Конь в течение боя довольно стойко переносит ранения, но после сражения он становится надолго недееспособным или же вообще выбывает из строя116. Поскольку конь – животное крайне дорогое, его по возможности прикрывали различными элементами защиты117. В целом, развитие доспеха для верховых и колесничных коней шло в Передней Азии в одном русле, хотя броня упряжных животных имела и некоторые специфичные особенности, которые объясняются особенностями их использования. По-видимому, сами доспехи коней, запрягаемых в серпоносную колесницу, предоставляло государство. На Ближнем Востоке в течение второй половины VI в. до н. э. невооруженная боевая колесница постепенно исчезает и единственной боевой колесницей с середины V в. до н. э. становится серпоносная квадрига.
Каменная головка коня из Зенджирли (ок. VIII в. до н. э.). Vorderasiatisches Museum 3008, Berlin. Под перекрещивающимимся ремнями оголовья находится квадратный налобник.
Воспроизведено по изданию: Littauer М. A., Crouwel J. Н. Wheeled Vehicles and Ridden Animals in the Ancient Near East. Leiden; Koln,1979. Fig. 63
Поскольку изображений персидских боевых колесниц с конями, защищенными доспехами, не сохранилось, то для реконструкции конской брони нам остаются лишь письменные источники и сравнительный анализ изображений. Ксенофонт – единственный античный автор, кто упоминает доспех для лошадей, запряженных в серпоносную колесницу. Так, он рассказывает (Xen. Cyr., VI,1,51), что царя Сузианы Абрадат «снарядил коней своей колесницы сплошной медной защитой». Однако, Абрадат – это один из главных героев «Киропедии», обладающий уникальной боевой колесницей, запряженной восьмью конями, поэтому можно было бы предположить, что писатель придал ему героическое военное снаряжение, чтобы этим выделить своего героя. Однако, Ксенофонт оставил нам еще два свидетельства. Так, Кир Великий перед битвой при Фимбрарах упоминает, описывая мощь персидской армии (Xen. Cyr., VI,2,17), что в колесницах «и кони были забронированным». А несколько ниже автор романа уже предельно ясно называет составляющие данного доспеха (Xen. Cyr., VI,4,1): воины Кира «вооружили так же и коней налобниками и нагрудниками, и еще верховых – набедренниками118, а бывших под колесницами – набочниками (παραπλευριδίας)»119. Практически те же части конской защиты приводит и антиквар Юлий Поллукс (1,140): налобниками, наглазниками,
«Защищаются так же и кони оружием: нащечниками, нагрудниками, набочниками, набедренниками, наголенниками». Далее он обобщает (1,141): «коней называют бронированными (έθωρακισμένοι), защищенными (πεφραγμένοι), снаряженными (ώπλισμένοι)»· Естественно, автор собрал тут практически все детали конского защитного снаряжения, известные к середине II в. н. э., однако большинство предметов вооружения появились еще задолго до века Антонинов. Остановимся на данных частях брони подробнее.
Наиболее распространенный вид конской защиты – налобник (προμετωπιδίον). Лексикон «Суда» объясняет данное слово по его этимологии: налобник – то, что впереди лба» (Suid. s. ν. προμετωπιδίον). Данный термин впервые встречается у Ксенофонта120. К сожалению, собственно персидских налобников не найдено. Если же обратиться к истории данного элемента защиты, то увидим, что во II тыс. до н. э. его еще не было. В ассирийское же время, начиная с IX в. до н. э., получают распространение пластины, расположенные на верхней части головы лошади, которые, по-видимому, имели как декоративную, так и защитную функцию121. Возможно, в последней трети VIII в. до н. э. появляются и петельчатые двусоставные налобники, которые ассирийцы использовали вместе с «подушечкой», размещенной на челке коня122. Из такого покрытия, путем его увеличения, и возник налобник, в его классической узкой шестиугольнообразной форме. Московский оружиевед М. В. Горелик (1946–2015) полагал, что персидские налобники должны были походить на скифские и греческие123. Однако, у нас есть и более близкие и более ранние типы защиты лба коня, происходящие с Кипра. Это – вытянутые, узкие плоские пластины из бронзы, идущие от налобного к нахрапному ремню оголовья, датируемые VIII–VII вв. до н. э.124 Подобная защита для головы коня, вероятно, продолжала существовать и у персов.
Бронзовый налобник для колесничного коня. Могила № 3 некрополя Саламина на Кипре (конец VIII в. до н. э.).
Воспроизведено по изданию:
Littauer М. A., Crouwel J. Н. Wheeled Vehicles and Ridden Animals in the Ancient Near East. Leiden; Koln, 1979. Fig. 74
Следующая деталь конского доспеха, описанная Ксенофонтом – нагрудник (προστερνίδιον; ср.: Poll., 11,162). Причем сам данный термин опять же встречается впервые у Ксенофонта, ведь Геродот, рассказывая о доспехах, которыми массагеты защищают своих коней, дает лишь их описательное обозначение (Hdt., I, 215): «…они одевают бронзовые панцири на груди коней».
Вероятно, нагрудник развился из подперсья и первоначально был из мягких материалов, но уже в середине II тыс. до н. э. его стали покрывать металлическими пластинами125. Примечательно, что само греческое слово προστερνίδιον могло означать и нагрудный ремень, который, к примеру, позднее, в римскому императорскую эпоху, иногда был с бронзовой обкладкой126.
Бронзовый нагрудник для колесничного коня. Могила № 3 некрополя Саламина на Кипре (конец VIII в. до н. э.).
Воспроизведено по изданию: Littauer М. А., Crouwel J. Н. Wheeled Vehicles and Ridden Animals in the Ancient Near East. Leiden; Koln, 1979. Fig. 75
В Ассирии и в Урарту в начале IX в. до н. э. существовал двусоставный цельнобронзовый конский нагрудник, который с середины этого столетия приобретает месяцевидную форму127. И только позднее, в VI–V вв. до н. э., возможно, из Средней Азии распространилось ламеллярное или чешуйчатое прикрытие для груди животного, которое, впрочем, стали употреблять для верховых коней (Hdt., 1,215; Curt., IV,9,3; Arr. An., Ill,13,4)128. Похоже, что M. В. Горелик полагает, что у всех коней, верховых и упряжных, мог быть чешуйчатый нагрудник129. Однако, мне кажется, что Ксенофонт все же говорит о традиционном бронзовом нагруднике, экземпляры которого, датированные концом VIII–VII вв. до н. э., известны по раскопкам в некрополе Саламина (Кипр) и который отчетливо показан на позднехеттском рельефе из Сак-чегёзу, а так же на ассирийских изображениях130. По форме на них похожи и греческие бронзовые нагрудники для верховых коней из Южной Италии, что ясно свидетельствует о совершенстве и удобстве их конструкции131.
Последний элемент конской защиты, упомянутый Ксенофонтом, – это набочник (παραπλευρίδιον). Поллукс (11,167) так поясняет значение данного слова: «Оружие около боков коней». Данный предмет – это так же довольно древняя защитная деталь, известная еще по табличкам из Нузи, изображениям из Палестины и Кипра. Эта часть доспеха, скорее всего, возникла из попоны, которую уже в XV в. до н. э. стали усиливать металлическими деталями132. Позднее, в начале I тыс. до н. э., мы встречаем уже целые чешуйчатые или ламеллярные покровы для колесничных коней133. В первой половине VII в. до н. э. в Ассирии получает развитие и иной тип защиты коня, сделанный из мягких материалов и закрывающий животное от головы до хвоста.134 Хотя Дж. Андерсон считал, что персидские упряжные кони имели подобную защиту из одного цельного покрытия, однако, как справедливо предполагает российский археолог В. П. Никоноров, такие доспехи в дальнейшем не получили развития135. По-видимому, и Ксенофонт говорит не об этом типе брони, ведь он называет ее медной/ бронзовой. Однако, английский историк Дункан Хед считает, что бронзовые доспехи коней для времени Кира II – это слишком ранняя дата их появления, он склоняется к тому, что в данный период защита колесничной упряжки была лишь из мягких материалов136. Но ведь есть и непосредственные находки металлических частей данных доспехов из Урарту и Кипра, которые датируются даже более ранним временем и предполагать, что они позднее каким-то образом исчезли из употребления, вероятно, не стоит.
Охота с колесницы на льва. Деталь рельефа из Сакчегёзу на юге-востоке Турции (первая половина VIII в. до н. э.). Vorderasiatisches Museum 971, Berlin. Тяжелая колесница ближневосточного типа. Конь защищен наглазниками, месяцевидным нагрудником и пластинчатой попоной.
Воспроизведено по изданию: Lìttauer М. A., Crouwel J. Н. Wheeled Vehicles and Ridden Animals in the Ancient Near East. Leiden; Kòln, 1979. Fig. 58
В общем, скорее всего, и персы защищали своих колесничных коней традиционной ламеллярной или чешуйчатой попоной. М. В. Горелик предполал, что такие набочные брони для лошадей персы изготавливали по финикийским образцам137. Однако, судя по изображениям, следует скорее говорить о сиро-анатолийской традиции. Хотя в восточных письменных источниках эпохи Ахеменидов данная защита лошади, насколько мне известно, не упоминается, но существуют попытки реинтерпретировать один предмет в списке оружия и снаряжения, требуемого в 421 г. до н. э. Гадаль-ямой для службы в качестве всадника, как бронированный чепрак (UCP. 9.275)138. Подобная армированная попона, появилась как предмет снаряжения упряжного коня, позднее же она перешла и к верховому коню. Как указывает В. П. Никоноров, такую деталь защитного вооружения коней продолжали употреблять до III–IV вв. н. э.139 Однако, отличие таких поздних защитных покровов от более древних состоит в том, что защитный чепрак уже в эпоху эллинизма, по существу, представлял собой соединение в одно целое нагрудника и набочников. Арриан в «Тактике» называет эту часть брони коня еще традиционно – παραπλευρίδιον (Arr. Tact, 4Д; 34,8), по главному элементу – защите боков коня. Поскольку он указывает на то, что кони катафрактов носили лишь налобники и набочники, то совершенно ясно, что речь идет именно о такой броне. Подобные же экземпляры доспеха были найдены при раскопках в Дура-Европос