Еще одно из того, что требует разъяснения — как же это дело разрешалось в указанном Клубе?
Тут ответить еще проще: никак не разрешалось.
Ибо — не было такого вопроса!
Ноу секс!
Полная невинность!
— Вповалку спали еженощно пылкие юноши и нежные девушки, и никто никого никуда ничего? — изумится развратный читатель.
— Именно так! Именно никто никого ничего— ибо таковы были нравы в Алкогольном клубе.
Таковы они были, что М.Немиров, уведший Максименкову А., и начавший с нею сожительствовать, жестоко осуждался за это. И они были таковы, что Струков А., вознамерившийся было осуществить то же самое в отношении Лагутенковой Н., был подвергнут столь всеобщему презрению и осуждению, что немедленно вынужден был это безобразие прекратить. И до весны 1984-го года все подобные поползновение неуклонно и беспощадно пресекались общественным мнением Клуба; а когда естество свое все-таки взяло, и сексуальный взрыв грянул — он-то и погубил сей фаланстер полностью и без остатка.
К этому и переходим.
6. Конец.
Конец наступает так: приходит в Алкоклуб всё-таки упомянутый сексуальный взрыв — разносит его в щепы и клочья.
Он приходит со стороны.
Его приносят сюда вышеупомянутые Тимофеев Г. и Мошнин В.
Их приводит в Алкоклуб, как уже сообщалось, Федотов Е.
Они приходят сюда, поселяются здесь. Они приходят в полнейшее недоумение: столько девиц — и никто ими не овладевает?!! Тут они тогда давай ими овладевать. Тут тогда давай и все остальные всеми остальными тоже яростно овладевать и обладать.
Развратному читателю, который, капая изо рта похотливой слюной, начал уже воображать себе картины свального греха и полного Содома и Гоморры, объясняю: овладевание происходит исключительно в попарном порядке и на основе моногамного принципа, и в течение совсем ничтожного периода времени становится на твердые рельсы социалистической законности через двери ЗАГСОВ. И тут вот и приходит конец экспериментом с альтернативными моделями жизни, ибо на первый план выходят вопросы закупки пеленок, шитья чепчиков для грядущих —, и так далее. Неприкаянными в конечном итоге остаются лишь отцы-основатели Клуба: Струков А., Федотов Е., Салаватова Г., да примкнувший к ним Д.Попов.
И то, кстати, является интересным, что многие из этих браков остаются в силе и поныне.
Что на фоне жизни самоего автора этих строк и 9/10 всех прочих его знакомых, за это время по многу раз бывших и женатыми, и разведенными, и снова женатыми, и снова —; а вот Таня Яковлева и по сей день замужем за Грихой Тимофеевым, а Мошнин женат на Жернаковой.
На этом всё пока об Алкоклубе, декабрь 1995, зима.
Что же касается исторического значения и так далее, — что ж, оно таково: именно с Алкоклуба начинается реальное существование в Тюмени богемы как постоянно существующей (хотя и столь же постоянно обновляющейся) особой социальной группы со своими особыми нравами, обычаями, ценностями, способами добывания средств на жизнь, интересами, местом, выражаясь марксистским языком в общественном воспроизводстве (интеллектуально-эстетической продукции) и т. д.
Богемы, которой прежде в Тюмени и в помине не было — см. сообщения Богомякова В. или Михайлова А., в которых они горько сетуют именно на отсутствие таковой в Тюмени во времена их юности, по причине чего они и оставались оригиналами-одиночками, — а вот с 1983-го года, несмотря на скорый конец и, в общем, художественную бесплодность участников Алкоклуба (за исключением Струкова А.) — она в Тюмени есть.
Через год, весной 1985-го, возникает первый из рок-клубов, бывший, в сущности, продолжением и развитием А.К., и во-многом — с теми же участниками, затем — «Инструкция по выживанию» (см.), ну а потом уж и совсем понеслось.
И чрезвычайно глубоко не прав был бы тот, кто стал бы отрицать это.
Америка
Как известно, начиная с середины 1950-х в городе Москве и других культурных столицах нашей родины, среди продвинутой молодежи, от Бродского и Сергеева до каких-нибудь Аксенова, Козлова или Кабакова процветала очень сильная любовь к Соединенным Штатам Америки. Так вот: в городе Тюмени ничего подобного не наблюдалось.
Более того — наблюдалось, скорее, америкофобство. Во-всяком случае, в 1980-е годы.
Вытекало оно из многочисленных, жадно читаемых, сочинений американских же, между прочим, авторов — Брэдбери, Шекли, Воннегута, Скотта Фитцджеральда, Апдайка, Хеллера, Дос Пасоса, Керуака, Гинзберга, Паунда, и проч., и проч., и проч., из которых выходило, что США есть средоточие мировой пошлости, тупости и мещанства, погрязшего в пошлости, тупости и мещанстве. И нам, утонченным европейцам, ничего не остается, как только Америку презирать.
Таковы были настроения тюменских молодых людей начала 1980-х.
Таковы же они, впрочем, и сейчас, за исключением того, что от простого скепсиса по отношению ко всевозможному американизму, нынче тюменские мыслители — Шаповалов Ю., Федотов Е., Пахомов К., Струков А. и проч., и проч. — при слове «Америка» просто жаждут хвататься за пистолет. Слава Богу, его у них нету. И на выборах голосуют за коммунистов: не из любви к Маркс-Энгельс-Ленину, а — назло ЦРУ и Алену Даллесу.
Анархические умонастроения
Процветали в Тюмени буйным цветом в 1985-88 годах: не было здесь тогда образованной личности молодого возраста, которая не объявляла бы себя сторонником анархии. Основной причиной этого было, я полагаю, большое почтение к песне «Анархия в Соединенном королевстве», с ужасной силой исполняемой группой «Секс Пистолз».
Анархолюбие тюменских юношей доходило до того, что у Шаповалова Ю., например, в знак его уважения идеям анархизма в комнате на стене висел украденный из школы большой портрет Льва Николаевича Толстого, приводивший родителей Шапы в состояние уж полного смятения чувств: сын — окончательно осумасшедшел!
Ладно бы — нехорошо, конечно, но можно понять — голые бабы, ладно бы — какие-нибудь волосатики с гитарами, но — Лев Толстой?!! У молодого современного парня?
Заколдовали!!!
Летом 1988-го под влиянием А.Михайлова, впрочем, всё в односекундье разворачивается на 180 градусов: все, прежде бывшие поклонниками анархии без границ, в односекундье становятся государственниками, империалистами, поклонниками Сталина, Гитлера и Лимонова, а на выборах голосуют даже не за Зюганова, а за Баркашова — Шаповалов, Неумоев, Летов, Федотов, Пахомов, Жевтун, и так далее, и так далее.
«Анархия»
Самиздатский рок-журнал, издававшийся Р.Неумоевым и И.Селивановым в 1987-м году. Верней даже го «альманах», нежели журнал, ибо вышел один-единственный номер. Он вышел в конце 1987 или начале 1988.
Полиграфические характеристики:
Формат: А-4, то есть в машинописный лист; объём — примерно толщиной с палец; способ тиражирования — машинопись под копирку; иллюстрации — вклеенные фотографии; тираж — 5 экз.
Содержание: всевозможные материалы из жизни деятелей тюменского панк-рока, в то время объединявшихся вокруг группы «Инструкция по выживанию». Центральный материал — «Панки в своем кругу» — запись беседы Р.Неумоева, Е.Летова, А.Струкова и Ю.Шаповалова, которые обсуждают всякие суперглубокомысленные вопросы на кухне Р.Неумоева, и выглядят, по нынешним временам, просто напыщенными провинциальными дураками. Автор этих строк искренне радуется, что его в Тюмени в это время отсутствовало: иначе он тоже там бы был, и тоже всякой глупости бы понаговорил, а сейчас рвал бы волосы от стыда.
Тем не менее среди московских летоволюбов журнал имел успех и был, как я потом с изумлением узнал, неоднократно дополнительно ксерокопируем.
В результате чего существует теперь по архивам рок-архивариусов в количествах, для тогдашнего рок-самиздата просто огромных — может быть, за сотню экземпляров.
12 февраля 1996, ночь.
Анпилов, Виктор
В Тюмени на выборах 1995 — до фига голосов, чуть ли не 15 процентов.
(Но не в области. По области —)
***
Главную активистку «Трудовой Тюмени «зовут Флорида Павловна.
***
Содержание газеты «Трудовая Тюмень» больше всего похоже на интеллигентское 1970-х «Возьмемся за руки, друзья», только для бедных и малообразованных.
Антиалкогольная кампания в СССР 1985–1991 гг
Ах, никто не приходит к мне в гости!
А когда если кто забредёт, —
оказалось, отвык я беседовать вовсе,
и беседа никак не идёт.
И сидим мы как волки какие,
как позорные волки сидим,
а ведь люди же всё неплохие!
Но вот и попиздеть не могим.
А водяры теперь не укупишь,
Не укупишь теперя её,
показало с водярой нам кукиш
оголтелое аппаратьё.
Показало его по ошибке,
но не хочет её исправлять,
и народу на голову шишки
так и сыплют свои эх опять!
Сколько лет уже жить не дают нам
эти гадские, блядь, дураки!
Так вставай же народ, бей им в зубы!
Разбивай поганые им их ебальники!
Надым, июнь 1990.
Стихотворение сочинено выдающимся тюменским поэтом М.Немировым и правдиво описывает настроения, царившие в умах советских людей в период антиалкогольной капании 1985-91.
Вот еще несколько историй того времени.
1.
1985, начало мая. Молодой человек по фамилии Н. и замечательная девушка по имени Оля Каращук сидят в помещении первого тюменского рок-клуба, имевшего место быть на 5-м этаже университетского общежития номер 3, что на улице Мельникайте, и Н. ведет с указанной беседу, содержание которой является следующим: пора вводить в стране сухой закон. А то все погибнем.
В подтверждение этого тезиса Н. приводит лично себя, которому в пьяном виде доводилось уже и выпадать из окна четвертого этажа этого самого общежития, получив в результате переломы левой тазобедренной и правой лобковой костей, и пролежав из-за них два месяца на спине в больнице; и просыпаться наутро с ожогом правого предплечья четвертой степени, излечение которого опять же потребовало месяца лежания в больнице; и наносить своей возлюбленной тяжкие телесные повреждения в виде перелома челюсти и переносицы; а уж обо всяких деяниях более мелких, но не менее позорных и чреватых, которые регулярно учиняемы им в пьяном