Он услышал, как Риз тихонько простонала.
— Кажется, вы в ужасе. Так чувствовал бы себя любой нормальный человек. Но в моем мире я нарушил кодекс общественной морали, разведясь с ней. Ко мне относятся как к революционеру. Разрешение, которое я дал ее родителям на то, чтобы они на время взяли ребенка, внешне кажется пристойным. Мои родители предпочли бы, чтобы Джейми оставался у них. Они готовы пойти на все, чтобы сохранить благопристойный образ.
Она покачала головой:
— Какой ужас!
— Я не решался вам об этом рассказать. Все так запутанно и сложно, и я пойму, если вы не захотите встревать во все это. Если вы хотите отказаться от работы, я дам вам чек на полную сумму, о которой мы договорились. Но я попрошу вас не уходить до тех пор, пока Джейми не пойдет на поправку.
Если бы только Ник знал, о чем думает Риз!
Она глотнула воздух:
— Не будьте смешным. Согласно нашей договоренности я буду работать до конца лета. Если вы по-прежнему с этим согласны, тогда давайте не будем больше об этом говорить.
— Значит, не будем.
— Хорошо. Прямо сейчас мы должны сосредоточить свое внимание на вашем сыне, вот и все.
Едва она успела произнести эти слова, как Джейми проснулся и заплакал. Ник подошел к кроватке и взял малыша на руки.
— Он все такой же горячий?
Он посмотрел в ее глаза:
— Да.
Риз откровенно запаниковала. Температура Джейми не спадает уже восемнадцать часов! Ведь лекарство должно сбить ее.
Ник и Риз по очереди держали Джейми на руках, успокаивая. Проходили минуты. Очередная медсестра пришла проверить состояние ребенка и ушла, ничего им не сказав. Риз по-настоящему испугалась. Прошло еще полчаса, затем в палату вошел доктор Уэллс, будучи уже в перчатках и маске.
— Мне жаль, что ваш сын заболел, мистер Уэйнрайт. Дайте я его осмотрю.
Пока Ник передавал ребенка педиатру, Риз стояла в стороне, радуясь его приходу. Через минуту доктор поднял голову:
— Вам следует начать кормить его. Медсестра принесет смесь. По чуть-чуть. Сначала его может тошнить, но продолжайте его кормить. Я зайду позже.
Следующий час превратился в кошмар, ибо Джейми рвало через каждые десять минут после кормления. Риз не знала, как все это вынесет Ник.
Начало светать. Риз посмотрела на часы и произнесла:
— Ник, вот уже двадцать минут, как его не тошнит, понимаете?
Он поднял голову и сказал, ликуя:
— Это явный прогресс.
— Да! — воскликнула Риз.
Немного погодя зашла медсестра:
— Как у него дела?
— Вот уже полчаса, как его не тошнит.
— Превосходно. — Он измерила температуру ребенка. — Температура снизилась. Я вызову доктора Уэллса. Теперь он должен поспать. — Она торопливо вышла из палаты.
Поднявшись на ноги, Ник положил ребенка обратно в кроватку.
Риз подошла к нему:
— Должно быть, худшее позади.
Оба услышали, как открылась дверь. Доктор Уэллс пришел осмотреть малыша.
— Он выздоровеет. До конца дня давайте ему смесь, когда он захочет поесть. Мы продолжим давать ему лекарство. Если все пойдет так, как нужно, сегодня вечером он будет ночевать дома.
— Замечательно! — воскликнула Риз, когда доктор вышел из палаты.
Ник повернулся к ней:
— Это вы замечательная. Я не могу представить, что бы без вас делал.
Его голос был хриплым и на октаву ниже обычного, взгляд его карих глаз был таким благодарным, что Риз поразилась тем ощущениям, которые он в ней пробудил. Однако, чувствуя великое счастье, она испытывала страх.
Прошлой ночью он говорил о стертых различиях между няней и работодателем, живущих под одной крышей. И вот они проводят вместе всю ночь, в одной больничной палате с маленьким ребенком, которого оба обожают.
Наступает утро, и Риз уже не знает, существуют ли в принципе какие-нибудь различия между ней и Ником.
Глава 6
— Подгузники взяли?
— Взяла.
— Не забудьте новый купальник.
Риз моргнула:
— Мы будем плавать?
— Возможно.
— В бассейне вашей тещи и тестя?
— Может быть. У них несколько бассейнов.
Риз плавала в бассейне на террасе каждый день, пока Джейми спал. У мальчика началась небольшая простуда после его возвращения из больницы вечером в прошлую субботу, но доктор Уэллс сказал, что это нормально. Неделю спустя Джейми был здоров и жизнерадостен.
— Готовы? — спросил Ник.
— Почти.
Пока Ник передвигался по квартире, она поспешила в свою спальню, взяла новый купальник и положила его в сумочку. После завтрака Риз переоделась для поездки в Уайт-Плейн. Она выбрала летнее розовое платье и белый жакет-болеро, белые сандалии. Белой лентой она затянула волосы в хвост.
Ник ждал ее в вестибюле. На нем были свободные брюки и коричневая хлопчатобумажная рубашка. На его лице виднелась черная щетина, придававшая ему немного разбойничий и чувственный вид.
Она быстро перевела взгляд на Джейми, который находился в переносной колыбели, и пощекотала его животик.
— Ты поедешь на прогулку! — пропела она, и мальчик рассмеялся, вызывая улыбку Ника.
— Он кажется счастливым… — Он посмотрел в ее глаза.
— Почему ему не быть счастливым? Когда я думаю о прошедшей неделе…
— Не напоминайте мне.
Выйдя из дома, она уселись в лимузин и отправились в Уайт-Плейн. Каким-то образом события после того, как Джейми побывал в больнице, стали развиваться непринужденнее.
Риз ощущала, что в пентхаусе Ник начинает чувствовать себя счастливее. Он по-прежнему не рассказывал ей о том, что произошло между ним и Эрикой, почему они расстались, но ведь Риз всего лишь няня его ребенка. Она постоянно напоминала себе об этом, но с каждым разом делать это становилось все труднее.
Уолтер Херст открыл парадную дверь дома, как только они к ней подошли. Старик не смог скрыть удивления при виде Риз.
— Мы расположились в комнате для отдыха, — произнес он.
Если бы дверь открывал отец Риз, первым делом он сказал бы нечто вроде: «Вот и мой внук! Входи и поздоровайся со своим старым дедушкой». Он взял бы ребенка на руки и отнес бы его бабушке.
Несмотря на рассказы Ника, ей было не по себе от равнодушия и черствости отца Эрики.
Интерьер особняка, построенного в XIX веке, был воплощением архитектурного триумфа, однако живым в этой обстановке ей казался только Джейми, который крутил головой из стороны в сторону, пока они шли за мистером Херстом в комнату, оформленную в необычайно современном стиле. Бабушка Джейми, одетая в стильный костюм-двойку цвета лайма, как раз входила в двери из красивой цветочной оранжереи у себя за спиной.
— Мы не ждали вас так рано. Полагаю, Джейми уже лучше.
— Он отлично себя чувствует, — заявил Ник. — Ты ведь в порядке, правда, парень? — Расцеловав его в щеки, он расстегнул ремни безопасности на колыбели и взял сына на руки. — Как видите, он вырос.
— Положи его в коляску.
Бабушка Джейми не выразила никакого желания брать его на руки. Сегодня Ник решил не противиться теще.
Проблема состояла в том, что в коляске был ограниченный обзор. Джейми расплакался сразу же, как только его туда положили. Риз захотелось сразу же вынуть его оттуда. Но, как и Нику, ей пришлось сдержаться.
— Я принесла вот это. — Риз поставила сумку с подгузниками на один из стульев. — Там подгузники и бутылочки со смесью.
— У нас имеется все ему необходимое. Уолтер, скажи няне, что они пришли.
Плач Джейми становился громче.
— Я вернусь за ним в шесть. — Ник бросил взгляд на Риз. — Давайте оставим их одних, мисс Чемберлен.
Они вышли через парадную дверь особняка, по-прежнему слыша за спиной плач Джейми. Риз подумала, что Ник намерен прогуляться по поместью и позже поплавать. К ее ужасу, он направился к лимузину и открыл ей дверцу.
Она озадаченно уставилась на него:
— Я думала, мы останемся поблизости. А вдруг вы понадобитесь Джейми?
— Тогда он будет плакать до тех пор, пока не уснет.
— Ник…
Она не могла выносить его мрачного выражения лица. На прошедшей неделе Ник был таким беззаботным, что Риз с трудом сдерживалась, видя, как он погружается в задумчивость.
— У меня не было выбора, Риз, ибо я дал им обещание. Но завтра со всеми обещаниями будет покончено.
Он включил интерком:
— Пол, отвези нас на вертолетную площадку.
— Куда мы летим? — спросила она, когда он договорил.
— На мое парусное судно.
Ее сердце мучительно и учащенно забилось.
— Если нам понадобился вертолет, значит, это далеко отсюда.
— Не беспокойтесь. Мы полетим на остров Мартас-Виньярд, за пределы Эдгартауна. Там находится один из наших летних домиков.
Летний дом там, поместье с лошадьми в Лонг-Айленде, пентхаус на Парк-авеню, вилла в Каннах. У Риз возникло ощущение, что это имущество было лишь верхушкой айсберга. Если бы отец Джейми не решил положить конец эмоциональной холодности, сопровождающей огромное богатство, мальчик страдал бы так же сильно, как Ник.
Мгновение он изучал ее.
— Вы когда-нибудь плавали на парусном судне?
Она знала, что это его любимый вид спорта.
— Нет. Однажды наша семья поехала в Висконсин, и мы переплывали озеро Мичиган на пароме в шторм. Всем было тошно. На этом мои познания о путешествиях по воде заканчиваются.
В его глазах сверкнул огонек.
— Вы умеете плавать, а это все, что мне нужно знать. Когда паруса поймают ветер, вы почувствуете себя отличным моряком.
— Вы принимаете желаемое за действительное. Я лишь надеюсь, что не буду похожа на Джейми на прошлой неделе.
Он хихикнул:
— Вы не больны гриппом.
Однако поездку пришлось отменить. Как только лимузин подъехал к вертолетной площадке, зазвонил телефон Ника. Закончив разговор, он приказал Полу ехать в обратном направлении.
Брови Риз взлетели вверх.
— Джейми?
— Он никак не успокоится. Энни говорит, что няня ничего не может с ним поделать.