Тому и быть с тобою! Я бы мог
Тебя жестоко, славно проучить
За дерзкий твой поступок; но, пожалуй,
Я пощажу тебя, Иван Царевич,
Когда ты мне дашь слово, что ты мне
Сослужишь службу; я прошу тебя
И сверх того отдам тебе Жар-птицу,
И ты со мной расстанешься, как с другом,
И выедешь из царства моего
В большом почете, как высокий гость,
Как сын царя, с которым я желаю
Вести приязнь и дружбу.
Иван Царевич
Я согласен.
Какая ж это служба?
Царь Долмат
Вот какая:
Есть царь Афрон, и у царя Афрона
Есть превосходный златогривый конь;
Так ты достань мне этого коня;
А не достанешь — нет тебе пощады!
Согласен ты на это?
Иван Царевич
Я согласен.
Царь Долмат
Итак, прощай же, будь здоров и действуй.
Ты молодец! Прощай, Иван Царевич!
(Волк везет Ивана Царевича к царю Афрону. Здесь он предостерегает его отнюдь не брать вместе с конем узды)
Серый Волк
(один)
Мне нравится мой витязь! Он красавец,
Смел, добродушен; жизненная сила
В нем весело играет и кипит,
В нем лишь одно не ловко, не похвально
И мне прискорбно: он мои советы
Позабывает. Я того и жду,
Что он опять забудет мой наказ:
Он соблазнится золотой уздой,
Возьмет ее и сделает тревогу!
Серый Волк и Иван Царевич
Иван Царевич
Прости меня, мой добрый Серый Волк!
Я виноват, опять впросак попался.
Я со стены спрыгнул благополучно,
Все было тихо, на дворе широком
Покоился крепчайший караул.
Я шел, твердя в уме твои слова:
«Не брать узды! Не брать узды!» — и этак
Добрался до конюшни, и в нее
Вошел, взглянул: а на стене узда!
Я и теперь еще не понимаю,
Как я тогда смешался, я забыл
И твой приказ, и самого себя,—
Вся в дорогих каменьях, в жемчугах
И золотая, от нее лучи! —
Я протянул к ней руки и лишь начал
Снимать ее с высокого гвоздя —
Вдруг звон, и крик, и страшная тревога!
Меня схватили молодца, и прямо
На суд, как раз перед царя Афрона;
Царь вспыхнул, расходился и меня
Сердитыми вопросами осыпал.
Я отвечал ему чистосердечно,
Кто я таков и для чего зашел
В его конюшню. Он хоть и смягчился,
Но уж мыл-мыл мне голову! Потом
История, похожая на ту,
Что у меня была с царем Долматом:
И царь Афрон дарует мне прощенье,
Отдаст мне златогривого коня,
Когда ему я службу сослужу;
Вот видишь ты, в чем дело: он влюблен
В какую-то прекрасную Елену;
Так я взялся, дал рыцарское слово
Достать ему предмет его любви.
Не знаешь ли, мой добрый Серый Волк,
Скажи ты мне, что это за Елена?
Серый Волк
Верх совершенства, чудо красоты!
Я потружусь, я сослужу тебе
Большую службу, я тебе достану
Прекрасную Елену; а тебе
Ее похитить самому нельзя,
Поверь ты мне. Садись-ка на меня,
Поедем мы в то царство. Я тебя
Оставлю на дороге одного
Во чистом поле, под зеленым дубом.
Там жди меня, я скоро ворочусь
С Прекрасною Еленой и тебе
Отдам ее руками.
Иван Царевич
Добрый Волк!
А мне было хотелось самому…
Да все равно я на тебя надеюсь
И буду ждать.
(Садится верхом на Волка).
Пошел же поскорее!
Иван Царевич
(под зеленым дубом)
Светла, чиста небесная лазурь;
Прохладен воздух, долы и холмы
Цветут; стрекочет подмуравный мир;
Журчат ручьи, и свищет соловей.
Прекрасный день! Люблю тебя, весна!
А что со мною будет, если Волк
Меня обманет, убежит домой,
А я останусь пеш и одинок? Я не знаю,
Чье это царство и куда идти?
Жду не дождусь; теперь уж третьи сутки
Кончаются с тех пор, как он меня
Покинул здесь. О нет! Он добрый малый…
Иван Царевич и Серый Волк с Еленой
Серый Волк
Иван Царевич, принимай руками
Прекрасную Елену, вот она!
(Кладет ее на луг, она в беспамятстве).
Она дорогой чувства потеряла;
Я так внезапно выхватил ее
Из тишины отеческого сада,
Из круга милых, молодых подруг,
Прислужниц, нянек, мамок и так быстро
Скакал с моею ношей дорогой,
Боясь погони и поимки, что она,
Воспитанная в неге и покое,
Имела право обмереть со страху
И задохнуться на моей спине;
А впрочем, я берег ее, слегка
Придерживал зубами, чтоб никак
Не уязвить чувствительного тела.
Иван Царевич
(смотрит на Елену)
Жесток ты, Волк!
Серый Волк
Небось: она очнется,
Дай только ей немножко отдохнуть.
(Елена просыпается и плачет, что Иван Царевич отдаст ее царю Афрону. Сам Иван Царевич плачет, потому что не хотел бы уже расставаться с красавицей царицей).
Серый Волк
Уж разве мне вступиться в ваше дело,
Прекрасная Елена?
Елена
Добрый Волк!
Спаси его, спаси обоих нас!
Серый Волк
Я вам слуга, Прекрасная Елена:
Спасу я вас обоих, — успокойтесь!
Садитесь-ка на серого слугу!
Я повезу вас самой нежной рысью,
Прохладно и сохранно в государство
Царя Афрона; там, Иван Царевич,
Найдем мы лес, а в том лесу поляну,
И в той поляне мы одну оставим
Прекрасную Елену ненадолго.
Я обернусь Прекрасною Еленой,
И ты отдашь меня царю Афрону,
И на своем коне золотогривом
Туда приедешь; я же у него
Останусь погостить, повеселиться
Не более трех суток, убегу,
И снова к вам явлюся вам служить.
Иван Царевич, Елена и Серый Волк.
(В лесу)
Елена
Любезный волк! Я буду вечно помнить,
Чем я тебе обязана, ты спас
Обоих нас: благодарю тебя!
Серый Волк
И есть за что, Прекрасная Елена!
Ах, если бы вы видели, как я
Вас представлял перед царем Афроном!
Комедия! Когда Иван Царевич
Покончил с ним дела свои и вышел
Из комнаты, где приняты мы были
Блистательно и радостно и им
Самим, и ловкой пестрою толпой
Золотошвейных царедворцев, — царь
Махнул рукой, и я осталась с ним
Наедине. Он предложил мне сесть;
Я села на диван под балдахином,
Задумчиво склонилась головой
К высокой спинке, очи и уста
Полузакрыла томным выраженьем
Пленительной усталости, а руки
На бархатных подушках разметала.
Он занимался созерцаньем
Моей всесовершенной красоты,
Потом сказал: «Прекрасная Елена!
Назначьте день, счастливейший мой день,
Когда вполне вы будете моею?
Угодно ли вам завтра?» Я смутилась
И трепетно и робко отвечала:
«О, да!» Он тотчас отдал приказанье
Готовить праздник; он был вне себя
От радости, что завтра наша свадьба.
Мне захотелось походить в саду
И по полю, — он отпустил меня.
Окружена блестящею толпой
Прислужниц, нянек, мамок и других
Чинов придворных, я в саду гуляла
И вышла в поле. Вдалеке чуть видно
Синелся лес; я села на траве
И приказала им сесть; а сама
В то самое мгновенье, как они
На землю опускались, вдруг вскочила
И поминай как звали: прямо в лес —
Там обернулась в свой родимый вид,
И к вам сюда, за тридевять земель.
Скорее ветра прибежал ваш Волк,
По-прежнему готовый вам служить.
Иван Царевич
Вот молодец! Знай наших! Милый Волк!
Мне полюбился златогривый конь:
Не можешь ли ты сделать, ухитриться,
Чтобы и он остался у меня?
Ведь ты волшебный…
Серый Волк
Я люблю тебя,
Иван Царевич, я готов на все,
Тебе в угоду буду златогривым
Конем. Ты за меня возьмешь Жар-птицу;
Я убегу и от царя Долмата,
И вновь тебе твой добрый Серый Волк.
(Волк исполняет свое слово: обернувшись конем, дает сесть на себя царю Долмату, но тут же сбрасывает его наземь, а сам убегает опять к Ивану Царевичу, чтобы с ним уже проститься. Иван Царевич остается один с Еленою. Старшие два брата, встретив их на дороге, из зависти к Ивану Царевичу убивают его, сонного, а Елену, коня и Жар-птицу берут с собой).
Царь Выслав, Димитрий Царевич, Василий Царевич и Елена
(Обедают)
Царь Выслав
Прекрасная Елена!
Вы ничего не кушаете… Что вы
Так пасмурны? Уж вы здоровы ли?
Димитрий Царевич
Она здорова, но нельзя ей,
Царь-батюшка, не погрустить, покуда
Не обошлася в нашей стороне,