140.
Колесница. Золотая фольга из Амафунта на Кипре (ок. VIII в. до н. э.). Обратим внимание на пластинчатую броню коня.
Воспроизведено по изданию: Studniczka F. Der Rennwagen im syrish-phònikischen Gebiet // JKDAI. Bd. 22. 1907. Abb. 11
Существовал и еще один элемент защиты коня, который Ксенофонт не упомянул, возможно, не считая его защитным снаряжением, это – наглазники (παρωπίοα). Однако, Поллукс вставил их в список вооружения коня (Poll., 1,140; ср.: Х,53). Еще в документах из Мари в каталоге форнитуры для колесниц упоминаются кожанные наглазники141. С середины II тыс. до н. э. шоры были довольно широко распространены в Восточном Средиземноморье, а позднее, в первой половине I тыс. до н. э., они проникали оттуда даже в Грецию142. Обычно наглазники были из бронзы и, судя по кипрским находкам, снаружи они могли украшаться инкрустацией в виде глаза143. У ассирийцев и персов они, вероятно, использовались не столь часто144. И, возможно, еще и из-за того, что наглазники не были типичными для иранцев145, Ксенофонт на них и не указал. Это же предположение можно отнести и к нащечникам (παρήιοα), которые обычно так же делались из бронзы или слоновой кости (Нот. II., IV, 141–142)146.
Колесница-бига, кони в которой защищены чешуйчатой попоны. Фрагмент пексиды из слоновой кости сирийского стиля из юго-восточного дворца в Нимруде, вероятно, происходит из Хамата в Сирии (конец IX – конец VIII вв. до н. э.). Колеса с 5–6 спицами вертятся вокруг оси, расположенной под задней частью пола кузова, где стоят два человека. Снизу бежит собака, что подтверждает охотничий контекст сцены.
Воспроизведено по изданию: Amadasi М. G. L’iconografia del carro da guerra in Siria e Palestina. Roma, 1965. Fig. 27.2
Охота на быка с колесницы. Пластина из слоновой кости сиро-финикийского типа из Форта Салманасанара (730–720 гг. до н. э.). Показана колесница ближневосточного типа, но экипаж в ней – египтяне.
Воспроизведено по изданию: Amadasi М. G. L’iconografia del carro da guerra in Siria e Palestina. Roma, 1965. Fig. 28.3
а) Каменная головка коня из Зенджирли (примерно VIII в. до н. э.). Vorderasiatisches Museum 3004, Berlin. Видим небольшой узорчатый налобник и наглазники, вероятно, из бронзы. б) Бронзовый наглазник, инкрустированный глазом из слоновой кости. Могила 3 некрополя Саламина на Кипре (конец VIII в. до н. э.).
Воспроизведено по изданию: Littauer М. A., Crouwel J. Н. Wheeled Vehicles and Ridden Animals in the Ancient Near East. Leiden; Kòln, 1979. Fig. 64, 73
Упомянутых Поллуксом конские наголенники (περικνημίδες), вероятно, относятся к более позднему периоду. Возможно, описание Судой (s. ν. θώραξ) доспеха коня парфянского катафракта, где лошадь защищена вплоть до копыт, и следует понимать в том смысле, что животное прикрыто еще и такими наголенниками147.
Далее обратим внимание на то, что ни Ксенофонт, ни Поллукс не говорят о защите шеи коня. Упоминание о данной части доспеха коня мы не найдем и у античных военных теоретиков, о ней говорят лишь византийские авторы, которые называют эту деталь брони περιτραχήλιον (Anon. Byz. Tact., 17,3; Mauric., 1,2,3; Leo. Tact., 6,8)148. Впрочем, уже в египетские колесницы периода Нового царства были запряжены кони, верх шеи которых был покрыт защитой из мягких материалов. Одна терракотовая головка упряжной лошади с Кипра, датированная концом VI в. до н. э., имеет, наряду с наглазниками и налобником, еще и покрытие шеи из нескольких секций149. Впрочем, зачастую колесничный конь был в армированной попоне, но защиты шеи не имел. Да и ассирийские лошади, запряженные в боевую квадригу, в середине VII в. до н. э., все, кроме головы, защищались лишь покровом из кожи или войлока.
Терракотовая головка колесничной лошади. Кипр (ок. конца VI в. до н. э.). Ясно виден налобник в виде прямоугольной пластины, расширяющейся на носу животного; наглазники, возможно, инкрустированные; многосекцилнная защита шеи из органических материалов.
Воспроизведено по изданию: Karageorghis V. Salamis. Vol. III. Nicosia, 1967. Fig. 10
Чем же объяснить отсутствие защиты для шеи коня в описании Ксенофонта? Не забыл ли ее упомянуть греческий историк? Видимо, нет. Ведь и Арриан, описывая вооружение катафракта, в качестве элементов брони лошади упоминает налобник и набочник, но не защиту шеи (Агг. Tact., 4,1)150. Да и у некоторых средневековых воинов кони или вообще не имели прикрытия шеи, или же у них был защищен только загривок, тогда как голова и все тело животного были покрыты броней151. Данным фактам можно привести несколько объяснений. Так, подобная защита могла отсутствовать из-за того, что шея лошади спереди отчасти прикрывалась опущенной вниз головой, защищенной налобником. Ведь Р. Лефевр де Ноэтт даже доказывал, что при античной системе упряжки нагрудный ремень, сдавливая дыхание коня, заставляет животное инстинктивно поднимать шею и в то же время опускать голову, которая таким образом прикрывает перёд шеи152, однако Жан Спрюитт, основываясь на своих опытах, в свою очередь, поставил под сомнение выводы Лефевра де Ноэтта о нерациональности античной упряжки, однако он прямо не указывает на неверность выводов майора о положении головы коня. Данное предположение исходит из того, что система запряжки древних была лишь менее удобной, чем современная, и, следовательно, не сдавливала грудь153. Отсутствие защиты шеи можно объяснить еще и тем, что поражение коня в шею не сразу выведет его из строя. Так, например, полковник Дж. Денисон упоминает следующий случай под Буширом в Южном Иране (1857 г.): «Лошадь ротмистера Уренса была три раза ранена, пуля… вошла в шею лошади и вышла из загривка; движение лошади при этом не только не остановилось, но даже не замедлилось»154. Кроме того, шея коня должна быть достаточно подвижна во время скачки, а так же, когда все тело животного было покрыто броней, видимо, именно по шее коней производились уколы стрекалом для направления их движения (ср.: Xen. Cyr., VII, 1, 29). В общем, вопрос о том, почему шея лошади не была покрыта броней, в то время, как все остальное тело животного было защищено.
Насколько же была распространено защитное вооружение у коней? Ведь Ксенофонт в эпизоде, описывающем реформирование колесниц Киром вообще не упоминает его (Xen. Cyr., VI, 1,27–30), и, возможно, это не случайно. Также и Курций, говоря о приготовлениях Дария III к битве при Гавгамелах, рассказывает, что ламеллярные доспехи были даны лишь верховым коням (Curt., IV,9,3), но не упряжкам, которых, как сообщает этот же автор, поражали в низ живота (Curt., IV,15,15). Поэтому можно предположить, что по причине дороговизны доспеха, армированное покрытие могло отсутствовать вообще. Да и стрельба была, хоть и частая, но не особенно эффективная, о чём, между прочим, говорят и незначительные потери сторон в ходе самого боя, ибо массовое избиение проигравших обычно происходило во время их бегства. Ведь, к примеру, еще в 1866 г., во время Австро-прусской войны, немцам для поражения одного врага требовалось в среднем по 143 выстрела155. Что уж говорить о древнем метательном оружии, на которое могли повлиять различные природные явления (ср.: Liv., XXXVII, 41,1–4; Арр. Syr., 33)! Впрочем, упряжки высшей знати вполне могли иметь полный доспех, включая армированную защиту и для шеи животных. Теоретически можно предположить, что набочников не было у двух центральных коней в упряжке квадриги – они им, в принципе, просто не нужны.
Поскольку отсутствуют нарративные источники и изображения, сложно сказать, как изменилось вышеописанное защитное вооружение у коней, запряженных в серпоносную колесницу, в армиях Селевкидов и Митридатидов. Из деталей доспеха у упряжных коней, по всей видимости, остались лишь нагрудник и оголовье, которые и представлены на одном из барельефов алтаря Афины в Пергаме. Тут мы видим защиту для головы коня в форме маски и эллинистический, богато украшенный нагрудник, снабженный птеригами156. Сложнее интерпретировать другой барельеф этого же алтаря, где мы видим трапецевидный предмет, состоящий из двух горизонтальных рядов вертикальных узких пластин. По поводу этого изображения единого мнения среди исследователей нет. Часть исследователей полагает, что на данном барельефе показан конский нагрудник157, другие считают, что это кузов кельтской колесницы158. Действительно, с одной стороны, можно подумать, что показан именно кузов, а не прикрытия груди коня, для которого данный предмет был бы слишком длинным. Но, с другой стороны, неясно зачем два кольца были закреплены на верхнем угле этой кабины, ведь такие кольца, скорее всего, служили для прикрепления ремней, держащих нагрудник. И, следовательно, кольца свидетельствует за то, что здесь представлена именно защита для коня. Таким образом интерпретация этого предмета, без привлечения другого сравнительного материала результата не дает.
Но, если мы обратимся к конструкции кельтских бит, то увидим, что колесница с кузовом не была типичной для галлов. Существуют лишь единичные свидетельства о существовании подобного вида колесницы у кельтов. Так, терракотовый фриз из Чивита-Альбы в Пицене (II в. до н. э.), который, по мнению Я. Стеда, показывает эпизод боя греков (скорее, этрусков) с кельтами, представляет колесницу с высоким, сплошным кузовом, открытым лишь сзади159. Также и на барельефе этрусского саркофага из Кьюзи (I в. до н. э.) мы видим кельтскую бигу с цельным кузовом, который имеет возвышающиеся боковые углы160. По этим изображениям ясно видно, что конструкция кузова галльской биги не имеет ничего общего с изображением на пергамском рельефе. Итак, скорее всего, на данном памятнике представлен именно конский нагрудник, сделанный из двух рядов пластин.
Пергамский рельеф из храма Афины Никефорос (первая треть II в. до н. э.). На рельефе представлены элементы кельтского (щиты, остроконечный шлем, колеса) и эллинистического оружия (ш