Теперь, кажется, можно перевести дыхание. Правда, Кора по-прежнему казалась словно окаменевшей, но худшее уже позади. Наверняка она это тоже понимает. Взглянув на нее, он изобразил на лице самую приятную из своих улыбок.
– Кора, – сказал Лайон, – познакомься с Ингой. Это моя домоправительница…
– Сукин сын! – прошипела Кора и что было сил ударила его по улыбающейся физиономии.
Глава десятая
Лайон стоял возле окна своего офиса, стараясь не обращать внимания на свое отражение. У него не было никакого желания рассматривать синяк под глазом, весьма заметный несмотря его почти недельный стаж. Да, надо признать, я нашел прекрасный способ начать семейную жизнь. Что может быть романтичнее, чем попытаться овладеть женой на кухонном столе, быть застигнутым за этим домоправительницей, да еще заполучить внушительный синяк?
– Плюс неделя гробового молчания, – добавил он вслух. – Веселенькое занятие быть женатым человеком, что и говорить.
Во что превратилась его мирная холостяцкая жизнь, подумал Лайон, прислоняясь лбом к холодному стеклу. Впечатление было такое, будто он попал в сумасшедший дом. Его домоправительница общалась с ним исключительно при помощи междометий, а жена за все эти дни не произнесла вообще ни единого слова. Единственным существом, радовавшимся его возвращению домой по вечерам, был сын.
Мой сын, подумал Лайон, невольно улыбнувшись. Поразительно, как быстро я привязался к этому сгустку неистощимой энергии.
Необходимо было сообщить партнерам, сослуживцам, знакомым о женитьбе. Однако подходящего момента так и не представилось, а подбитый глаз вызывал у окружающих явно нездоровый интерес.
– Я наткнулся на дверь, договорились? – сказал Лайон Барту, прежде чем тот успел промолвить хотя бы слово.
– Как скажешь, старина, – ответил партнер, ухмыльнувшись.
Разумеется, в офисе все сразу что-то почувствовали. Лайон понимал: люди замечают, что настроение у него хуже некуда, что он быстро выходит из себя. Однако истинные масштабы происходящего оценил только тогда, когда Бетси в ответ на предложение остаться его постоянной секретаршей скорчила гримаску и попросила пару дней на размышление. В общем, дела в конторе обстояли не намного лучше, чем дома.
– Черт побери! – пробормотал Лайон, усаживаясь за стол.
В собственном доме он был парией для всех, кроме Фрэнка. И кто же в этом виноват? Конечно, Кора, не он же. Обнаружив, что у него есть сын, он предъявил на него свои права. Разве это грех? Напротив, его поведение было почти образцовым. Ну, может быть, несколько жестковатым, даже грубым, если хотите, но разве у него был выбор?
– Никакого, – вслух произнес Лайон.
Малышу Фрэнку необходима семья, именно поэтому пришлось буквально силой заставить Кору выйти за него замуж, оторвать ее от друзей, работы, от привычной жизни. Это было просто необходимо.
К черту все! Схватив висевший на спинке стула пиджак, Лайон нажал кнопку переговорного устройства.
– Отмените все сегодняшние встречи, Бетси, – сказал он. – Я ухожу.
Фрэнк сидел на своем высоком стульчике, размахивая обгрызанным печеньем, и с большим интересом наблюдал за тем, как Инга шинкует морковь.
– Па-па, – радостно залепетал он при виде Лайона.
– Привет, – воскликнул тот, подбрасывая сына в воздух, и усадил его обратно. – Здравствуйте, Инга, – обратился он к неприветливой спине домоправительницы. – Где миссис Кинг?
– Наверху, – ответила Инга, выдержав паузу. – Однако не думаю, чтобы она желала вас видеть.
– Спасибо за информацию, – как можно более вежливо ответил Лайон и, немного помедлив, продолжил: – У вас нет никаких сложностей с Фрэнком?
Инга бросила на него недовольный взгляд.
– Ваш сын чудесный ребенок. Весь в мать. Он кивнул, будто нисколько в этом не сомневаясь.
– Вам не трудно будет остаться с ним на уик-энд? Даже побольше. Скажем, с сегодняшнего дня до вечера понедельника.
– Если это будет нужно миссис Кинг, я останусь.
– Это нужно мне. Я увезу миссис Кинг на несколько дней. – Лайон вновь помедлил. – Нам надо кое-что прояснить между собой.
– Да уж точно.
– Что? Что вы сказали?
Отложив наконец нож, Инга повернулась к нему.
– Я сказала, что это прекрасная идея, мистер Кинг. – Вытерев руки о фартук, она взяла Фрэнка на руки. – Могу поспорить, что ваш сын думает то же самое.
Уговорить Кору было посложнее.
– Я не оставлю своего сына, – отрезала она.
– Инга прекрасно о нем позаботится.
– Не сомневаюсь, но только в случае, если я окажусь такой идиоткой, что соглашусь провести уик-энд с тобой в гостиничной постели.
Взяв Кору за неподатливые плечи, Лайон повернул ее лицом к себе.
– Ты неверно меня поняла, – сказал он. – Я не прошу тебя провести этот уик-энд в постели.
Ее щеки слегка порозовели, но взгляд остался непреклонным.
– Разве нет?
– Нет. – Он отпустил ее плечи. – Дело в том… просто мне начинает казаться, что я делал все совсем не так, как надо.
Ее взгляд был по-прежнему настороженным.
– И что все это значит?
– Это значит, что мне, похоже, надо было вести себя совсем по-другому.
В первый раз за все эти дни выражение лица Коры смягчилось, на нем даже появилось некое подобие улыбки. Лайон только теперь понял, насколько тягостным для него было видеть ненависть к себе во взгляде своей жены.
– Ты это серьезно?
– Да.
– О, Лайон! – Теперь она улыбнулась по-настоящему, и на сердце у него стало теплее. – Спасибо тебе.
– На здоровье, – улыбнулся он в ответ.
– Я быстро, – метнувшись от него, Кора распахнула дверцы гардероба. – Мне почти нечего собирать.
Его улыбка несколько увяла.
– Знаю. Я ведь не дал тебе возможности собрать все свои вещи. Потому и оставлял кредитную карточку, но ты к ней не притронулась.
– Да, я не хотела ничего от тебя брать. – Кора посмотрела на него. – Ты не пожалеешь о своем решении, – мягко сказала она. – Обещаю тебе.
– Я в этом уверен.
– А я уверена, что Стром возьмет меня назад. Может быть, даже удастся сохранить за собой старый дом, но если нет, то я пришлю тебе новый адрес и номер телефона…
Схватив за плечо, он развернул ее лицом к себе.
– Что?
– Наш адрес, мой и Фрэнка, – улыбнулась Кора. – Я тоже должна тебе кое в чем признаться.
– В чем же? – сухо спросил он.
– Я ошибалась, когда говорила, что ты не нужен Фрэнку. Теперь мне стало понятно, что это не так. – Улыбка ее стала просто ослепительной. – Если хочешь, можешь навещать его хоть каждый уик-энд. Тебе надо будет только позвонить и предупредить… – Его пальцы, все более сжимающиеся, начали причинять ей боль. – В чем дело? Почему ты на меня так смотришь?
– Поразительно, – тихо произнес Лайон, – как быстро я забыл, насколько холодной и расчетливой ты можешь быть.
Лицо Коры приняло серьезное выражение.
– Не понимаю тебя.
– Да, вряд ли ты меня понимаешь. – Он отпустил ее, почувствовав, что не ручается за себя. Злость душила его. Неужели она действительно думает, что он может расстаться с Фрэнком? А с ней самой ты можешь расстаться? – ехидно спросил внутренний голос, и это еще больше разозлило Лайона. – Я не разрываю нашего брака. Ее лицо вытянулось.
– Как же… ты же сказал…
– Я сказал, что, возможно, действовал слишком поспешно. Может, надо было дать тебе несколько дней, чтобы привыкнуть к мысли о замужестве.
– Нет! – Одежда, которую она держала в руках, соскользнула на пол. – Не надо, Лайон, прошу тебя!
– Не надо, Лайон, – передразнил он. – Я пришел к тебе сказать, что поторопился. Мне хочется, чтобы Фрэнк рос в нормальном доме, а не в военном лагере, в который он превратился с тех пор, как я привез тебя сюда.
– Должно быть, я чего-то не понимаю. – Кора смотрела на него в полном недоумении. – Тебе кажется, что можно исправить положение, прожив уик-энд в отеле? – Она рассмеялась. – Ты что, за идиотку меня принимаешь?
– Мы проведем этот уик-энд в попытках узнать друг друга получше, моя обожаемая жена, и сгладить имеющиеся между нами разногласия, чтобы вернуться домой нормальными родителями для Фрэнка.
– О, разумеется! Немного музыки, свечи…
– Боюсь разочаровать тебя, дорогая, но соблазнение в мой план не входит.
– В том-то и дело, – с горечью воскликнула Кора. – Твой план. Твой сын. Твой дом. Тебе кажется, что ты владеешь жизнью!
– Я владею тобой, – ответил он, яростно сверкнув глазами. – Не забывай этого.
– Никогда, – злобно ответила она. – Никогда!
Почему Кора приводит меня в такую ярость? Лайон стиснул зубы. Всякий раз, стоит мне попытаться воззвать к голосу разума, она переиначивает мои слова, заставляя говорить то, что первоначально совсем не имелось в виду. Я ведь вовсе не владею ею. Разве можно вообще представить, чтобы ею кто-то владел? Для этого она слишком независима.
Сердито нахмурясь, Лайон сильнее нажал на педаль газа.
Гораздо умнее было бы дать ей собраться, попрощаться и пожелать счастливого пути. «Оставь моего сына здесь, и можешь больше не появляться» – вот что надо было сказать. Если он этого не сделал, то только потому, что у Фрэнка должны быть и отец, и мать.
Лайон покосился на отодвинувшуюся как можно дальше от него Кору. Что ж, тем лучше. Подумать только, ей взбрело в голову, что он увозит ее с целью соблазнить… Просто смешно. Да, она мать его сына, но только и всего. У него ровно столько же желания уложить ее в постель, как, скажем, прогуляться по Луне.
Да и какой мужчина в здравом уме захочет заняться любовью с этой дикой кошкой? Взять ее в объятия, ласкать, целовать ее губы, грудь и наконец войти в нее, проникая все глубже и глубже!..
Что за дьявольщина! – встрепенулся он, пытаясь сконцентрировать свое внимание на дороге. Хоть бы она чего-нибудь сказала, спросила бы, куда они едут… Где там, после сцены в ее спальне Кора не произнесла ни единого слова, да и сейчас сидит как надгробный памятник. Черт побери, что творится сейчас в ее голове?