– Дед помог. Я ему изложил суть дела, он поговорил с родителями, и отец с мамой единогласно меня отпустили.
– Мировые у тебя родители, – невольно позавидовала Юлька.
– Это факт, – согласился Кирилл. Достал из школьной сумки несколько видеокассет и пакет с мандаринами.
В комнату вошла Мумия и, увидев мандарины, вздохнула:
– К нам уже ходят со своими продуктами.
– К больным с пустыми руками не приходят. Я принес классные комедии, хорошее настроение – важный фактор в борьбе с болезнью, – мальчик вставил кассету в видеомагнитофон.
Мумия принесла какао и горячие бутерброды. Отказалась от предложения Кирилла вместе посмотреть комедию, оценила стопку кассет, принесла из кладовки толстый поролоновый матрас, подушку и комплект постельного белья.
– Спи здесь, а то уснешь прямо на полу, вы пока все кассеты не пересмотрите, не угомонитесь. Сами застелите? Укроешься пледом.
Домработница пожелала спокойной ночи и ушла к себе.
Юлька с облегчением перевела дух, она боялась, что Мумия постелет Кириллу в другой комнате, тогда какая польза от его прихода?
Ребята посмотрели две комедии, поставили третью, но Юльку мало интересовало происходящее на экране, она хотела одного – спать, да и Кирилл слишком добросовестно таращил глаза на экран, подавляя зевоту.
– Я больше не могу, я хочу спать, – призналась Юлька.
– Спи, я тебя покараулю, – сонным голосом сказал Кирилл.
Юлька обняла подушку и мгновенно провалилась в сон.
Ей снилось, что она стоит на берегу моря, к ее ногам прилив выносит золотую рыбку. Обрадованная Юлька наклоняется, хочет взять рыбку в руки и попросить исполнить три желания, но едва касается золотистой чешуи, как рыбка обнажает пираньи клыки и рычит. Юлька вздрогнула и проснулась.
– Р-р-р, – злобное рычание раздавалось совсем рядом.
Юлька нащупала напряженное тельце Лушки и вздыбленную шерсть на загривке. Глаза собаки светились диким огнем. Еще ничего не поняв, Юлька дернула Кирилла за свисавшую с матраса руку и громко позвала.
– А? Что? – подскочил Кирилл и добавил тонким голосом: – Ой, мамочки!
Даже не посмотрев в сторону двери, Юлька знала, что он увидел, и нервно представила:
– Знакомься, это Карменсита!
На имя привидение среагировало очень бурно, лицо исказила гримаса ярости, оно попыталось войти в комнату, но не смогло. Тонкие пальцы бессильно скребли по невидимой преграде.
– А она красивая, – дрожащим голосом сказал Кирилл.
Присутствие друга придало Юльке сил. Она боялась, но боялась меньше. Схватив с тумбочки будильник, девочка мощным броском запустила его в призрачную фигуру. Пластмассовый будильник, не встретив препятствия, легко пролетел сквозь привидение и с грохотом разбился в коридоре. Юлькин поступок имел неожиданные последствия, Лушка стрелой промчалась по комнате и, злобно рыча, вцепилась в край бархатного платья. В лунном свете тускло блеснуло лезвие стилета, собачка жалобно завизжала, а на пороге появились темные капли крови.
– Ах ты дрянь! – закричала Юлька и, сбросив оцепенение, соскочила с дивана.
Какое счастье, что Кирилл догадался включить торшер. Как только зажегся свет, фигура Карменситы поблекла, на миг вспыхнула белесым свечением и исчезла.
– Лушка! – забыв обо всем, Юлька склонилась над собакой. По задней лапе стекала тонкая струйка крови.
– Где аптечка? – Кирилл пришел в себя и готов был действовать.
– На кухне.
Через несколько минут он вернулся с бинтами, перекисью и темным флаконом:
– Фиксируй лапу.
Юлька мертвой хваткой вцепилась в пораненную лапку. Кирилл полил глубокий порез перекисью водорода, осторожно промокнул кусочком бинта, густо наложил мазь и перебинтовал.
– Чем ты намазал ей лапу? – Юлька гладила нервно вздрагивающую собачку.
– Левомиколем, эта мазь убивает инфекции и заживляет раны.
Юлька с уважением посмотрела на Кирилла. Она совсем не разбиралась в лекарствах, знала только, что при температуре пьют аспирин, а при зубной боли анальгин.
Забинтованную и тяжело вздыхающую Лушку Юлька положила на свою постель.
– Юля, – поманил девочку в коридор Кирилл, предварительно включив повсюду свет. – Смотри!
Юлька, дрожа от страха, взглянула на картину. Когда-то тусклая картина приобрела яркие зловещие краски.
– Она стала ярче, – с замиранием сердца прошептала девочка.
– Смотри внимательней.
Юлька добросовестно осмотрела картину, но, кроме более насыщенного цвета, ничего не заметила.
– Вот, – ткнул в полотно пальцем Кирилл. – Взгляни на стилет.
Юлька сдавленно вскрикнула: с конца лезвия стекали багрово-красные капли.
– Ненавижу! – закричала она и ударила картину. Холст мягко отпружинил кулак.
– Я убью ее! – в состоянии, близком к истерике, кричала Юлька и пыталась ударить зловещее изображение. Кирилл удерживал руки девочки и одновременно оттаскивал ее от картины.
Сообразив, что справиться с мальчишкой ей не удастся, Юлька позволила отвести себя в комнату и там безудержно разрыдалась.
– Я убью ее, – прошептала она трясущимися губами.
– Юля, – Кирилл обнял подругу за плечи. – Чтобы умереть, надо, по крайней мере, быть живым.
– Что?!
– Она неживая. Как ты можешь убить ее?
– Сжечь! – почти выкрикнула Юлька.
– Это можно. А если картина – бесценное произведение искусства?
– Все равно ее надо уничтожить!
– Давай дождемся дедушкиного приятеля Якова Ильича, а потом вместе решим, как поступить с картиной.
– А если он сегодня не прилетит?
– Прилетит. Я слышал сводку погоды, сегодня небо будет ясным.
– Ладно, – нехотя согласилась Юлька, вытирая с пола капли Лушкиной крови.
Кирилл удивленно присвистнул:
– Вот это да!
– Что там? – заинтересовалась Юлька.
– Смотри, – Кирилл держал в руке кусочек бордового бархата, вырванный острыми зубками Лушки из платья Карменситы.
Сдерживая дрожь, Юлька потрогала ткань и растерянно посмотрела на друга:
– Разве так может быть? Призрак, привидение, фантом – нереальны, бесплотны, они просто появляются и исчезают, и все.
– Отпечаток на пролитой краске, Лушкина лапа, кусочек платья. Наше привидение оставляет вполне материальные следы своего пребывания.
– Но этого не может, не должно быть! – Юлька заплакала, спрятав лицо в ладонях.
– Юль, надо держаться, мы одолеем ее. У тебя есть «Словарь иностранных слов»?
– У папы в кабинете.
– Я принесу.
– Я с тобой, – шмыгнула носом Юлька. На полке Кирилл увидел два словаря, взял оба, на всякий случай захватил огромный «Советский энциклопедический словарь», заметил на столе лупу, прихватил и ее. В комнате разложил словари по дивану и начал листать, бормоча:
– Привидение, призрак. Ни того, ни другого нет, – мальчик с раздражением отодвинул словари, посмотрел на дату выпуска. – Ага, понятно, в советских словарях привидениям и призракам не было места. Зачем писать о том, чего не существует? А у нас несуществующее привидение нанесло существенный вред собаке, – Кирилл погладил Лушку.
– Посмотри в «Школьном толковом словаре», – посоветовала Юлька.
– Там-то откуда?
– Посмотри.
Кирилл пролистал словарь и воскликнул:
– Эврика! Есть! Слушай: «Призрак – образ кого-чего-либо, представляющийся в воображении. Нечто нереальное, обманчивое, мираж, иллюзия».
– Мираж оставил нам кусочек иллюзии, – Юлька потрогала бордовый обрывок.
– Получается так, – Кирилл захлопнул словарь. – Как ты думаешь, почему она не вошла в комнату?
– Не знаю. У меня создалось впечатление, что ей что-то мешало, не давало войти.
– Возможно, она может ходить только по коридору.
– Но к бабушке в комнату она вошла, – напомнила Юлька.
– Действительно. Тогда почему она не вошла к нам? Испугалась собаки? Но это не помешало ей ударить Лушку ножом. Ничего не понимаю.
В голове у Юльки крутилась какая-то мысль, но ускользала, не желала сформировываться.
– Карменсита ударила Лушку, когда… Когда она выскочила из комнаты!
– Что?
– Карменсита ударила Лушку, когда Лушка выскочила из комнаты. Если бы Лушка не выбежала, Карменсита не причинила бы ей вреда, она не могла войти в комнату, факт.
– А почему? В первую очередь мы должны выяснить, почему привидение не может войти в комнату, причем, заметь, именно в эту комнату, в другие, как я понял, Карменсита заходит свободно, – Кирилл внимательно осмотрел косяки. Неудовлетворенный простым осмотром, взял лупу, через двадцать минут разочарованно заметил: – Ничего. – Затем перешел к полу, отогнул линолеум и обрадованно окликнул Юльку: – Смотри.
– Смотрю, дальше что?
– Ты не туда смотришь, – Кирилл ткнул пальцем в стык паркета и линолеума.
Юльке пришлось лечь на пол, чтобы увидеть то, на что указывал мальчик. Под линолеумом золотился крошечный крестик.
– Я его уже месяц ищу, цепочка порвалась, но ее я нашла, а крестик нет, – девочка протянула руку за крестиком, но Кирилл перехватил запястье.
– Не трогай. Пока крестик лежит здесь, Карменсита не войдет в твою комнату. Он освященный?
– Да, мама купила его в церкви.
Кирилл аккуратно прикрыл крестик линолеумом.
– Тогда все логично. Привидения и призраки относятся к нечистой силе, а нечистая сила боится крестов и святой воды. Не зря же есть поговорка: «Боится, как черт ладана». В этой комнате ты в безопасности, как в бункере.
От этих слов Юлька немного взбодрилась.
– Тебе нас не достать! – прокричал в коридор Кирилл.
– Тише, – одернула его девочка. – Мумию разбудишь.
И они одновременно подумали об одном и том же: «Что с Мумией?» Они произвели столько шума, что домработница не могла не проснуться.
– Как ты думаешь, с ней все в порядке? – стуча зубами, спросила Юлька.
– Не знаю, – вид у Кирилла был испуганный.
Они подкрались к комнате Музы Михайловны и прислушались. За дверью было тихо. Постучать? Тогда придется объяснять, почему они не спят и почему разбудили человека среди ночи. Войти без стука? А вдруг Мумия проснется и им влетит по полной программе?