Косо натянутый тросик в ночи был почти невидим!
Люсинда запнулась о него и со всего маху рухнула наземь, пропахав целину под забором, совсем как тот метеорит, о котором как раз подумала Оля.
– Андрей Палыч! – возбужденно загомонила телефонная трубка в руке Громова, ожидавшего результатов погони в прямом эфире. – Есть! Мы ее взяли!
– Кого – ее? – удивился Андрей Палыч.
– Ах, ты сегодня ждал другую?! – колко молвила Ксения.
– Бабу в маскировочном костюме! – радостно доложила трубка. – В слепой зоне засела, сука, не поверите – с арбалетом!
– С кордебалетом?! – недослышала Ксения. – Андрей, я думаю, нам пора серьезно поговорить!
– Она что – стреляла? – загораживаясь плечом от рассерженной подруги, Громов честно пытался понять, что происходит.
– Ну да! Засадила куда-то в стену, кажись, у гостевых апартаментов, туда тросик уходит! – Голос в трубке перестал ликовать и встревожился: – Андрей Палыч, это не для подъема тросик – для спуска, кто-то из дома линяет по-тихому!
– Бабу в дом, всех впускать, никого не выпускать! – гаркнул Андрей Палыч и выбросился из кресла, будто катапультировался.
– Андрей, что происходит?! – крикнула Ксения и, не дождавшись ответа, поспешила вдогонку за Громовым.
И снова она сидела на диване в библиотеке – на сей раз в компании подружек, подпиравших ее с обоих боков.
– Три девицы под окном врали поздно вечерком, – оглядев их, язвительно продекламировал Громов.
– Пряли, – поправила цитату Оля.
– Врали! – повторил Громов и жестом отослал охрану прочь.
Санек и его коллега вышли и закрыли за собой дверь.
Громов встал перед диваном, сложил руки на груди а-ля Наполеон и покачался с пяток на носки.
– Дрожание моей левой икры есть великий признак, – снасмешничала Оля.
Она дерзила, потому что была обижена и напугана.
Тот Громов, который ворвался в ее кухоньку, распахнув дверь могучим пинком, был ей совсем не знаком. Тот Громов обозвал Олю матерным словом, больно выкрутил ей здоровую руку и притащил девушку в библиотеку, не реагируя на ее возмущение. И тот Громов никуда еще не ушел: он завис у Оли над душой, гневным взглядом выжигая у нее на лбу клеймо преступницы.
– Послушайте, да что такого я сделала? Подумаешь, сожгла одну бумажку! Я же это для вас, чтобы снять проклятье! – не выдержала этой молчаливой пытки Оля.
– Ты сожгла «красную метку»?! – встрепенулась Люсинда. – Надеюсь, это поможет, и больше никто не умрет!
– По-моему, не поможет: нас убьют прямо здесь и сейчас, – сердито сказала Ксюша.
– Проклятье! – повторил Громов, прибавив еще пару непечатных слов. – Закройте рты, вы будете говорить, когда вас спросят!
– Не ходи за него замуж, Ксю, он грубый и злой! – вздохнула Люсинда.
– Не пойду, – согласилась Ксюша. – Пусть другую дуру найдет. Я не сиротка без роду и племени, чтобы выйти за монстра, даже если он – миллионер!
– Это я монстр?! – искренне удивился Громов.
– А кто? Не мы же!
Громов почесал в затылке, подтащил поближе кресло и сел напротив дивана – один против троицы девиц, по его мнению, необоснованно претендовавшей на звание Святой.
– Убивать я вас не буду, но задержу до тех пор, пока не получу ответы на все свои вопросы!
– Только не спрашивайте, есть ли жизнь на Марсе, – попросила Люсинда. – Мне самой интересно, но ответить пока не может никто.
Громов тихо зарычал.
– Ладно, задавайте свои вопросы, – устало сказала Оля. – Что вы хотите знать? Почему я залезла в ваш сейф? Я уже ответила: чтобы забрать и уничтожить «красную метку».
– А меня вы, наверное, хотите спросить, почему я бегаю в костюме ниндзя! – вклинилась в разговор нетерпеливая Люсинда. – Отвечаю: в прошлый раз я хотела незаметно посмотреть, с кем встречается Оля, потому что беспокоилась о ней из-за «красной метки». А сегодня я помогала Ксюше со стремянкой.
– С какой стремянкой? – озадачился Громов.
– С библиотечной! – дружно ответили Лю и Ксю.
– Минуточку! – Оля повернулась к Люсинде. – Что значит – в прошлый раз?! Когда это ты следила за мной в костюме ниндзя?
– Когда вы в рюмочной были.
– Значит, это была ты?! – Оля звонко хлопнула по коленке ладошкой. – А я-то испугалась! Подумала, что двое в черном, заглядывающие в окна, – это и есть посланцы злого рока!
– Почему двое? – спросила Ксюша.
– Точно двое, – кивнула Люсинда. – Кроме меня был еще кто-то в черном, не знаю – кто. За ним гонялись люди Иванова.
– Какого Иванова?
Громов не успел понять, кто это спросил. Он с трудом следил за разговором, который шел в темпе финального матча чемпионата мира по настольному теннису.
– Да никакого не Иванова, я думаю, он просто так назвался, чтобы скрыть свое настоящее имя, – объяснила Люсинда. – Его люди схватили меня, когда я шпионила за Олей и Андреем в рюмочной.
– Зачем?! – это уже Громов включился.
– Зачем шпионила? Я уже объясняла: тревожилась из-за «красной метки»!
– Нет, зачем схватили?
– Хотели знать, за кем я слежу, – Люсинда виновато поглядела на Ольгу. – Я призналась, что за тобой, назвала твое имя и даже место работы. Прости. Я испугалась!
– Минуточку, – снова попросила Оля.
Странное дело: на этот раз все замолчали, давая ей возможность подумать.
– Получается, что за мной в рюмочной была двойная слежка? Или даже тройная?!
– Во-первых, я, во-вторых, еще одна персона в черном, в-третьих, люди Иванова, – быстро подсчитала на пальцах Люсинда.
– И все они про «красную метку» знали и тревожились из-за нее? – усомнилась Ксюша. – И люди Иванова, и второй ниндзя?
– Вторая, – поправила Люсинда. – Я думаю, это была женщина. Для мужчины фигурка была уж слишком тоненькой и гибкой, да и ростом она не вышла. К тому же, я вспомнила еще кое-что. Когда я покупала в «Юном технике» черную шапочку, продавщица сказала что-то вроде: «Не иначе, у девок новая мода пошла».
– То есть такую же шапочку до тебя купил кто-то еще, – мигом сообразила Оля. – Какая-то другая девушка! Ксюшенька, а это не ты была? Я бы не удивилась.
– Нет, я в это время дома сидела, хоронилась от неведомой опасности, – с явным сожалением ответила Ксюша. – Досадно, столько интересного пропустила!
– Зато теперь ты с нами, – утешила ее Люсинда.
– Страшная вещь – эта женская дружба, – пробормотал Громов.
– Андрей Палыч, можно вас на минуточку? – заглянул в библиотеку старший товарищ Санька.
– Ни с места, – поднимаясь, предупредил подружек Громов.
Он выглянул в коридор, коротко пошептался с охранником, не удовлетворился этим и вышел, закрыв за собой дверь. С вызывающим скрежетом повернулся ключ в замке.
– Что это значит, мы под арестом?! – возмутилась Люсинда. – Но почему? За что?!
– Андрюше очень не понравилось, что я пришла без предупреждения, – вздохнула Ксения.
– Подумаешь! Он просто тиран, – сказала Люсинда. – И где ты такого нашла?
– Нас познакомили бабушки, моя и Андрюшина, – объяснила Ксю. – Они дружат уже сто лет и вместе составили хитрый план, как нас свести. У Андрея в прошлом была какая-то крайне неудачная связь, после которой он упорно не заводит серьезных отношений.
– Боится влюбиться в неподходящую женщину, – усмехнувшись, подсказала Оля.
– Точно, и всех женщин нашего круга он считает неподходящими, – фыркнула Ксюша. – Такими, знаете, легкомысленными и безответственными вертихвостками, безмозглыми куклами без сердца и души!
– Неужели?! – Оля почувствовала, что ей становится по-настоящему интересно.
– Да! И не хочет жениться!
– Какое свинство! – возмутилась Люсинда. – По статистике, у нас в стране на десять женщин приходится всего восемь мужчин, из которых один – импотент, один – гей, один – алкоголик и двое не способны содержать семью, а тут молодой здоровый миллионер – и он не хочет жениться! По-моему, вот это и есть настоящая безответственность!
– Ксю, продолжай, – попросила Оля.
– Продолжаю, – Ксюша пересела на место Громова, чтобы лучше видеть аудиторию. – И вот несколько месяцев тому назад Андрей неожиданно удивил семью сообщением о том, что намерен жениться.
– На ком?!
– Вот, это самое интересное! Ни на ком! То есть, он еще не знал, на ком именно, просто решил, что срочно должен жениться… – Она выдержала интригующую паузу и объявила: – На учительнице!
– Какая необычная гуманитарная акция в поддержку народного образования! – съязвила Оля.
– А что? Я его одобряю! – энергично кивнула Люсинда. – Молодые учительницы – девушки образованные, скромные, неиспорченные, добрые, душевные, трудолюбивые и ответственные. Посмотрите хотя бы на нас троих!
Тут трудолюбивая и ответственная Ольга Павловна вспомнила, что до сих пор не проверила тетрадки с контрольным диктантом, – и устыдилась, но отложила воспитательное самоедство на потом, чтобы повредничать:
– Странно, что не было соответствующего оповещения по линии гороно! Мол, миллионер женится на учительнице, объявлен конкурс! Помнится, когда принц из сказки решил жениться на девушке, которой подойдет хрустальная туфелька, герольды трубили об этом по всему королевству!
– Так то в сказке, а тут была секретная информация, только для членов семьи! – засмеялась Ксюша. – А они очень даже продвигали свои кандидатуры! Андрюшина бабушка пошепталась с моей, и меня живо пристроили работать в школу, хотя уже была договоренность с крупной иностранной компанией, что я приду к ним референтом генерального директора на очень хорошую зарплату.
– Какие ловкие бабушки, – пробормотала Оля.
– Не только бабушки: сестрица Громова тоже активно пыталась навязать ему свою знакомую учительницу, так что я выиграла в честной конкурентной борьбе, – похвасталась Ксю. – Между прочим, это было непросто, Андрей с Натальей уже вовсю встречался, когда нас познакомили.
– Это с какой же Натальей? В какой она школе? Мы ее знаем? – заинтересовалась Люсинда.
– Ты ее видела, мы тогда вместе были в ночном клубе: я, Наталья, Марина и Ваня, Наташин брат. Я же тебя со всей компанией знакомила!