щил Косте про Свиристелкину. Но кто раздобыл эти сведения? Так быстро? Кто он вообще такой?! Может, мне каким-то образом удастся взглянуть на его удостоверение? Это бы многое прояснило.
Удостоверение осталось в верхней одежде. Во внутреннем кармане «аляски». В свитер его прятать было некуда. И он точно не убирал его в карман брюк. Значит, мне нужно будет спуститься вниз и посмотреть. Например, когда все лягут спать.
А дело уже близилось к вечеру. За окном быстро стемнело. С таким количеством событий я и не заметила, как прошел день. Меня отправили готовить ужин, Костя с Абдуллой обсуждали международную политику, правда, весьма своеобразное ее направление – спасение негров от СПИДа путем обрезания. Оказалось, это новая программа ВОЗ (Всемирной организации здравоохранения) по спасению Африки. Абдулла с Костей прикидывали, сколько отдельные господа поимеют в результате освоения средств, выделенных на это дело. Костя откуда-то знал точные цифры, выделенные на борьбу с различными видами гриппа, и они с Абдуллой стали гадать, какой следующий вид появится, может, улиточный? Вроде улитки есть во всех странах, а страусы и слоны далеко не везде. Мало будет денег для «освоения».
Когда я подавала на стол мясо с жареными овощами (у Кости были большие запасы и мяса, и замороженных овощей), он снова прилип к экрану. Как я поняла, из России пришло еще какое-то письмо.
– Ну? – спросила я. Абдулла просто неотрывно смотрел на Костю.
– Александра Петровна, похоже, обладает уникальной способностью к раздваиванию, – сообщил Костя. – В настоящее время она одновременно находится в Петербурге, где продолжает уход за больным стариком, и в тихой европейской стране, в которой находимся мы с вами, друзья мои. Она пересекла границу нашей родины и прибыла сюда из Москвы в один день с Катей, борты приземлились практически одновременно. Катя, ты ехала в автобусе?
– Да, но в нем все были с нашего рейса.
Тут я вспомнила, что мы по пути подбирали людей из автобуса с простреленным колесом, в частности Гюльчатай. В нашем самолете никого в восточной одежде точно не было, я бы ее запомнила. Следовательно, люди в том автобусе вполне могли быть с московского рейса. Но что спрашивать у Гюльчатай? Не успела ли она познакомиться с Александрой Петровной?
Костя попросил меня еще раз подробно рассказать про Гюльчатай и про девушку, которую я видела в доме у Василия. Мне что – я рассказала.
– А фотография Свиристелкиной? – спросил Абдулла.
– Только завтра. И к завтрашнему дню мои друзья уже лично пообщаются с Александрой Петровной – той, которая находится в Петербурге.
– А кто твои друзья? – все-таки спросила я, не сдержавшись.
Костя усмехнулся.
– Ты еще не догадалась, о несравненная Катя Левченко? – посмотрел на меня Абдулла.
– Возможны несколько вариантов, – заявила я.
– И какие же? – немного удивился Костя.
– Ты – высокооплачиваемый частный детектив, работающий на международном уровне. Второй вариант – спецслужбы. Третий – сотрудник какой-то международной корпорации, имеющей в этой стране, регионе или просто районе курорта свои интересы.
– А ты неглупая девушка, о несравненная Катя Левченко, – с самым серьезным видом заметил Абдулла.
– Спецслужбы, – сказал Костя тоже очень серьезно.
– А… – опять открыла рот я.
– Достаточно вопросов.
– Ты наших олигархов будешь разоблачать? – все-таки не сдержалась я. – Но ведь тогда они могут не вернуться в Россию. Отсюда полететь в Лондон и осесть там.
Костя расхохотался. Потом расхохотался Абдулла.
– Катенька, ты на самом деле считаешь, что спецслужбы занимаются разоблачением олигархов на горнолыжных курортах? И разоблачением в чем? В связях с женщинами легкого поведения? Известными актрисами, певицами, телеведущими, которые на такие курорты тоже приезжают в большом количестве и страстно желают попасться на глаза олигархам?
– Но чем-то же ты занимаешься здесь? Дом снял. На командировочные из денег налогоплательщиков? Или теперь в спецслужбах столько зарабатывают, что ты можешь себе позволить вояж сюда, чтобы совместить приятное с полезным?
– Катенька, иди спать, – мягко сказал Костя. – Ты явно устала, много нервничала в последние дни, а то и месяцы. Красивым девушкам нужно спать как минимум восемь часов в сутки, чтобы хорошо выглядеть. Тебе ведь еще нужно замену искать Владимиру Станиславовичу. Кстати, Карасев разведен. Иваницкий здесь с женой. И его жена – бухгалтер, именно она просчитывала целесообразность этой сделки.
– А ты? – спросила я.
– Я? Я же не олигарх и даже не бизнесмен. – Костя явно смеялся.
– Умный человек и в спецслужбах сможет неплохо заработать. Ведь самое ценное в нашем мире – информация, не правда ли?
Я мило улыбнулась обоим мужчинам и отправилась наверх.
Глава 14
Я приняла ванну, намазала лицо и руки кремом и решила, что должна поспать часа четыре, а потом, когда заснут мужчины, тихонечко спуститься вниз и обыскать карманы хозяина дома.
Я не задергивала шторы и проснулась от света полной луны, светившей мне прямо в окно. «Наверное, мороз», – подумала я, так как небо было безоблачным, звезды потрясающе яркими. И луна…
Я быстро натянула спортивные брюки и футболку, сунула ноги в мягкие тапочки, не создающие шума, и направилась вниз. На часах было без пятнадцати три.
Из комнаты Абдуллы доносился храп, у Кости было тихо, но я, конечно, не стала к нему заглядывать. Я спустилась по лестнице вниз, увидела Костину куртку, сунула руку во внутренний карман, извлекла удостоверение, но у вешалки ничего прочитать не могла – там было темно. Следовало подойти к окну. Я решила отправиться в гостиную – окно там находилось ближе всего к тому месту, где я стояла. Я успела только прочитать фамилию, имя и отчество. Где-то наверху зазвонил мобильный.
Не мой – поняла я по мелодии. У Абдуллы телефона нет. Значит, звонят Косте. А если он спустится водички попить? Я решила на всякий случай нырнуть за диван.
И шаги Кости на самом деле вскоре послышались на лестнице. Он вошел в гостиную и включил свет.
– Вылезай, – сказал он секунд через тридцать. – Макушка торчит.
Ну почему я такая высокая?!
Я вылезла. Костя был одет в джинсы и свитер. Явно куда-то собрался.
– Ну, что нашла?
Тут он заметил удостоверение в моей руке. И почему я не убрала его хотя бы в карман спортивных брюк? Идиотка.
Костя подошел ко мне, вынул удостоверение из руки и засунул в карман собственных джинсов. Я честно сказала, что успела прочитать только фамилию, имя и отчество. Костя вздохнул и устало посмотрел на меня.
– Извини, пожалуйста, – покаянно сказала я. – Но я не могла устоять.
– Знаешь, что случается с излишне любопытными особами?
Я молчала.
– Со мной поедешь? – вдруг спросил он.
– Куда? – распахнула я глаза.
– На дело, – усмехнулся Костя. – Иди одевайся. И быстро.
– Ты… меня… убьешь?
Костя расхохотался.
– Да если бы я тебя хотел убить, то давно бы уже это сделал. Я тебя, наоборот, защищаю, если ты еще не поняла. Я тебя спасти хочу! На тебя же охота объявлена.
– Почему?
– Ну а я-то откуда знаю?! Это ты должна знать, но ничего не понимаешь. Иди одевайся.
– Во что?
– О господи! Верх спортивного костюма надень. Сапожки, потом пуховик.
Я понеслась наверх. Сумочку решила оставить в комнате. Как я понимала, во время этой вылазки мне она будет не нужна. И документы лучше оставить в доме. А мобильный своим звонком может объявить о моем присутствии… Где? Куда мы едем среди ночи? Кто позвонил Косте?
Вопросов было множество. Я сомневалась, что Костя на них на все ответит.
Он уже прогревал двигатель. Я расчесала волосы, собрала их в хвост, краситься было некогда, да и ни к чему (хотя всегда нужно быть в пике своей формы, но сейчас лучше не злить Костю задержками), спустилась вниз, быстро сунула ноги в снегоступы, надела шапочку и пуховик и выбежала к машине.
Мы поехали вниз к основным зданиям курорта.
– Кто тебе звонил? – все-таки спросила я.
– Алла. У нее в комнате – то есть в твоем номере – труп.
Я повернулась к Косте с открытым ртом.
– Ты хочешь сдать меня полиции?
– Это первое, что тебе пришло в голову? Нет, представь себе, не хочу. Вообще хочу на этот раз избежать общения с полицией. Слушай, а спортивные штаны более темного цвета у тебя есть?
Я сказала, что спортивный костюм – подарок Владимира Станиславовича. Ну и я сама люблю красный цвет.
– Я тебе подарю спортивный костюм темного цвета, – пообещал Костя.
– Для совместных ночных вылазок?
– Хотя бы для них.
– Но почему ты все-таки взял меня с собой?
Костя бросил на меня взгляд.
– Во-первых, ты все равно могла бы отправиться на разведку, а тебе опасно одной выходить из дома. Абдулла храпел, как ты сама наверняка слышала. Его звонок телефона не разбудил. Я заглянул к тебе в комнату, чтобы проверить, не проснулась ли ты от звонка. Смотрю: кровать примята, а тебя нет. И кровать уже успела остыть. Я сразу понял, что ты обследуешь дом.
– И меня опасно в нем оставлять без присмотра, чтобы ничего не нашла.
– Опасно, но по другим причинам. Чтобы тебя не нашли и снова не похитили.
– Мне кажется, что ты не запер дверь, – заметила я.
– А смысл? Кто захочет, все равно войдет. А простые воришки тут не ходят. Незапертая дверь как раз скорее остановит, чем запертая, – тех, кто может прийти. Или я так думаю. Но я надеюсь, что не придут. По крайней мере пока.
– Но ты еще, наверное, хочешь, чтобы я посмотрела на человека, которого убили, – заметила я. – Раз его убили в моем номере.
– Алла его и так знает. Нам потребуется помощница. Или помощник. А кого я тут могу еще взять, кроме тебя? Абдулла не пойдет. К тому же он толстоват и неповоротлив. И будет много говорить. И еще он – иностранец. Не нужно давать ему лишнюю информацию. С тобой проще.
Я попросила рассказать, что же все-таки произошло. Что успела сообщить Алла?