– Вот это настоящий молодой человек!
– Хорошо воспитанный.
– С прекрасными манерами!
– Умница!
Старушки сильно разрумянились. Похоже, они и дальше могли бы продолжать славословить неизвестного Петеньку, если бы Кира дала им такую возможность. Но Кира не дала.
– Что за Петя? – перебила она их. – И с чего вы решили, что Зинаида Митрофановна сейчас у него гостит?
– Так она нам сама звонила!
– Да, просила не беспокоиться за нее.
– А Вике не велела говорить, что она у Петеньки в гостях.
– Та бы ей истерику закатила, зачем, мол, поехала!
– Ревновала тетю.
– Точно, ревновала!
Кира покачала головой. Ну и чудные дела творятся в данном королевстве!
– А когда вам Зинаида Митрофановна звонила?
– Третьего дня и звонила.
– Но Вике мы о тетином звонке ничего не рассказали.
– Зиночка не велела, – добавила первая старушка.
– Хотела хоть немного отдохнуть от этой скандалистки.
Так, картина приобретала совсем иной характер. Выходит, никто милейшую Зинаиду Митрофановну не похищал. И живет она себе припеваючи в гостях у некоего Петеньки – своего дальнего родственника. Интересно только знать, где именно? И как ей теперь сообщить о смерти племянницы?
– А вы знаете телефон или адрес этого Петеньки? – спросила Кира у старушек.
– Нет.
– А хотя бы его фамилию?
Но, увы, и тут ее поджидало горькое разочарование. Ничего вразумительного о Петеньке за исключением его возраста – лет двадцать пять-двадцать семь, старушки сказать о молодом человеке не могли. Ну да, еще то, что он был прекрасно воспитан, говорил комплименты, не скупился на мелкие подарочки и был, разумеется, безупречного поведения юношей, а это выражалось в том, что он не ругался матом, не пил и не курил.
На взгляд Киры, этих трех вещей было маловато, чтобы признать человека безупречно хорошим. За недолгую жизнь ей встречалась тьма-тьмущая подлецов с прекрасными манерами, которые сами свято верили в то, что если гнусность замаскировать вежливыми словесами, то она сразу же перестанет быть таковой.
– А где он трудится?
– О! У него магазин! – с жаром отозвались старушки. – Собственный продуктовый магазин. На Московском проспекте.
– Он там директор!
Это было уже кое-что. Оставалось только выяснить название магазина и проехаться по Московскому проспекту. Глядишь, и высмотрели бы они с Лесей нужный магазинчик.
– А мы не знаем, как он называется, – разочаровали Киру старушки.
– Мы там никогда не бывали.
Кира приуныла.
– Но Зиночка рассказывала, что на магазине красивая вывеска.
– Сверкает всеми огнями.
– Как радуга!
Время, когда Кира выходила от старушек, было не самое подходящее для езды по городу. Час пик, когда все трудящиеся возвращаются или во всяком случае пытаются вернуться домой, и улицы битком забиты уставшими и потому раздражительными водителями.
И все равно Кира решила проехаться и поискать магазин с вывеской в виде радуги. Рассудив, что большой разницы откуда начинать не будет, Кира вырулила на Московский проспект и медленно поехала в правом ряду, бдительно высматривая вывески с малейшим намеком на радугу.
Телефонные звонки ее не беспокоили. Иван Алексеевич хранил гробовое молчание. Апогей тоже словно сквозь землю провалился. В другое время Киру насторожила бы эта тишина. Но сейчас она была занята делом. И потому не особенно расстраивалась. Мысль о том, что ее друзья могли нарыть за сегодняшний день тоже кое-что интересненькое, лишь краем царапнула ее. Почему-то Кира не сомневалась, что ее новости будут на сегодняшний день самыми ошеломительными. Но для этого сначала требовалось найти Петеньку. И Кира старательно всматривалась в светящиеся вывески. Вскоре она убедилась, что радугу в качестве торгового знака предпочитают использовать владельцы баров с игровыми автоматами или просто центры развлечения, но опять же с игровыми автоматами. Почему радуга ассоциировалась у них с азартом, понять было довольно сложно. Кира даже и не пыталась.
Она честно заходила в каждое подобное место. Быстро осматривалась, выясняла, что продуктами питания тут и не пахнет и даже никогда не пахло, и отправлялась дальше. И наконец впереди мелькнуло нечто ярко-радужное, но при полном отсутствии игровых автоматов. Кира приободрилась и шагнула внутрь.
– Ого! – вырвалось у нее.
Местечко в самом деле было шикарное. Располагалось оно в недавно выстроенном павильоне прямо напротив станции метро «Электросила». Но строители не поскупились на отделку и внутренний дизайн. Так что магазин мог соперничать со многими себе подобными и уж точно не краснеть перед ними. Прозрачные полы с подсветкой, фонтанчики, мостики через импровизированные водопады, где плескалась живая рыба!
Некоторое время Кира колебалась, куда направиться. А потом, махнув рукой, подошла к ближайшему торговому прилавку и спросила у продавца, где тут дирекция. Еще несколько минут блужданий по большому торговому центру, и Кира очутилась в помещениях администрации. А толкнув тяжелую деревянную дверь со скромной надписью «Директор», вошла в кабинет.
В углу сидел один-единственный мужчина. Он в самом деле был относительно молод, во всяком случае, подходил под названный старушками возраст Петеньки. На нем был безукоризненно сидящий темный костюм и светлая однотонная рубашка с галстуком. Светлые не слишком густые волосы были подстрижены и уложены так, будто бы их, этих волос, у молодого человека целая копна.
– Вы ко мне? – не слишком любезно осведомился тот у Киры.
Ничуть не смутившись такому приему, Кира шагнула к нему.
– Виктория скончалась! – страшным голосом произнесла она.
Молодой человек страшно побледнел и поднес руку к сердцу.
– Как? – прошептал он. – Все-таки склекнулась? Когда?
– Ночью!
– Ночью? – неожиданно взвился молодой человек. – Уже ночью? А почему я об этом узнаю только сейчас? Вы соображаете, что вы со мной делаете?
– Вам еще сообщат. Просто я первая. Что будем делать?
– А что делать? Нужно снимать ее с торговли.
Киру изрядно покоробило, как этот тип отзывается о погибшей. Ладно, пусть племянница была не бог весть какой приятный человек, но нельзя же так. И потом, с какой торговли он собирается ее снимать? О чем он вообще?
– Виктория, Виктория, – бормотал молодой директор. – Как чувствовал, что не нужно связываться с этой партией. Ведь видел, что с душком. Нет, черт меня дернул ее выставить!
– Куда выставить?
Но молодой человек на этот вопрос не ответил. Должно быть, не расслышал. Словно в трансе, он молча раскачивался в кресле. И выглядел ужасно озадаченным.
– Кстати, а где вы прячете Зинаиду Митрофановну?
Вопрос был задан Кирой нарочито громко. Так, чтобы он точно дошел до сознания мужчины. Тот вскинул на Киру удивленные и какие-то растерянные глаза.
– Кто это? – прошептал он едва слышно.
– Зинаида Митрофановна! Тетя Виктории. Вы держите ее у себя.
– Я?! – изумился молодой человек и почему-то побледнел. – Держу у себя? Тетю ветчины? Вы имеете в виду что? Бастурму? Или буженину? Или… или… о-о-о, нет! Боже мой! Неужели это была она?!
И в этот момент директор вообще стал белее мела. Не будь Кира так увлечена своими разоблачениями, она бы, конечно, насторожилась. Но она слышала только себя.
– Зинаида Митрофановна! – втолковывала она мужчине. – Пожилая тетушка убитой Вики! Вы увезли тетушку в неизвестном направлении. Верните!
Директор опасливо посмотрел на Киру. И медленно, не сводя глаз с Киры, встал из кресла, заняв позицию таким образом, чтобы между ним и Кирой оказался бы монументальный стол на четырех массивных ножках. Почувствовав себя в безопасности, молодой человек спросил:
– Девушка, вы о чем говорите?
– О Виктории! И о ее тете!
– О ком именно? – потребовал уточнений директор.
– О Зинаиде Митрофановне! Не притворяйтесь, будто бы вам не знакомы эти имена!
Директор не сводил с Киры недоумевающего, явно растерянного взгляда. В конце концов Кира тоже растерялась. И принялась шарить глазами по сторонам, словно в поисках чего-то, что могло бы подсказать ей, как действовать дальше. И вдруг ее взгляд упал на кусочек пластика – бейджик с именем, Антон Дорофеев – «Генеральный директор».
– Ой! – смутилась Кира, когда до нее дошел смысл написанного на бейджике. – Так вы не Петенька!
Судя по глазам директора, еще одно имя из уст Киры он вряд ли бы выдержал. Но Кира все же рискнула:
– А где Петя? – спросила она.
Зря! Зря она надеялась на свою счастливую звезду. Теперь директор от ее наглости совершенно озверел. Сначала он пытался выпихнуть Киру из кабинета самостоятельно. А когда ему это не удалось, Кира цеплялась руками и ногами, требуя, чтобы ей выдали Петеньку или на худой конец Зинаиду Митрофановну, директор по имени Антон вызвал охрану. И двое здоровенных детин вежливо, но твердо препроводили Киру к выходу.
Проходя мимо мясных прилавков, Кира краем глаза заметила табличку с надписью: «Ветчина в оболочке. Производитель ООО «Виктория». Поняв, что стала жертвой досадного недоразумения, Кира тем не менее сдаваться не собиралась. Ей нужен был Петенька. И уйти без него из магазина она упорно отказывалась.
– Где Петенька? – кричала она и, кажется, даже топала ногами.
В конце концов ей сунули в руки какую-то коробочку. И все же выставили ее за дверь. Свежий воздух привел Киру в чувство. Она разжала руку и посмотрела, что же она так судорожно сжимала в ней.
– Сыр творожный «Петенька», – прочитала она и в полной прострации устремила взгляд вдаль.
Вдали ничего интересного не было. Только длинные ряды машин, неторопливо двигающиеся по загазованной магистрали. И чертыхнувшись, девушка уныло пошлепала к своей машине. Делать нечего, Кире пришлось признать, что ее миссия закончилась полным провалом. Оставалось надеяться, что ее друзья хотя бы отчасти сумеют компенсировать неудачу.