— Еще б она успела. Я самых бросовых экземпляров ему насоветовала. — Догилева была сегодня в ударе.
— Приехал домой злой, как стадо саблезубых тигров. Со мной не разговаривает…. — Виктория снова расплакалась.
— Я ж его на кухне у Анны Николаевны видела. — Припомнила я.
— Точно. — Кивнула Кира. — Был же.
— Помирились? — С надеждой спросила Олька.
Вика тут же прекратила лить слезы и мрачно на нас посмотрела.
— Ну…, я же с ним разговариваю. — Сказала она. — Он просто не отвечает. Ластится только, как кот. Живот гладит.
— Отойдет тихонько. — Прокомментировала Анжелика.
Виктория печально кивнула.
— У меня Яшка так же, чуть что, сразу же разговаривать перестает. И жрать готовить тоже…. — Поделилась Марья.
— А Гена просто уходит что-нибудь чинить, если злится. Как успокоится, только потом в дом идет. — Вздохнула Кира.
— А мой вообще всегда молчит. — Улыбнулась Лика. Мы все с завистью на нее уставились. — Только с Женькой ничем заниматься не дает. Как не для себя ребенка рожала. — Вздохнула она. — Еще одного что ли родить?
— Думаешь, Дюха тебе второго отдаст? — Фыркнула Марья.
— У него времени на двоих хватать не будет. — Помечтала Анжелика.
— Думаешь? — Засомневалась Надя. — Виталику, по-моему, и троих мало будет, чтобы успокоиться. Уже по потолку бегает, что ему одного сына мало. Видите ли, дочерей еще подавай. А я еще поработать когда-то хочу….
— На пенсии наработаешься. — Отмахнулась Полина. — Хорошо, что Венька меня ни о чем не просит….
— Потому что он тебя перед фактом свершившегося ставит всегда. — Сдала ее Наташа.
— А мне Тема категорично запретил беременеть. — Вздохнула Таня. — Дочь, когда родилась, перенервничал сильно.
— Тань, у тебя две минуты сердце завести не могли, когда аллергия на наркоз пошла. — Напомнила ей Поля. — И кровотечение остановить долго не могли.
— Но… это же случайность. — Развела она руками. — А Артема при одном упоминании о новых детях перекашивает просто.
— Тань, ты молодая еще. — Отозвалась я. — Подожди несколько лет, он остынет и чуть-чуть успокоится.
— Темыч и успокоится — вещи несовместимые. — Усмехнулась Марья.
Судя по Анжеликиному взгляду, она думала точно так же. Да и Надя оптимизмом не радовала. Меня неожиданно поддержала Полина.
— Венька что-то такое говорил, что у вас третий ребенок лет через десять только будет. — Припомнила она.
Таня тут же приосанилась, почувствовав, что не все еще потеряно.
— А у меня Петька все еще от двух детей в шоке. Иногда на Юрку так смотрит…. Как будто до конца еще не верит, что он его сын. — Вздохнула Ната.
— Еще бы. Ты ему такую мыльную оперу устроила, что мужика до сих пор трясет. — Ответила Олька.
— А сама-то! — Не осталась в долгу Наталья. — Вообще заграницу уехала.
— Я же не знала, что беременная….
— Девочки, а к нам новый менеджер по закупкам приедет на следующей неделе. — Вдруг перебила их Лика и хитро улыбнулась. — Толик с Геком уже не справляются. А тут… свежая кровь для деревни…. Молодой, чуть за тридцать. Не женат.
— И что? — Олька надула губки. — Мы-то уже закончились. — Развела она руками.
Я с ней была согласна. Зачем мне какой-то там менеджер, если у меня Пашка есть?
— А сколько еще в деревне девок? Ты думаешь, что я зря столько бригад сюда натащила? Но там половина уже женатые, четверть в возрасте, и остается-то всего ничего…. А тут молодой парень. Правда, изъян у него один есть. Хромой он. — Выложила она, как на духу.
— Совсем хромой? — Ахнули мы.
— Совсем. — Кивнула Лика и обвела нас задумчивым взглядом. — Какие будут предложения по данному вопросу?
— Дашка-проныра, которая сейчас дома убирает перед сдачей. — Пожала плечом Вика.
Анжелика помотала головой.
— Не пойдет. Говорю ж, парень-то хороший. А она слишком достаток любит. Мимо денег никогда не пройдет.
Мы снова задумались.
— Продавщица в магазине, глазастенькая такая…. — Неуверенно предложила Кира.
— Эта глазастенькая всех годных мужиков в деревне перепортила. — Поморщилась Полина.
— Свекровь мою пристроить бы куда-нибудь надо, а то она с ЛОРом опять поругалась. — Задумчиво оценила идею Наташка.
— Парня жалко. — Отмахнулась Поля. — Да и мама не педофилка.
— Поль, а если Варьку, сестру твою двоюродную пристроить? Она ж без мужика у тебя. — Припомнила я.
— Она — феминистка. — Поморщилась Полина. — Мужику в доме ничего решать не даст.
— А если мы его к ней подселим, то у нее какие шансы? — Расплылась в довольной улыбке Анжелика. — У нас с жильем для работников… туговато.
— Страшные вы, девки. — Поежилась Марья, глядя на нас. — Вот так р-раз, и все за девку решили. А если они друг-другу не понравятся?
— Отселим. — Спокойно ответила Анжелика.
— Да вас седьмой дорогой обходить надо, труженицы любовного фронта и личной жизни. — Догилева передернула лопатками.
Мы с девчонками переглянулись и прыснули со смеху. То ли еще будет….
Мужики Пашку не тронули, но то, что поговорили, было видно. Торопыжка меня из рук не выпускал, пока нас до дома Марья везла.
— Без меня мужика к Варьке не селить. — Предупредила она перед тем, как нас высадить у дома. — Я сама на это посмотреть хочу.
— Кого куда селить? — Спросил Пашка, когда машина отъехала.
— Долгая история. — Отмахнулась я. — Потом как-нибудь расскажу. — Пообещала, заходя в дом. — Ты ужинать будешь? — Спросила его.
Он скривился и помотал головой.
— Меня так накормили, что больше точно ничего не влезет. — Он взял меня за руку и повел по лестнице наверх. — Мы лучше детьми займемся.
— Какими детьми? — Спросила я, так как мозг еще не перестроился с мыслей об ужине.
— Будущими. Нашими. — Коварно улыбнулся он и утянул меня в спальню.
Я тоже улыбнулась и, обняв Пашку со спины, проговорила.
— Как же я тебя люблю.
Спина замерла, и он повернулся ко мне лицом.
— А как же дети? — Спросил, он серьезно.
— А что дети? И дети тоже будут. — Я тоже отвечала совершенно серьезно.
Торопыжка совершенно растерялся.
— Я думал, что ты со мной, потому что ребенка хочешь. — Пробормотал он, нахмурившись.
— Ребенка тоже хочу. Но это не отменяет того, что я тебя люблю. — Об этом говорить ему я уже не боялась. Не после морально тяжелого разговора с девчонками.
Он улыбнулся и притянул меня к себе.
— Раз мы друг друга любим, то…. Насть, пошли в кровать. Я больше не могу, хочу тебя. — Хриплым шепотом признался он.
— Я тоже. — Шепнула, и прижавшись, сама его поцеловала.
Тихий стон и… я уже без халата и лечу на кровать.
— Мря-у-у!
Блин, кажется, я чуть кота не придавила.
Эпилог
Анастасия
— Ох, красавица какая. — Всплеснула руками моя мама, которая напросилась с нами на примерку свадебного платья.
Олька, Надя и Марья сидели на диванчике и разглядывали меня с нескрываемым восхищением и одобрением. Да что там, даже консультанты свадебного салона, которые поправляли сейчас шлейф платья бросали на меня немного завистливые взгляды.
А я…. Я стояла и смотрела на себя, не веря, что вот та девушка, с прекрасной талией, высокой полной грудью и крутыми бедрами — это я. Платье подчеркнуло все мои достоинства, каким-то образом скрыв недостатки. Не думала, что могу быть такой.
— А меня замуж при родах выдали. — Вздохнула Олька.
Надя мягко улыбнулась, а Машка громко фыркнула. Я хихикнула. Нервное, наверно. Свадьба будет уже через неделю, а нервничать я начала почему-то только сейчас. Пашка так вообще не нервничал. Ему перевели какую-то там компенсацию, и он первым делом… принес деньги мне. Когда я сказала, что я финансово обеспеченная и мне не надо… раз семьдесят, то он с упорством бобра принялся обустраивать дом. Купил машину, чтобы меня возить, доделал террасу, чтобы мне было где чай пить по утрам, кота свозил к Кире. Животину кастрировали, но Эраст так испугался, что теперь от Пашки шарахается, как от огня. А когда Кира пришла в гости, так вообще на стену залезть попытался. Зато теперь я у него самая лучшая хозяйка на свете.
А еще мне было немного не по себе от Пашкиного маниакального стремления сделать мою жизнь лучше. Я начала понимать девчонок, которые изо всех сил старались выбраться из-под опеки мужей, которые им шагу не давали ступить. Полине только давали полную свободу действия. Венька просто жизнь подстраивал так, как ему хотелось. Страшный мужик.
— А еще вам бы украшение какое-нибудь…. — Девушка консультант кивнула на мое декольте.
Я беспомощно посмотрела на девчонок.
— Какое украшение? — Возмутилась Марья. — Куда Пашка слюнями капать всю свадьбу будет, если мы тут цацки навесим?
Если честно, то с Марьей я была согласна. Не в плане слюней. В том плане, что не нужно больше ничего к этому платью. Пашку только. Рядом.
— Венчается раб божий…. — Громогласно напевал батюшка, пока я тряслась от страха посреди церкви. Если бы Пашка крепко за руку не держал, то ни за что бы меня здесь не было. И ведь не сказал ничего, что венчаться будем сразу после росписи. А там же пост какой-то надо было выдержать. С трудом вспомнила, что последние три дня дома готовил Пашка и мы не ели ничего мясного точно.
— Поросенок. — Буркнула еле слышно.
Так как батюшка прекратил завывать именно в этот момент, то меня услышали многие. Пашка улыбнулся.
— Слово-то какое… не халяльное. — Услышала Машкин шепот.
Догилеву, если честно вообще в церковь пускать не хотели, так как она именно по случаю похода в святое место, вырядилась в кожаную мини-юбку. С платком на голове все это дело смотрелось крайне комично.
— Это храм, а не синагога. — Прошипела стоящая рядом с ней Надя.
— А какая разница? — Удивилась Марья.
У батюшки задергался глаз, но он все так же продолжал церемонию. Выдержка, отточенная годами.