Так вот, о романе. Действие происходит в 1943 году в Кариб-ском море. Преуспевающий художник-американец добровольно превращает свою моторную яхту в судно-ловушку и вместе с группой добровольцев начинает охоту за германской подводной лодкой, а после гибели субмарины преследует на островах ее экипаж. В конце романа художник погибает в бою с немцами.
И вот мой знакомый, прочитав текст в журнале «Иностранная литература», сказал. «Читал и плакал». Разумеется, я его не понял. Спросил: «Николай Васильевич, над чем плакать, там же нет никакой трагедии?» А он мне ответил: «В том-то все и дело. Я вспоминал, как мы воевали и как жили на войне — везде, где мне довелось побывать. Как скоты1 А немцы и американцы в этой книге тоже убивают друг друга, но при этом живут, воюют и умирают как люди!»
Признаться, я тогда не воспринял его слов. А зря. Все, что мне довелось узнать о так называемой «Великой Отечественной» в последующие 35 лет, снова и снова убеждало меня в правоте ветерана Вот и эта книга убедительно свидетельствует о том же. Потому что вся жизнь у «советских» — благодаря большевикам — была скотской, иной они просто не знали. А как жили — так и воевали, так и умирали.
Заявляя о том, что Советский Союз внес «решающий вклад» в победу над нацизмом, в СССР (а ныне и в России, официально объявившей себя преемницей рухнувшей империи) всегда имели в виду в первую очередь цену, уплаченную за победу, то есть свои собственные колоссальные потери — и людские, и материальные. Да, горами трупов своих солдат и гражданского населения СССР превзошел всех. Но кто виноватвтом, что Красная Армия не могла воевать так, как обещал до войны «непобедимый маршал рабочего класса» Клим Ворошилов — «малой кровью, могучим ударом»?! Кто виноват в том, что война стала чудовищной бойней, в которой беспощадно истреблялись народы Советского Союза?
Ответ может быть только один: виновна сама СИСТЕМА советской власти, то есть диктатура преступного сообщества негодяев — партии большевиков (или коммунистов, как они предпочитали себя называть). Писатель Виктор Суворов (В.Б. Резун) ясно и четко сформулировал суть проблемы:
«Семьдесят лет во главе государства стояли бандиты. За это время лишь однажды сатрапы власти и народ выступили единым фронтом — во время войны. И этот миф, этот последний мостик, который связывает власть и народ, рухнет, если написать о войне правду:
Что именно советское правительство привело к власти Гитлера. Что именно СССР планировал наступательную войну в Европе. И мы бы сами напали на Гитлера, если бы тот нас Не опередил. Мой отец воевал за свою страну, а власть воевала, чтобы сохранить в этой стране колхозное ярмо. Победа в войне стала для власти победой над своим народом» [«Аргументы и факты», 2005, № 41 (октябрь)].
Именно эту отвратительную правду о войне и о своем советском прошлом категорически отвергает российское общество и, смею думать, никогда не примет. Так что сия книга — сугубо на любителя.
А.Е. Тарас 23 февраля 2009г.
Предисловие автора
«Величайший гений всех времен и народов» И.В. Сталин получил в 1941 году желанную «Большую войну», к которой он долго и тщательно готовился. Вот только приправу к этому блюду приготовил другой повар. Вместо удара в спину немцам и внезапного броска в Юго-Восточную Европу, Советскому Союзу пришлось вдруг вести оборонительную войну на собственной территории, ккоторой это государство совершенно не было готово. Тут уже стало не до Балкан и не до Босфора — закачалось все возведенное на крови здание новой российской империи. Кто заплатил за средневековые игрища «усатого»? Естественно, народ. Точнее — все нации и народы СССР.
Так было уже не раз в истории России. В XVI веке ливонская авантюра Ивана IV привела не только к поражению московских войск в Прибалтике, не только к разорению Полоцка и кучам костей московских ратников на берегах Уллы, но и к появлению под стенами Москвы подзабытых уже татар, а еще позже (уже в правление Годунова и Шуйского) — к голоду, смуте и крушению прежней государственности.
В это же промытое русло в XX веке хлынул новый поток — коричневое нашествие с Запада, накликанное на головы народов СССР закулисными интригами главного кремлевского «архистратига». Как и за счет чего удалось выстоять? Об этом — мой рассказ.
К сожалению, исследованиям современных российских авторов, помимо массы умолчаний и откровенного вранья, присуще слишком много эмоций, что мешает объективно рассматривать тот или иной вопрос. Я старался избежать этого, пытаясь рассматривать исторические события отстраненно и непредвзято, хотя через ту войну прошли и мои родственники, а кое-кто из них погиб.
Я не описывал подробно ход боевых действий, лишь пытался предельно сжато анализировать общий ход войны, чтобы ответить на вопрос, почему то, что случилось, произошло именно так, а не иначе, и к каким последствиям привело дальнейшее развитие событий.
Я старался коснуться тех вопросов, которые в русскоязычной исторической литературе либо освещены недостаточно, либо преподносятся в искаженном виде.
О том, какой ценой удалось победить Германию — это исследование.
Введение: мифология «Великой Отечественной»
Вооруженному поздно быть недовольным войной.
(Античный афоризм)
Ранним утром 22 июня 1941 года начала свой отсчет великая трагедия народов, населяющих СССР. Однако, как ни кощунственным это покажется кому-то, с точки зрения «мирового масштаба» (как говаривали некогда большевики) в тот день свершилась величайшая справедливость, давшая шанс населению планеты преодолеть последствия запущенной в свое время болезни. Имя ей — «великодержавный шовинизм» (справедливо в отношении и нацистской Германии, и большевистской России). 22 июня сцепились друг с другом два государства, правители которых собирались перекроить карту мира, и даже успели приступить к этому переделу.
Но для начала — немного цифр.
Накануне вторжения в СССР вооруженные силы Германии насчитывали 8,5 млн человек. Из этого количества 5,2 млн приходились на сухопутные войска. Сведены они были в 179 пехотных и кавалерийских дивизий, 35 танковых и моторизованных дивизий, а также 7 отдельных бригад.
Из них против Советского Союза были развернуты 119 пехотных и кавалерийских дивизий (66,6% от общего числа), 33 танковые и моторизованные дивизии (94,3%) и две бригады. Союзники немцев — Румыния, Венгрия и Финляндия — выставили еще 29 дивизий и 16 бригад.
По официальным советским данным, дивизии и бригады немцев и их союзников, вместе взятые, насчитывали 5,5 млн человек. Мне данная цифра представляется сомнительной. По моим подсчетам выходит, что у немцев было не более 3,7 млн человек, а у их союзников — максимум 500тысяч. Итого — примерно 4 млн 200 тысяч «штыков».
Кроме живой силы, были сконцентрированы около 47 тысяч орудий и минометов всех калибров, более 4 тысяч танков, САУ и бронемашин, а также до 5 тысяч самолетов всех типов1.
Что противопоставила немцам Красная Армия? По официальным данным (архив оргуправления ГОМУ Генштаба, опись № 2314, том 2), в вооруженных силах СССР к началу войны было 303 дивизии и 22 бригады, больше, чем в любой другой стране мира (хотя это было — по утверждениям большевистской пропаганды — самое миролюбивое государство из всех!). Из них в западных округах (Ленинградском, Прибалтийском, Западном, Киевском, Одесском) якобы находились 166 дивизий и 9 бригад. И насчитывали все эти дивизии и бригады будто бы только 2,9 млн человек, имевшие 32.900 орудий и минометов (без 50-мм минометов), 14.200 танков и 9200 боевых самолетов (тот же источник).
Всего же к июню 1941 года в РККА и РККФ насчитывалось 4,8 млн человек личного состава, причем в это количество не попали 805.264 человека, призванные весной на так называемые «большие учебные сборы» (скрытая мобилизация). Они уже находились в войсках, но в списочную численность войск их включили лишь после официального объявления о мобилизации, то есть когда война уже шла. На вооружении всей РККА состояло 76.500 орудий и минометов (без 50-мм минометов), 22 тысячи танков, около 20 тысяч самолетов.
Соответствуют ли действительности данные в первую очередь о численности живой силы Красной Армии? Нет. Доказывается это очень просто. Но для начала отметим один чрезвычайно важный факт, имеющий первостепенное значение: даже 22 июня 1941 года, за 3 года до высадки союзников в Нормандии, немцы смогли бросить против СССР только 66,6% своих пехотных дивизий, тогда как 33,4% остались в Европе и в Северной Африке. Таким образом, «второй фронт» существовал уже тогда, и оказывал на ход событий существенное влияние. А если бы Вермахт бросил против СССР 100% своих войск? В таком случае не позже сентября 1941-го немцы были бы в Москве и Ленинграде, не позже нового года — за Волгой.
Ну а теперь — к анализу.
Официальная статистика говорит о 2,9 млн советских солдат в западных округах. Но если сложить численность (согласно гой же официальной статистике) на 22 июня по отдельным округам (фронтам) — Лен.ВО (358.390 чел.), Приб.ОВО (498.000 чел.), За-п.ОВО (627.300 чел.), КОВО (864.600 чел.) и Од.ВО (364.700 чел.) (там же, с. 267—310), мы получим только 2,7 млн чел. А где еще 200 тысяч? То же самое получается с количеством дивизий в указанных округах — по официальным спискам набирается не более 152 дивизий и около 14 бригад. Где еще 14 дивизий и откуда взялись «лишние» 5 бригад?
Дальше — больше. Если предположить полную укомплектованность абсолютно всех советских дивизий на западе — до 14 тысяч человек в стрелковой дивизии (а среди них были и кавалерийские со штатной численностью 6—8 тысяч человек, и танковые корпуса в 7—10 тысяч), все равно набирается только 2,3 млн человек. Куда подевались еще 600 тысяч?
Но и это не все. Во всех исторических трудах отмечается, что на 22 июня 1941 года советские дивизии не были укомплектованы полностью, они имели в лучшем случае 8-тысячную численность. Охотно бы поверил, но как тогда объяснить тот факт, что даже если умножить все 166 дивизий западных округов на 8000, мы получим чуть более 1,3 млн человек?