— Нам действительно надо поговорить, — сказал Боевой Топор. — Надеюсь, вы не станете от меня ничего скрывать.
— Мы и так от тебя ничего не скрываем, — ответил Огден. — Просто в пророчестве нам многое и самим непонятно.
— Но, может быть, вы все-таки скажете, кто явился мне в виде призрака. Это был Разрушитель?
— Нет, то было изображение Разрушителя. Самому Горгрилу так далеко на юг не забраться.
— А почему он напал на нас?
— Горгрил знает, что ты ведешь войско на север, чтобы сразиться с его солдатами, бестелесными существами. Чем меньше топороносцев доберется до Горкен-форта, тем лучше для Разрушителя.
Аксис кивнул, задумчиво уставившись на костер. Да, он ведет войско на север, но, даже не добравшись до Арсена, успел потерять не только две сотни топороносцев, но и Фарадей с Тимозелом.
Наступило молчание. Монахи уткнулись в книгу, словно почувствовав, какие душевные муки переживает их собеседник. Они знали, что Фарадей не погибла, но не хотели, чтобы Аксис свернул с предначертанного пути. Они ведь были блюстителями пророчества.
— А что, если Горгрил опять нападет на нас? — спросил Аксис, нарушив затянувшееся молчание. — Что надо делать, чтобы отразить нападение?
Веремунд и Огден переглянулись. Они уже обсуждали действия Разрушителя и дружно сошлись на том, что Горгрил наслал губительный ураган, обнаружив в колонне топороносцев сразу пятерых своих злейших врагов: Аксиса, Фарадей и блюстителей предсказания. Монахи также сочли, что Горгрил вряд ли возобновит нападение, узнав, что Фарадей и Ир скрылись. К тому же они посчитали, что Разрушитель потратил на нападение много сил и на какое-то время выдохся.
— Мы полагаем, что Горгрил, если и нападет опять на колонну, то только на севере, — ответил Огден. — Разрушитель потерял много сил и даже до центральных провинций Ахара ему пока не добраться. Подумай сам, Аксис. Ураган длился недолго. Если бы Горгрил мог, он бы уничтожил не двести топороносцев, а всю колонну. Пока он не наберет силу, он будет действовать лишь на севере.
— А почему Разрушитель вторгается в мои сны? — спросил Аксис.
— Горгрилом движет ненависть, она — основа его пакостной жизни.
Аксис кивнул.
— Я чувствую, он ненавидит меня.
— Он ненавидит всех, кто стоит на его пути, пути тотального разрушения.
— Почему?
Огден пожал плечами.
— Он просто ненавидит, другого ему не дано. Горгрил делает все, что ему по силам, чтобы запугать тех, кто может ему помешать. Он чувствует, что ты его враг, и при каждой возможности устрашает тебя.
Снова наступило молчание, хотя монахи знали заранее, о чем еще спросит Аксис. Они не ошиблись.
— Скажи, Огден, что за песню мы пели, когда Разрушитель напал на нас? — спросил Боевой Топор.
— Эта песня отводит несчастья.
— Колдовство! — Аксис нахмурил брови.
— Нет, нет, никакого колдовства. Она просто отводит зло. Эту песню знают лишь те, кто слышал ее, еще не появившись на свет, пребывая в утробе матери. Аксис, тебе пел эту песню отец. Ты был желанным ребенком, и отец хотел уберечь тебя от опасностей.
На глаза Аксиса навернулись слезы. Он отвернулся.
— Не сомневайся, — продолжил Огден, — твой отец любит тебя. Да, он не дает знать о себе, но тому виной обстоятельства.
По щекам Аксиса заструились слезы.
— Кто мой отец? — прошептал он. — Кто?
Огден пересел к Аксису и обнял его за плечи.
— Никто из нас не знает, кто твой отец, — тихо сказал монах, хотя и догадывался, что отец Аксиса икариец, из числа чародеев. — Когда ты его найдешь, тьма для тебя станет светом.
— Когда я читал пророчество в башне Безмолвной Женщины, то мне и тогда казалось, что тьма для меня становится светом, а теперь я задумываюсь над тем, не лучше ли, как и прежде, бродить в потемках.
Высказав это горестное суждение, Аксис поднялся.
— Пора расходиться. Завтра мы отправимся в Арсен, а оттуда, пополнив продовольственные запасы, прямиком в Смиртон. Разрушитель не остановит меня. Отряд топороносцев доставит раненых в Тэар, а затем отправится в Карлон оповестить о случившемся Брата-Наставника. Ложитесь спать, а мне еще предстоит написать леди Тэар о гибели Тимозела.
ГЛАВА ДВАДЦАТЬ ТРЕТЬЯЗвездные Врата
— Мы в усыпальнице девятого из двадцати шести Великих Когтей, похороненных в этой местности, — ответил Джек, выслушав Тимозела.
Топороносец огляделся по сторонам. Он находился в подземном зале. Стены каменные, пол выложен плитами. Кроме длинного блока из белого камня и светильников на подставках, в зале не было ничего. Да что обстановка! В помещении не имелось не только ни одной двери, но и вообще какого-либо проема в стенах.
— Как мы выберемся отсюда? — спросил Тимозел.
— Джек, расскажи подробнее об усыпальницах Великих Когтей, — подала голос Ир.
— Такие склепы были возведены лишь для двадцати шести Великих Когтей, королей Тенсендора. Великие Когти, все икарийцы, правили государством более пяти тысяч лет, но в этих склепах похоронены только избранные. Остальные покоятся в обычных могилах. Великие Когти, похороненные в курганах, были не только королями Тенсендора, но и искусными чародеями. В этих курганах до сих пор ощущается аура магической силы.
Тимозел сдвинул брови. Воспитанный в почитании и любви к Артору, он хорошо знал: любая магия — зло.
— Неужели Великий Коготь лежит под этим каменным блоком? — спросила Фарадей, с опаской покосившись на постамент.
— Нет, — ответил Джек, улыбнувшись. — Великий Коготь покоился на постаменте, покоился до тех пор, пока не ушел. Его путь предстоит проделать и нам.
— Мы отправимся к Звездным Вратам, — пояснила Ир. — Я никогда их не видела.
Джек кивнул.
— Из всех блюстителей предсказания я один видел эти врата, а в последнюю тысячу лет ими пользовались одни Звездные Странники.
— Кто такие Звездные Странники? — поинтересовалась Фарадей.
— Могущественные икарийские чародеи, — пояснил Джек. — Каждый из них в свое время был королем Тенсендора. Чародеи поклоняются звездам и черпают из них силу.
— А зачем идти к Звездным Вратам? — спросил Тимозел.
— Другого пути на поверхность не существует.
— А этот путь не опасен? — спросила, поежившись, Фарадей.
— Нас поведет Джек, — ответила Ир. — С ним не страшно. Впрочем, он не все рассказал. По существу, склепы в курганах не усыпальницы, ибо не хранят тела умерших. Когда умирал Великий Коготь Тенсендора из числа чародеев, икарийцы возводили курган с залом внутри, а под этим залом строили лестницу, ведущую к Звездным Вратам. Когда строительство сооружения завершалось, умершего Великого Когтя клали на постамент, после чего вход в склеп замуровывали. Поднявшись со своего ложа, Великий Коготь спускался по лестнице, направляясь к Звездным Вратам. Говорят, все Великие Когти из числа чародеев так и остались у Звездных Врат. Ждут чего-то.
— Чего они ждут? — спросила заинтересованно Фарадей. Хотя она и не утратила веру в Артора, отверженные больше не казались ей коварными существами, и рассказ о Звездных Странниках и Звездных Вратах вызвал у нее непритворное любопытство.
— Об этом знают лишь они сами, — ответила Ир и взглянула на Тимозела.
Топороносцу было не по себе. Как мертвый может подняться с ложа и спуститься по лестнице? Волшебство, да и только! А Джек и в самом деле, видно, колдун. Надо держать ухо востро.
Ир подошла к Тимозелу и положила руку ему на плечо.
— Какое нам дело до мертвых, — проворковала она. — Гораздо лучше иметь дело с живыми, — полы ее плаща разошлись.
Тимозел нахмурился, отстранился. Ир пожала плечами, надула губы и, запахнув плащ, отошла к стене.
— Довольно! — вознегодовал Джек. — Нам пора отправляться. У нас нет еды. Чем скорее мы выберемся из подземелья, тем лучше.
Джек взял посох в левую руку, а правой погладил металлический набалдашник. Фарадей подошла поближе. На набалдашнике красовался вырезанный в металле замысловатый узорный рисунок. Рассмотреть как следует рисунок не удалось. Джек склонился над посохом и стал что-то нашептывать. Затем его голос стал громче, и, казалось, Джек напевал, но слов было не разобрать. Но вот в такт мелодии из пальцев Джека стали вылетать изумрудные огоньки.
— Не надо ему мешать, — шепнула Ир, подойдя к Фарадей. — Отойди в сторонку.
Фарадей подошла к Тимозелу. Топороносец напряженно следил за Джеком, держа руку на эфесе меча.
Неожиданно Джек поднял посох на уровне плеч, обернулся три раза вокруг себя, а затем, перевернув посох и стукнув набалдашником по ближайшей плите, громко провозгласил:
— Звездный Странник, открой!
Плита отошла вниз и отодвинулась в сторону. У ног Джека открылось отверстие.
— Молодчина, Джек! — воскликнула Ир. — Вижу, ты недаром корпел над древними манускриптами, ожидая Звездного Человека.
Джек зарделся от удовольствия.
Фарадей, Тимозел и Ир подошли к открывшемуся отверстию. В кромешную темноту уходили крутые ступени винтовой лестницы.
— Мы с Тимозелом возьмем по лампе, — сказал Джек, заглянув в отверстие. — Я пойду впереди, а Тимозел — сзади всех. Будьте осторожны: ступени скользкие.
Подобрав полы плаща, Фарадей шагнула в отверстие вслед за Джеком и Ир. Лампы светили тускло. Больше двух-трех ближайших ступенек было не разглядеть. Фарадей содрогнулась. Того и гляди упадешь, а то и шею сломаешь. Вскоре девушка потеряла счет времени. Казалось, спуск бесконечен. Начали болеть ноги. Неожиданно Фарадей наткнулась на Ир.
— Будь внимательна, — раздался сердитый голос. — Джек остановился передохнуть.
Извинившись, Фарадей села и стала растирать икры. Ее примеру последовали Джек и Ир. Оказалось, знакомство с магией не уберегает их от усталости. На ногах остался один Тимозел.
— Джек, еще далеко? — спросила Фарадей, надеясь на благоприятный ответ.
Ответ оказался неутешительным:
— Мы прошли около половины пути.
Ир повернулась к разочарованной девушке и стала приводить ей в порядок волосы, спутанные и мокрые.