Кажется, он был доволен ничуть не меньше, чем его зрители…
Когда осмотр был закончен, совершенно покоренный Кагеном Касиула сказал что-то Рукиди. Рам Чаран перевёл нам:
— Он говорит, что к гориллам мы пойдём на рассвете. А сейчас он желает отблагодарить вас и просит полететь с ним, следом за пчелой, которую он вам укажет. Он хочет угостить вас диким мёдом.
— А нельзя ли отказаться? — нерешительно спросил Академиков.
— Он обидится. Придётся лететь…
Мы подошли к цветочной клумбе, с которой взлетали пчёлы, нагруженные нектаром и жёлтой пыльцой. Касиула ловко поймал одну из них, прикрепил к её спинке маленькое белое пёрышко, поднятое им с земли, и отпустил насекомое. Пчела тут же понеслась прочь. Не теряя времени, мы подхватили Касиулу под мышки и полетели следом. А Нкале — за нами. Белое перышко было хорошо заметно на фоне зелени. Оно указывало нам путь…
Научная тетрадь 6
52. Когда европейцы начали изучать животных Австралии, оттуда вдруг пришло поразительное сообщение: будто бы по берегам рек и ручьёв там живёт странное существо — нос у него утиный, только ещё шире, между пальцами передних и задних лап плавательные перепонки, всё тело и хвост покрыты шерстью, а самое главное, вместо того чтобы рожать детёнышей, как другие звери, это существо несёт яйца, но вылупившихся из них детенышей кормит… собственным молоком.
Сообщение было совершенно невероятное, и ему несколько лет никто не хотел верить. Однако пришлось!.. Чудное животное действительно существовало. Учёные назвали его утконосом. Только потом очень долго не могли решить, кто же это: млекопитающее, рептилия или птица. Ну, в конце концов, установили, что это всё-таки самое настоящее млекопитающее. Именно так размножались первые млекопитающие приблизительно 100 миллионов лет назад, когда начали происходить от рептилий.
53. С Австралией вообще получилось не так, как с другими материками. Вместе с прилежащими к ней островами — Новой Гвинеей, Тасманией и Новой Зеландией — она первая отделилась океаном от всей остальной суши. Произошло это около ста миллионов лет назад, когда многие млекопитающие ещё сохраняли некоторые особенности своих предков — рептилий. Одни из них ещё несли яйца, высиживали и выкармливали детёнышей молоком, как утконос. Другие хотя и рождали живых детёнышей, но таких недоразвитых, что отдельно от матери им жизни не было. Поэтому, когда такой детёныш появлялся на свет, мать закладывала его в специальную сумку на своём животе. Там он жил — посасывал молоко, спал и продолжал развиваться, пока не становился самостоятельным. Этих животных называют сумчатыми…
И вот получилось так, что другие млекопитающие в Австралию не попали — только яйцекладущие и сумчатые. И потому она оказалась настоящим музеем живых ископаемых! Кроме утконоса, там живёт ещё другое необыкновенное существо — ехидна. Тело ее покрыто колючками, между которых пробивается шерсть. Когда ехидна сносит яйцо, она не высиживает его в гнезде, как это делает утконос, а сразу кладёт в сумку у себя на боку и там выгревает. Детёныш вылупляется уже в сумке и не вылезает из неё, пока как следует не оформится. Так что ехидна — это уже переход к сумчатым животным…
Все остальные австралийские животные — настоящие сумчатые. Из них на первом месте, конечно, кенгуру. Кенгуру бывают и такие маленькие, как кролик, и очень большие — величиной чуть не с корову. Некоторые кенгуру живут на деревьях, как обезьяны, а самые большие обитают в саваннах и могут совершать прыжки в 10 метров длиной. Такие у них могучие задние ноги и хвост, которым они тоже отталкиваются от земли… Очень смешной и ласковый маленький сумчатый медведь — коала, который, хотя и взрослый, похож на игрушечного медвежонка. Коала живёт на деревьях. Пища его — зелёные листья эвкалиптов. После того, как детёныш коала вылез из сумки, мама долго ещё не расстаётся с ним, а носит на спине, как маленький пушистый рюкзачок с круглыми глазками и большими ушками…
Есть в Австралии и другие сумчатые звери — сумчатые волки, сумчатые муравьеды, сумчатые белки, кроты и мыши и, похожие на барсуков, вомбаты… А если там попадается какой-нибудь обыкновенный, несумчатый зверь, значит, у него другое происхождение. Например, одичавшую собаку динго в Австралию завезли люди, когда впервые начали заселять этот континент. А летучих мышей, как думают учёные, могло занести туда каким-нибудь ураганом.
54. Самое знаменитое дерево Австралии — эвкалипт. Это вечнозелёное дерево отличается очень быстрым ростом, богатырской кроной и высотой. Бывают эвкалипты высотой в 150 метров и даже больше. Эвкалипты испаряют массу воды. Поэтому на юге их сажают там, где болота — пусть осушают. Каждое дерево действует, как великанский живой насос… Запах, который издаёт вещество, находящееся в листьях эвкалиптов, изгоняет из этих лесов вредных для деревьев насекомых. Это летучее вещество добывают для приготовления лекарств и духов.
Эвкалипты растут не только в лесах Австралии, но и в саваннах. А ещё в австралийских саваннах растёт травяное дерево. Своё название оно получило за то, что его ствол, на котором нет ветвей, увенчан вверху длинными тонкими листьями, похожими на космы травы.
55. Совершенно так же, как у нас воробьи, в Австралии и на всех прилежащих к ней островах живут маленькие волнистые попугайчики. Это очень шустрые птички, которые постоянно щебечут. Но научиться говорить они не способны. Волнистые попугайчики держатся всегда парочками, а живут большими стаями, как голуби. У нас в зоопарке ими все любуются. А в Австралии их не любят, потому что они опустошают поля.
Самая большая птица Австралии — страус эму. А самые красивые — райские птицы, у которых оперение, как яркая радуга. Новая Гвинея — настоящее царство райских птиц…
56. Н. Н. МИКЛУХО-МАКЛАЙ
(1846-1888)
Возьмите карту Тихого океана и найдите на ней Новую Гвинею — самый большой тропический остров, севернее Австралии. Жители этого острова — папуасы, а такие слова, как «топор», «гвоздь», «ножик», «арбуз» и некоторые другие, говорят по-русски. Потому что узнали о существовании этих вещей от Николая Николаевича Миклухи-Маклая.
В первый раз Николай Николаевич прибыл на Новую Гвинею в 1871 году. Шлюпка высадила его на берег, и он пошёл через мангровые заросли в папуасский посёлок. Мангровые заросли имеют очень причудливый вид. Они состоят из вечнозелёных невысоких деревьев, с которых свешиваются похожие на лианы воздушные корни. Этими корнями мангровые деревья дышат, когда илистый берег затопляет приливом…
Николай Николаевич пошёл один и не взял с собой никакого оружия. Но папуасы встретили его недружелюбно — они наставили на него копья. Две стрелы просвистели возле его головы. Матросы со шлюпки стали кричать ему, чтобы он немедленно возвратился. А он повернулся спиной к воинам, выбрал тенистый кустик, подстелил циновку и на виду у всех лёг спать… Пусть папуасы убедятся, что он им доверяет. И не думайте, что он только притворился спящим. Нет, он и вправду заснул.
А теперь так. Пока он спит, я расскажу вам, что было до этого.
За участие в студенческих волнениях против царского режима Миклуху-Маклая исключили из университета. В восемнадцать лет ему пришлось покинуть Россию и уехать доучиваться в Германию. И хотя никаких средств у него не было, учился он с блеском. Так, что один известный зоолог — профессор Геккель — начал брать его в свои экспедиции. Окончив университет, Маклай отправился в Африку: переоделся арабом и так, никем не узнанный, странствовал там один по берегам Красного моря. Наверно, если бы он захотел стать разведчиком, ему бы не было равных. Но он не хотел. Он хотел стать учёным.
Больше всего в науке он интересовался происхождением и развитием человека — антропологией и особенностями культуры разных народов — этнографией. Тут шла большая борьба. В то время многие учёные, даже сторонники Дарвина, были расистами. Они считали, что белые люди — это высшая раса (человеческая порода что ли), а жёлтые и чёрные принадлежат к низшим. Ну, вроде бы произошли от других, менее талантливых обезьяньих предков. Такая теория здорово устраивала колонизаторов. Она разрешала им порабощать людей с жёлтой и чёрной кожей. А Николай Николаевич ненавидел расистов. Их теория вызывала у него отвращение. Чтобы научно опровергнуть её, он решил поселиться среди какого-нибудь первобытного народа и подробно изучить его жизнь… Передовые русские учёные, которые так же как и он считали, что нет высших и низших рас, а вся разница получается от различных условий жизни, помогли Маклаю отправиться к папуасам Новой Гвинеи…
…Но папуасы, которые стояли теперь возле куста, под которым он спал, ничего этого, конечно, не знали. Зато вид спящего человека их совершенно успокоил, и они решили, что это, наверно, хороший человек, которому можно доверять. И если он хочет остаться в их деревне, пусть остаётся. И он остался…
Двенадцать лет путешествовал Миклухо-Маклай по тропическим островам Тихого океана, выбирая такие, куда ещё не проникали другие путешественники. Из Океании он отправился в Индонезию, а оттуда в Австралию. Изучая жизнь первобытных народов, он неустанно собирал научные факты против расизма, разоблачал колонизаторов, защищал жителей островов от карательных экспедиций. Но где бы он ни был, он всякий раз возвращался на Новую Гвинею, с папуасами которой подружился на всю жизнь. Они даже предлагали ему стать их вождём. Вождем он не стал, но воспользовался своим авторитетом, чтобы прекратить войны между враждовавшими племенами, и всю жизнь был счастлив, что они его послушались…
В 1882 году Николай Николаевич ненадолго вернулся в Петербург — так тогда назывался Ленинград, который был столицей России. Сообщив русским учёным о сделанных им открытиях, Миклухо-Маклай снова отправился на Новую Гвинею, а оттуда поехал в Австралию, где организовал морскую биологическую станцию возле Сиднея… Но самой главной мечтой его жизни было создание русской сельскохозяйственной коммуны на Новой Гвинее. Он всё для этого подготовил — в коммуну записалось более двух тысяч человек. Только привести этот замечательный план в жизнь ему не удалось: в 1888 году он умер в Петербурге, а без него никто не поехал…