Кроме того, теперь на всех массовых мероприятиях в стране обязательно устанавливают большие экраны с воспроизведением портрета Аркадага на фоне флага Туркмении, в праздничные дни пресса публикует поздравления в адрес президента от имени правительства, парламента и других государственных органов, а молодожены при регистрации брака в ЗАГСах в обязательном порядке фотографируются на фоне портрета своего любимого президента, к пятидесятилетию которого в 2007 году Центробанк страны даже отчеканил золотые и серебряные монеты с его изображением.
Сейчас Лидер нации, Аркадаг туркменского народа Гурбангулы Бердымухамедов еще пока только дважды Герой Туркменистана и всего лишь генерал армии.
Его предшественник – первый президент Туркмении Сапармурат Ниязов был генералиссимус, хотя когда и за какие подвиги он им стал – я не понял. Но то, что он шесть раз был награжден медалью Герой Туркменистана, – точно.
В 2004 году меджлис (парламент) предложил наградить его и седьмой медалью, но Туркменбаши отказался. «Туркменам, – сказал он, – присуща скромность, и я считаю для себя невозможным получить очередное звание Героя». Депутаты парламента встретили эти слова пожизненного президента овацией.
Но у бывшего сельского врача-стоматолога Бердымухамедова, неоднократно заявлявшего, что его любимая цифра 7, я уверен, все еще впереди.
Сделавший за десять лет (с 1997 по 2007 год) головокружительную карьеру от директора стоматологического центра до президента страны, он, полагаю, будет еще объявлен не только генералиссимусом Туркмении, но и ее шахом. А почему бы и нет?..
Еще в 1994 году Сапармурат Ниязов, бывший член горбачевского Политбюро ЦК КПСС, хотел получить шахский титул, но тогда это у него не вышло.
Причин было несколько, и главные из них две: недовольство такой неслыханной наглостью товарища Ниязова как со стороны руководителей соседних среднеазиатских республик Казахстана и Узбекистана – Назарбаева и Каримова (тоже, кстати, бывших высокопоставленных коммунистов), так и со стороны Ирана и России, а еще отсутствие должного понимания идей отца со стороны Мурада – его сына и потенциального наследника шахского престола.
Но формально решение было оформлено «отказом» Совета старейшин Туркменистана, на котором мудрые аксакалы, «представители кланов Туркмении», якобы учли все эти обстоятельства.
И Сапармурат Ниязов так и остался пожизненным президентом Туркмении с титулами Туркменбаши (глава туркмен), Сердар (вождь), а после смерти в 2006 году еще и Вечно Великим Сапармуратом Туркменбаши – советским и туркменским партийным, государственным и политическим деятелем.
Однако с тех пор многое в мире и в самой Туркмении изменилось: узбек Каримов тоже умер, Назарбаев своим именем Нурсултан назвал столицу Казахстана, у Ирана и России возникли проблемы посерьезней этой, и ссориться сейчас с нефтегазодобывающей Туркменией им совсем ни к чему.
В то же время сын и наследник Аркадага вырос, а оппозиции в стране не стало. Вообще. Никакой. Все туркменские оппозиционеры (реальные, потенциальные или выдуманные) либо давно уничтожены, либо сидят в лагерях. И лишь немногие из них, кому повезло вовремя покинуть страну, наслаждаются жизнью, благодаря Аллаха за свое спасение.
Состав Совета старейшин за эти годы тоже, естественно, изменился. Так что совсем не удивлюсь, если в один прекрасный день мир узнает о появлении новой монархической династии и Туркменского шахства.
А пока Аркадаг туркменского народа делает необходимые шаги в нужном направлении: приучает к этой мысли народ и вводит в курс дела своего сына, все чаще и чаще появляясь с ним то на скачках, то на автогонках, то на светских приемах или политических мероприятиях – все, как и полагается принцам крови. И имя у сына вполне для этого подходящее – Сердар, как второй титул у незабвенного Сапармурата Туркменбаши.
Жена, три дочери и четверо внуков Гурбангулы Бердымухамедова дополняют идиллическую картину его семьи и портрет самого Аркадага.
Между тем мировые правозащитные организации справедливо относят Туркмению к одной из самых неблагополучных стран на планете в плане соблюдения прав человека, а Бердымухамедова считают пятым в списке «худших диктаторов мира». По рейтингу свободы прессы – Press Freedom Index («Репортеры без границ») – Туркменистан находится на 176-м месте из 178. Также Туркмения лидирует и по количеству политических заключенных среди всех стран бывшего СССР.
И тем не менее ни одна из стран мира не отказалась от сотрудничества с Ашхабадом, включая и Россию, которую в первую очередь устраивает нейтральный статус этого прикаспийского государства.
Ни цивилизованные страны Евросоюза, так пекущиеся за политические права и общечеловеческие ценности в Ливии, Сирии, Белоруссии и России, ни США, заявившие, что стоят на страже свободы слова и демократии по всему миру, не вводят в отношении Туркмении и ее руководителей никаких экономических или политических санкций.
Некоторые западные журналисты и правозащитники пожурили, правда, Дженнифер Лопес, прилетевшую в Ашхабад в 2013 году и пропевшую Бердымухамедову Happy Birthday, Mr. President, но никто вообще и слова плохого не сказал в адрес президента США Барака Обамы, который вместе с женой Мишель встречался с «туркменским диктатором» в 2009-м, и теперь тот демонстрирует всем их совместные фотографии с улыбками до ушей.
Впрочем, тогда Гурбангулы Бердымухамедов был еще и председателем Демократической партии Туркменистана, поэтому Барак Обама может сказать, что то была встреча партийных сторонников-демократов.
Хотя, конечно, вряд ли кто этому поверит, ведь всем известно, что Демократическая партия Туркменистана – это просто переименованная в 1991 году Коммунистическая партия Туркменской ССР, и Бердымухамедов по советской традиции унаследовал пост лидера партии после смерти предыдущего главы государства.
А в 2013 году мудрый Аркадаг посчитал, что ему лично совсем ни к чему возглавлять еще и какую-то партию, и приостановил в ней свое членство. Ну и действительно, как бы это смотрелось в случае принятия господином Бердымухамедовым (опять же, разумеется, по просьбе народа) шахского титула? Прямо скажем, нелепо – шах и вдруг председатель Демократической партии!
Так все-таки как же получилось, что сельский зубной врач Бердымухамедов из простой многодетной семьи, где у родителей, помимо него, было еще пятеро детей и все – дочери, стал полновластным правителем Туркменистана?
Родился будущий Аркадаг в небольшом селе Бабарап в предгорьях Копетдага. Глушь непросветная и теперь, а тогда, в 1957 году, и подавно.
Спустя много лет, в конце 90-х, когда он уже стал министром здравоохранения в правительстве Туркменбаши (Сапармурат Ниязов был не только пожизненным президентом Туркмении, но и главой правительства этой республики) в Ашхабаде стали активно распространяться слухи, что новый министр – внебрачный сын самого президента. Эти слухи появлялись даже в СМИ, и именно «родством Бердымухамедова с Туркменбаши» журналисты и объясняли его «непотопляемость».
Должность у того была вроде бы и не такая заметная, министерство не из самых важных, но влияние Бердымухамедова на Ниязова год от года росло, последний стал все больше прибегать к его советам, через четыре года назначил своим заместителем в кабинете министров, в еще через пять лет, в 2016 году, уже незадолго до своей смерти, направил его представлять интересы Туркмении на саммите СНГ в Минске.
«Туркменбаши стал от него зависим», – шептались по углам чиновники, недовольные ростом влияния на президента невесть откуда взявшегося стоматолога (уже тогда говорить такое вслух было небезопасно).
Но на самом деле появление в 1997 году в правительстве Туркмении сорокалетнего образованного, неглупого и ловкого работника, каким являлся Гурбангулы Бердымухамедов, было вполне закономерным для того времени и той страны, о которой мы говорим.
В 1991 году рухнул СССР. На месте его республик образовались новые независимые государства, некоторые из них никогда ранее не имели своей государственности. Среди таких впервые созданных государств была и Туркмения, управлять которой и развивать которую до этого помогали русскоязычные специалисты.
Собственные специалисты в республике всегда были наперечет. А ведь теперь Туркмения должна была найти у себя не только кадры для замены директоров совхозов, строительных трестов или предприятий газонефтяной отрасли, но и дипломатов, силовиков, военных, министров всех отраслей, включая медицину, образование, культуру.
Поэтому и приходили в МВД и КНБ Туркменистана люди с дипломами зоотехников или инженеров-механизаторов, а на должность министра здравоохранения и медицинской промышленности был приглашен врач-стоматолог.
То есть это как раз тот самый случай, когда Гурбангулы Бердымухамедов оказался в нужном месте в нужное время.
Ну а дальше, конечно, все зависело от него самого. И он, проявив характер, волю, изощренную хитрость и ум, не упустил предоставленной ему судьбой возможности стать во главе этого государства.
Как он сумел войти в доверие к Туркменбаши? «Уметь надо общаться», – ответит вам Аркадаг. Как он, заместитель председателя кабинета министров, смог возглавить комиссию по похоронам Туркменбаши, а затем и занять место исполняющего обязанности президента, когда по Конституции им должен был стать председатель парламента? «Уметь надо договариваться!» – ответит вам Аркадаг. «С кем?!» – возмущенно спросите вы, зная, что в те траурные дни против председателя парламента Атаева было внезапно возбуждено уголовное дело. «А с кем нужно!» – услышите ответ Мудрейшего, который скажет вам на прощание Auf Wiedersehen и поедет катать на машине вокруг собственного золотого памятника российского премьер-министра. Политика – дело грязное. А Восток – дело тонкое.
И конечно, слухи о родстве Гурбангулы Бердымухамедова с Туркменбаши – всего лишь слухи, которые, вполне возможно, он сам и распространял. Или способствовал их распространению в прессе. При этом официально никогда эти слухи не комментировал.