ему казалось, что по голове его не погладят в любом случае. Как не крути, а он нарушил целую кучу писанных и неписанных правил, а может, даже законов.
Пока что Максим не всегда понимал, где правило, а где закон и чем они отличаются.
Последнее, что помнил Ижен, было то, что пришел Тилар и предложил составить компанию. Вид у него был встрепанный и почему-то веселый. Ижену даже подумалось, что его каким-то чудом поймала Айра и он еле вырвался, в самый последний момент. Теперь вот радуется и думает, как бы попасться еще раз.
-- Выпить хочешь? -- спросил Ижен, покачивая бутылкой над столом.
-- Хочу, -- отозвался Тилар. -- У меня голова сейчас пустая-пустая. Непривычно быть обычным человеком.
-- А, -- сказал Ижен. -- Ты больше не струна? Шторм смел с тебя гениальность...
-- Она мне больше не нужна. Там и без меня справятся. А я... Я бы только мешал. Я ведь пообещал подождать пять лет. Понимаешь?
Ижен не понял, но кивнул и предложил за это выпить.
Вот где-то после третьего стакана, выпитого за понимание, и был провал в памяти.
В голове гудело, и поднимать ее со стола совсем не хотелось. После подъема ей будет еще хуже. А водой и обезболивающими он не запасся, насколько Ижен помнил.
Может, Тилара послать, если он не ушел?
Очень аккуратно и медленно приподняв голову, Ижен осмотрелся.
Тилар, как оказалось, никуда не ушел. Он спал напротив, щекой на столе, а руки упорно держались за стакан.
-- Алкаш, -- восхитился Ижен.
-- Я не алкаш, у меня жизнь меняется, -- прохрипел Тилар, не открывая глаз. -- А я не знаю, чего от этой жизни хочу.
-- Тебя жена ждет, -- напомнил Ижен. -- До сих пор не сбегала в храм, чтобы разорвать ваш союз в связи с отсутствием мужа.
-- Ха, -- выдохнул Тилар. То ли знал что-то такое, чего не знал родной брат этой жены, то ли считал, что лучше бы не дождалась.
И, наверное, они бы договорились до чего-то нехорошего, например, до драки. А может, решили бы запить эти откровения последней полной бутылкой, гордо стоявшей на подоконнике. Но не сложилось.
Из ниоткуда прямо на стол свалился Максим, печально охнул и обматерил какие-то драконьи пути, которые хуже переместителей.
Оба мужчины удивленно на него уставились.
Максим помотал головой. Посмотрел сначала на Тилара и довольно улыбнулся. Потом на Ижена и нахмурился.
-- Дела, -- сказал задумчиво. -- Я тут иду-иду, думаю, дай для начала с умным человеком посоветуюсь. Он то в том, что сотворил должен разбираться лучше. А тут папа.
-- Получилось? -- азартно спросил Тилар.
--Получилось. Мир живой, а материя все такая же разреженная.
-- И как? -- спросил Тилар.
-- Как что? Как оно у меня получилось? -- уточнил Максим.
-- Да, -- выдохнул Тилар.
Ижен тоже подобрался и постарался выбросить все посторонние мысли из головы. Выбросить бы оттуда еще и пульсирующую боль, вообще хорошо бы было.
-- Зеркала, -- гордо сказал Максим. -- Я материю попросту отразил. Теперь в этом мире есть множество одинаковых мест на разных плоскостях бытия. И лабиринт надо изучать. Потому что фиг теперь с наскока разберешься, куда ведет знакомая дорога. В общем, есть чем заняться. Ах, да, зато теперь еще долго не будет проблем с территорией. Вот.
Ижен посмотрел на довольную физиономию сына. Перевел взгляд на не менее довольного Тилара и принял решение.
-- Так, -- сказал серьезно. -- Я, как глава Дома, возвращаю себе регалии и повелеваю. Марш оба во дворец и сидите там тихо, как мыши. Не знаю сколько сидите. Но чтобы ни один из вас не попался никому лишнему на глаза до того, как нам начнут слать официальные запросы и пытаться советоваться.
-- Э-э-э-э-э... -- задумчиво отозвался Максим.
-- Он наши шкуры спасает, -- с довольной улыбкой сказал Тилар. -- В первую очередь твою, но и меня будет спасать за компанию. Понимаешь, если за нас возьмутся до того, как убедятся, что все более-менее в порядке... Нехорошо нам будет.
-- Так я и думал, -- сказал Максим. -- Спасай их, спасай и никакой благодарности. А как нас, кстати, вычислят?
-- Меня вычислять давно не надо, -- серьезно сказал Тилар. -- А тебя по следам воздействия.
-- Ясно.
-- Ты не думай, нас все равно накажут, -- опять развеселился Тилар. -- Но не так сурово.
-- Ноги в руки и марш во дворец! -- рявкнул Ижен и со стоном схватился за голову.
-- Ага, сейчас, секундочку, -- не стал спорить Максим.
А потом хлопнул ладонью отца по голове, словно комара пытался убить.
Ижен возмущенно охнул, а потом изумленно потряс головой. Боль куда-то пропала, словно ее и не было.
-- Вот так, -- удовлетворенно сказал Максим. -- Я тебе добавил воды и убрал продукты полураспада алкоголя. В общем, можешь пить дальше.
-- Убрал? -- переспросил Ижен.
-- Я теперь немного иначе мир вижу. Дракон во мне повзрослел, поумнел и научился быть со мной единым целым. Такие занятные ощущения. Теперь понимаю, почему Вова временами такой странный. Он просто видит больше, чем люди.