– Тогда что я могу сделать, чтобы облегчить твою нагрузку? Пока ты была в Нью-Йорке, я понял, сколько всего ты делаешь для Майи каждый день. Я очень это ценю. Спасибо.
Сердце тает оттого, что Макс видит и понимает, сколько времени я вкладываю в воспитание Майи. Я так привыкла быть главным родителем в ее жизни, что уже не знала, у кого еще просить помощи.
– Я хочу больше времени проводить вместе. Вдвоем, – говорю я.
– Серьезно?
– А что в этом удивительного?
– Мне казалось, тебе все равно.
– Что?
– Фэллон, мы как два корабля, проходящие мимо друг друга в ночи.
– И тебя это устраивает?
– Нет, но я не знал, что с этим делать. Я думал, ты презирала меня за то, что я бесплоден. Я подвел тебя.
– Да, моя жизнь не такая, какой я ее себе представляла, и она не идеальна, но это не значит, что я вас не люблю или что наша жизнь не замечательна. Макс, я люблю тебя сильнее, чем весь этот мир. Вы с Майей и есть мой мир.
Я не могу потерять и его. Мне плохо оттого, что я не понимала, через что проходит Макс. Я решительно настроена все исправить. Наши отношения будут у меня в приоритете. За последние месяцы несколько браков разрушились без надежды на восстановление, хотя я думала, что они продлятся всю жизнь. Я не позволю, чтобы с моим браком произошло то же самое.
Глава 43
Я стою в гостиной викторианского дома, нервно сглатываю, собираюсь с мыслями и рассказываю инвесторам – двум женщинам и одному мужчине – свое представление о том, как будет выглядеть шоколадный магазин. Женщины с восторгом обсуждают мои идеи, мужчина ходит по комнате в глубоких размышлениях. Я достаю пять коробочек с новыми рецептами из своей сумки; я постаралась и устроила целое гастрономическое путешествие. Это набор из четырех трюфелей с особыми вкусами: «Лимонная Цедра Розы – Победитель Конкурса», «Печенье Крамбл Майи», «Бурбон Макса» и «Чизкейк из Нью-Йорка Мел». Я отдаю по коробке, перевязанной золотой лентой, каждому инвестору и Стейси с Мел.
– Моя рекомендация – дайте трюфелям растаять во рту, пока вы осматриваете помещение.
У Мел улыбаются даже глаза. Она одобряюще мне кивает и первой развязывает ленту и открывает коробку. Ахает:
– Они такие красивые, жалко есть! – Пока остальные обходят дом и, как я полагаю, втайне лакомятся конфетами, Мел шепчет мне: – Ты отлично справляешься.
Я поднимаюсь по лестнице и беру с собой Мел, пока Стейси устраивает инвесторам тур. Мои каблуки стучат по деревянным полам, и звук разносится эхом по фойе наверху.
До этого я сюда не поднималась – меня больше интересовало помещение внизу. Этажи сдаются отдельно. Я думаю, не попросить ли владельцев установить специальные ворота, чтобы отделить магазин от соседей в нерабочие часы. Нельзя, чтобы они угощались бесплатными конфетками. Иногда, конечно, я сама буду предлагать шоколад нашим замечательным соседям. Буду дружелюбным владельцем бизнеса.
Я любуюсь замысловатыми резными изделиями из дерева и изобилием уютных, укромных уголков. В изысканной обеденной висит роскошная люстра с кристаллами, на обоях изображены цветы, на диванах – позолоченная обивка. Высокие потолки и глубокие арочные проемы добавляют дому пышности. Я ахаю, заприметив большой камин с изысканной облицовкой. Тот, кто живет здесь, будет в тепле и уюте проводить зимние ночи.
Я провожу рукой по серым гранитным столешницам для кухни. Здесь недавно был ремонт. С каждой комнатой мои глаза распахиваются все шире и шире. Я удивляюсь четырем спальням с просторными шкафами – у старых домов зачастую есть только маленькие шкафы, потому что раньше никто не собирал по сто пар туфель, как я.
– Ты думаешь о том же, о чем и я? – спрашивает Мел.
– Не знаю, а о чем ты думаешь?
– Фэллон, ты можешь переехать сюда с семьей.
Я морщу нос.
– Сама подумай. Начнешь с чистого листа! Все логично. Выползаешь из кровати, готовишь шоколад, открываешь магазин и… выбираешься из Дерьмошира. Можешь купить все здание.
– Оно же не продается.
– Это пока.
Я вскидываю брови.
– Обо всем можно договориться. Обо всем.
Я всю неделю ждала свидания с Максом. После разговора о том, что мы мало времени проводим вместе, мы решили чаще ходить на свидания. Сегодня вечером мы оставили Майю у родителей Макса на ужин, а потом Мэйв заберет ее к себе на ночевку. Майя слишком долго будет не ложиться спать, но для этого и нужны тетушки.
– Как самочувствие? Приливы жара не прекратились? – Макс поднимает стакан воды к губам.
– Прекратились, и я даже забыла об этом, пока ты не сказал.
– Это хорошо. Может, у тебя стало меньше стресса в жизни.
Об этом я не думала. Вполне возможно, что разрыв дружбы пошел на пользу моему здоровью.
Я намазываю масло на булочку и раздумываю о книге по самопомощи, которую читаю сейчас. Хорошая книга. Я начинаю размахивать ножом в воздухе, будто бы мечом, и Макс смотрит на меня как на больную.
– Ты что делаешь?
– Сражаюсь с неуверенностью в себе.
Макс вскидывает брови и хватает меня за руку.
– Фэллон, разве ты не понимаешь? Тебе не нужны книги по самопомощи.
Нужны! Такую каждая женщина должна прочитать в своей жизни.
– Я люблю тебя такую, какая ты есть. Ты – любовь всей моей жизни.
Его нежность застает меня врасплох. По щекам катятся слезы.
– Макс, я тоже тебя люблю. Нам надо всегда больше уделять времени друг другу.
Макс накрывает мою руку своей.
– Полностью согласен. Давай начнем новую главу с тоста?
Он поднимает бокал-флюте с шампанским:
– За мою умную, прекрасную жену и новые начинания.
– И за моего поддерживающего, сексуального трудягу-мужа.
Мы чокаемся и делаем по глотку. Официант приносит закуски, и мы приступаем к трапезе. Я спрашиваю у Макса, как у него дела на работе. Мы ужинаем и общаемся как нормальная супружеская пара.
Макс бросает салфетку на тарелку, и официант уносит посуду.
– Расскажи мне все про викторианский дом, – просит Макс.
По пути к ресторану я не смогла сдержать свою радость и сказала мужу, что инвесторы предложили мне пятьсот тысяч, на что он аж присвистнул. Деньги покроют аренду на два года, а еще хватит на обновление кухни, маркетинг, товары и пару работников. Я рассказываю, что из трех рассмотренных заведений они выбрали викторианский дом.
– Стейси мне поможет, и к понедельнику я уже буду готова подписать договор аренды. Но перед этим мне нужно кое-что с тобой обсудить.
Макс поднимает бровь.
– Так?
Я делаю глоток шампанского.
– Жилое помещение наверху тоже сдается.
Макс наклоняет голову.
– Продолжай.
– Владельцам придется установить специальные ворота, чтобы отделить магазин от жителей наверху… но это если мы не въедем.
Когда я говорю это вслух, живот наполняется порхающими бабочками.
Макс отпивает шампанское.
– Ты осмотрела помещение?
Я описываю его шарм и вместительность.
– Ты светишься, – говорит он.
– Да?
– Я хочу посмотреть на этот дом, который так тебя очаровал, – говорит он.
Я со знанием дела улыбаюсь. Макс не умеет отказывать, если мне что-то приглянулось. Я беру его за руку. Ему там очень понравится. Официант ставит перед нами многослойный шоколадный торт с зажженной свечкой, я в удивлении подаюсь назад.
Макс поет «С днем рождения тебя» хрипловатым голосом: получается лучше моего, но не сильно. Утром Майя не без помощи Макса подала мне завтрак в постель: улыбающееся лицо с глазами-глазуньями, носом-клубничкой и ртом из бекона. И кофе именно такой, каким я его люблю, с равными пропорциями взбитых сливок и молока со стевией. Мы всей семьей десять минут обнимались в кровати, а потом Макс поехал на работу. Я вернулась домой, оставив Майю в лагере, и получила громадный букет цветов от родителей, а Эйвери отправила мне видеосообщение от Марка МакГрата, солиста Sugar Ray, где он поздравляет меня с днем рождения. Что! Я подумала, что умерла и попала в рай. Потом Эленор угостила меня обедом в милом кафе у реки, а Мел и Стейси позвали в бар после встречи с инвесторами. В этот раз шот – отшибатель памяти я не заказывала. Не хочу забывать свой день рождения. Я боялась дня, когда мне стукнет сорок, но день получился замечательный. Может, день рождения и сорок лет – самое то, чтобы начать новую главу.
– Закрой глаза и загадай желание, любимая.
Я закрываю глаза и думаю, чего на самом деле хочу. Наконец я задуваю свечу и улыбаюсь.
Когда я открываю глаза, рядом со столиком стоит Эйвери.
– Надеюсь, ты пожелала увидеть меня, – говорит она, а я раскрываю рот от удивления и верещу. Соскакиваю с кресла и заключаю ее в объятия.
– Ты что тут делаешь? – не веря своим глазам, спрашиваю я.
– Думала, я не прилечу на празднование такого важного юбилея?
Я по-прежнему обнимаю ее и вижу, что к нам подходят Мел, Стейси, Эленор, Майя, Мэйв и Сара.
– Сюрприз! – говорят они хором.
Макс поднимается из-за столика.
– Думаю, нам пора переместиться в арендованное мной помещение.
– И все это ради меня? – шепчу я.
– Да, вот такие вот мы скрытные, – говорит Мел и хлопает меня по руке.
Я обнимаю каждую подругу и Макса с Майей так крепко, что она кричит: «Дышать не могу!»
Я шагаю словно в тумане, и в голове крутится одна только мысль: «Это настоящее благословение».
Глава 44
– Кто-то записал все на видео, – говорю я, сидя напротив доктора Джози и пересказывая бой грязью. Она закусила нижнюю губу, чтобы не расхохотаться. Я понимаю, что она держит марку, но могла бы и посмеяться, я не против. В конце концов, она тоже человек. Я сама не могу перестать ржать, рассказывая историю так, словно оказалась на импровизации. Жестикулирую, чтобы показать, как мы бросались грязью.
– Интересный получился матч, – наконец говорит доктор Джози, даже не улыбнувшись. – Поищу видео в интернете.