-- Есть, но мы туда вряд ли попадем.
-- А нам и не нужно. Просто продолжим изображать наживку, на этот раз более качественную. Но сначала нужно как-то предупредить об этом рыбака, то есть камана Дамию. А то прибьют нас, а он появится только через пару дней. Обидно будет.
-- Предупредить? -- переспросила Тайрин.
-- Да. Составить расписание. Сообщить, где и когда мы будем. В общем, нужно где-то его найти и совершенно случайно наткнуться. И как-то это расписание передать. А еще надеяться, что главный злодей не рискнет ошиваться рядом с ним.
-- Каман Дамия знает кто он, просто не может схватить за руку, -- подскочила Тайрин.
-- С чего ты взяла?
-- Отношение. Всего лишь отношение. Я ведь для него ребенок. Я потому не захотела идти во внутреннюю стражу, он бы меня опекал, а это унижает. А тут вдруг позволяет сбежать, зная, что я продолжу подвергать свою драгоценную жизнь опасности. Он не стал бы так делать, если бы у него был выбор.
-- Уверенна?
-- Да!
Она была уверенна. Абсолютно. И Максим решил поверить. Выбора ведь особого нет. В одиночку сражаться с армией не умно. Пойти и попроситься домой вообще не выбор. Мало ли на кого там наткнешься. Да и как сказала Тайрин -- неправильно оно будет.
-- Хорошо, -- согласился парень. -- Тогда, ты думай над списком, а мне нужно потренироваться... Если я тут создам свой меч или еще что, заметить могут?
-- Вряд ли, тут и без тебя тренирующихся хватает, но лучше спустись в подвал.
-- Ладно, когда придет Атьян, зови. Есть хочется.
В подвал так в подвал. Там тихо и безлюдно, никто не помешает и не заинтересуется разговорами с резервом, если таковые состоятся.
Тренировка сразу не пошла, точнее, пошла, но совсем не в ту сторону, куда хотелось Максиму. Меч удалось то ли вызвать, то ли создать на удивление легко. Он просто сплелся, практически мгновенно, и принял ту форму, о которой думал парень. На этот раз мысли почему-то упорно соскальзывали в сторону Японии, всяческих тати и катана.
Рассмотрев получившийся в итоге не то коротковатый тати, не то длинноватый катана Максим сел под стеночкой и решил подумать. По всему выходило, что извлекает в свою реальность он вовсе не меч, а что-то способное принять заданную форму. Причем, если верить интуиции, ощущениям и намекам резерва изначально это именно оружие. Такое себе бесформенное оружие.
-- Интересно, а автомат из него получится? -- спросил парень в пространство.
Резерв в ответ протяжно вздохнул, видимо сожалея об умственных способностях одного начинающего мага и мечника. Правильно, не получится. Потому что автомат стреляет пулями, а делить себя на части, отрывать кусочки, живое и даже местами разумное существо не захочет. Оно приходит, точнее, выныривает в этот мир, а потом уходит обратно. И его наверняка можно ранить, каким-то совсем уж странным способом.
Интересное открытие.
И что будет, если позвать, а форму не задать?
-- Я бы не стал это делать, -- недовольно отозвался резерв. -- Тем более, ты уже пробовал, я еле успел тебя остановить.
-- А? Когда?
-- Болван! -- припечатал резерв.
А, правда, когда?
Пришлось еще немного подумать, порыться в своей дырявой памяти и вспомнить, как ехал на подводе, после того как чуть не упустил световую полосу.
-- Вспомнил, -- удовлетворенно сказал резерв.
-- Значит, нельзя, -- резюмировал Максим.
-- Смотря какой противник, -- задумчиво сказал резерв.
-- Противник?
-- Ага, если противник выдержит удар и сможет погасить силу, город останется цел и невредим. А если не сможет, энергия пойдет гулять дальше.
-- Интересно, -- улыбнулся Максим. -- А каманы выдержат?
-- Эти выдержат. Потреплет их, если сразу защиту не сообразят поставить, но не убьет. Они и не с таким сталкивались.
-- Еще интереснее, -- парень встал на ноги, походил туда, сюда. -- Но это должно быть сработает всего один раз. При следующей встрече они защиту выставят заранее.
-- Наверняка, -- не стал спорить резерв.
-- Ладно, уточним еще один момент. Направить его в сторону каманов я смогу?
-- Сможешь. Просто толкнешь.
-- Как?
-- Руками. А как ты обычно толкаешь?
-- Очень смешно, -- оценил Максим и опять присел под стеной, чтобы еще немного подумать.
Вот так его тренировка и превратилась в попытки толкнуть перед собой что-то неведомое поначалу и сгусток рассеянной энергии после того, как воображение окончательно отказалось видеть перед собой хаос бесформенный.
Закончилось все закономерно -- куском обвалившегося полтолка и рассерженной фурией Тайрин, потребовавшей перестать разносить город. Тем более Атьян соизволил таки появиться и принести начиненную яблоками утку.
Еще он принес новости и очередное пророчество блондинкиной родственницы. Первые заключались в том, что сегодня бедного и ни в чем не повинного преподавателя решили расспросить внешние стражники, собственные ученики и какой-то брызжущий слюной полоумный пророк незнакомого Атьяну божества. Причем последний утверждал, что мир может измениться, и нельзя позволить этому случиться. Представитель от внутренней стражи сначала спас Атьяна от окончательно обнаглевшего и начавшего угрожать внешнего стражника. Потом рассказал какую-то забавную историю, подозрительно осматривая потолки. Задал стандартные вопросы о "видел?", "знаешь?", "будешь сотрудничать?". После чего раскланялся, передал записку для семейной пророчицы и попросил беречь девочку, не уточняя какую. Ушел он, так и не соизволив ответить ни на один вопрос Атьяна. Записку препод передал и получил собственно пророчество. Если опустить иносказания и загадочные слова о маятнике, судьбе и ком-то достойном, то все сводилось к тому, что на этот раз Тайрин следует послушаться спутника и тогда все получится. Знания ведь можно передать по-разному. А вместе с сильным ударом можно подбросить и образ.
Максим заподозрил, что сходит с ума. Сразу заподозрил. Слова о том, что уважаемая пророчица, к сожалению сама не знает, о чем говорит, просто из нескольких путей выбрала лучший, только укрепили в этом подозрении.
И почему-то захотелось домой.
Сильно захотелось.
Вместо этого пришлось отправиться в подвал и приступить к новым тренировкам. Атьян взялся учить создавать образ и толкать его к адресату. Потому что Тайрин это делать нельзя -- засекут. На нее наверняка настроились и ждут именно такой глупости.
Еще и порадовался гад, что вторая часть у Максима неплохо получается. А вот с первой были проблемы. Долго были. Пока Максим не получил удар стеной в лоб и не прозрел. А может, от сотрясения какая-то часть спрятанной мамой памяти вернулась, или его осенило. Защиту ведь создавал. Сеть рисовал. А чем хуже текст? Подумаешь, немного сложнее. Так пускай Тайрин напишет, а он просто скопирует, все равно писать по-местному пока даже не пробовал, хотя был уверен, что умеет.
-- Атьян, тебе ничего не кажется странным? -- спросил Максим, пока они поднимались к скучающей девушке и недоеденной утке. Должен же он был хоть чем-то заинтересоваться и сообразить, что люди из родного мира невольного помощника его полоумной родственницы не должны знать и уметь то, что этот помощник знает и умеет. Какой-то он слишком нелюбопытный.
-- Хм, -- отозвался преподаватель.
-- Тебя ничего не удивляет?
-- Нет, -- загадочно улыбнулся Атьян. -- А ты знаешь, как зовут твоего отца?
И взгляд такой, наглый и хитрый. Как у кота сожравшего колбасу и уверенного что никто ничего не докажет.
-- Игорь, -- сказал Максим.
-- Угу, похоже.
-- На что похоже? -- споткнулся об ступеньку Максим.
-- Имя похоже, не по звукам, по ощущению, запомнить легко и начать откликаться.
-- Какое еще имя?
-- У отца спросишь, когда увидишь, -- совсем уж нагло улыбнулся Атьян. -- Я в чужие семейные отношения не лезу, и разбираться в чьих-то нелепых поступках не собираюсь.
-- У отца? -- туповато переспросил Максим.
-- Да. Знаешь, в твоей семье не принято отпускать детей в опасные места без присмотра.
-- И что?
-- Значит, пока ты неплохо справляешься.
-- С чем справляюсь?
Атьян вздохнул.
-- Не знаю. Об этом тоже спросишь у своего отца. И я бы на твоем месте не рассчитывал, что он тебя не найдет. И на похвалу бы не надеялся. Хотя с другой стороны, с отцом тебе очень повезло.
Максим печально вздохнул. Ему изредка тоже так казалось. Но в большинстве случаев он бы с Атьяном не согласился.
-- А с мамой мне тоже повезло? -- решил попробовать вытянуть из преподавателя хоть какие-то сведения.
-- Понятия не имею, кто твоя мама, -- равнодушно отозвался Атьян и бодренько поскакал дальше, перешагивая через две ступеньки.
-- Вот и поговорили, -- пробормотал Максим.
Похоже, над ним тут все издеваются. Кто больше, кто меньше. Даже интересно стало, а каман Дамия действительно случайно проговорился про Тигровые Лилии? Или он отлично знал, что парень пришел в себя и подслушивает? Как бы этот вопрос прояснить?
А еще становится понятно, откуда у папы паранойя. Мир такой, паранойя тут передается, как вирус, а окружающие ее питают и трепетно растят. Чтобы жизнь скучной не показалась, наверное.
Окно открылось тихо-тихо, если бы рама вначале привычно не щелкнула, человек, сидевший за столом, ничего бы не заметил.
-- Шете Гарев, -- удивленно произнес, когда темная фигура спрыгнула на пол и стянула с головы капюшон. -- Что вас привело ко мне домой в таком виде и в такое время?