Вопреки байкам советской пропаганды, ИЛ-2 не стал и грозным истребителем танков. Немецкий офицер-танкист (кто, как не он может оценить эффективность действия против бронированных целей советского ИЛ-2) Фридрих Вильгельм фон Меллентин в своих мемуарах справедливо отмечает слабость и несостоятельность численно превосходящей немцев в несколько раз советской авиации. В то же время «забракованные» Каториным и компанией «ябо» (немецкое обозначение истребителя-бомбардировщика союзников) наводили на немцев подлинный ужас.
«Триумвират» плачется о судьбе несчастной союзной авиации, у которой не было своего ИЛ-2, но бронированное советское «корыто» и не требовалось британцам и американцам, у которых на вооружении стояли мощные истребители-бомбардировщики — «мустанги», «тандерболты», «корсары», «тайфуны», справлявшиеся с ударными задачами куда как эффективнее советских «ИЛов».
«На более позднем этапе войны против СССР немцы все-таки создали самолет-истребитель танков (можно подумать, что Ju-87 мало сожгли советских танков. — С.З.). Это был двухмоторный «Хеншель-129», вооруженный 37-мм пушкой Мк-101 (такую же пушку подвешивали на Ju-87; к тому же HS-129 вовсе не обязательно вооружался этой 37-мм пушкой, он использовался и в обычном штурмовом варианте безо всякой подвесной пушки. — С.З.). Моторы французского производства, установленные на эту машину, не всегда работали удовлетворительно, да и пушка действовала неважно, хотя «тянула» на добрые 150 кг… Всего был выпущен 841 «Хеншель-129». Конечно, это было слишком мало, чтобы помочь наземным войскам в борьбе с армадами советских танков» [35, с. 322].
Почти все рассказанное здесь — «липа». В действительности без учета самолетов, поступивших в авиашколы и учебные эскадрильи с 1943 года, на вооружении дневной штурмовой авиации Люфтваффе числилось всего 328 Hs-129 [31].
Этот самолет появился на поле боя еще в сентябре 1941 года в районе Брянск — Вязьма, когда новые двухмоторные штурмовики Hs-129B-1 прибыли для фронтовых испытаний в II.(Sch)/LG2. В первом же боевом вылете «шестерка» Hs-129 под командованием майора Отто Вайсса уничтожила 15 советских танков восточнее Вязьмы.
В отличие от советского ИЛ-2, немцы забронировали лишь кабину пилота и получили гораздо более удачный аппарат, но его максимальная скорость оставалась такой же как и у «штуки», поэтому в крупносерийное производство пошел не он, а истребитель-бомбардировщик Fw-190F-3, который с 1943 года стал основным самолетом штурмовой авиации Люфтваффе. Эта машина имела массу в 4395 кг, максимальную скорость 656 км/ч, максимальную бомбовую нагрузку в 1800 кг и вооружение из 4 20-мм пушек MG 151 и 2 13-мм пулеметов MG131. С мая 1943 года было выпущено 3492 единицы F-3. К тому же теперь пилоты штурмовой авиации могли постоять за себя в воздушном бою, что не замедлило сказаться на результатах: многие летчики-штурмовики Люфтваффе имеют большое количество личных побед, например Август Ламберт (116 побед; 12,14 и 17 втечение одного дня), Герман Бухнер (58 побед), Герберт Кутша (47 побед), Отто Доммерацки (38 побед), Карл Кеннель (34 победы) и т. д.
Вернемся к истории со сбитыми Хартманом 300 снарядами «ИЛам» и скепсису Исаева по этому поводу. Для начала отметим, что Хартман являлся отличным стрелком еще с училища — в первых же стрельбах он показал результат в 50 % попаданий (при 20–30 % в среднем среди курсантов). Что это означало в реальном бою?
Одним из лучших асов финской авиации (44 сбитых советских самолета) является уже упоминавшийся не раз Ойва Эмиль Калерво Туоминен по прозвищу «Ойппа». Он, как и Хартман, был, на беду ВВС РККА, отличным стрелком. Вот что отмечал по этому поводу еще один финский ас — прапорщик Лаури Лаутамяки (5,5 побед):
«Не могу понять, каким образом Ойппа делал это: он давал одну короткую очередь и бомбардировщик сразу же загорался. Мне же для подобного результата требовалось выполнить несколько атак» [29, с. 440].
Во-вторых, тактика Бубби в третьем пункте его метода «увидеть — принять решение — атаковать — развернуться», заключалась в ведении огня практически с пистолетной дистанции.
«С пятидесяти метров действие оружия было чрезвычайно эффективным. Хартман сбивал самолеты противника, обходясь минимумом боеприпасов. Здесь у него также были свои методы» [77, с. 62].
Таким образом, второе, что мы выяснили, кроме того, что Эрих был отличным стрелком, это то, что он предпочитал открывать огонь с дистанции, практически исключающей промах и допускающей короткое нажатие на спуск.
Третье, это то, что Хартман являлся специалистом по ИЛ-2 и знал, каким образом расправляться с этим самолетом.
Четвертое, что не учитывает Исаев, «Биммель» (фельдфебель Хайнц Мертенс — механик Хартмана) вел речь только о пушечных снарядах, а ведь Хартман наверняка вел огонь залпом, задействовав и два 13-мм пулемета MG131.
И наконец, несколько примеров.
6 января 1940 года в районе Утти лейтенант ВВС Финляндии Йорма Калеви Сарванто (Густафссон) по прозвищу «Замба» (который в стрельбе по буксируемым мишеням имел в среднем 94 %(!) попаданий) за 4 минуты (с 12.03 до 12.07) на своем «Фоккере» FR-97 сбил 6 ДБ-3 из группы майора Майстренко (сбил бы и последний, седьмой, да патроны закончились) огнем из пулеметов винтовочного калибра (4 пулемета в 7,7 мм).
А теперь посмотрим, на что способна немецкая 20-мм пушка MG 151/20.3 июня 1942 года в районе опорного пункта Бир-Хакейм (Ливия) «золотой мальчик» Люфтваффе Ганс Йохим Марсейль наглядно продемонстрировал, каким образом можно подобрать ключ к оборонительному построению «лайфбери», сбив 6 Р-40C «Томагавк» из состава 5-й эскадрильи ВВС Южно-Африканского Союза. После того как Марсейль сбил третий «Томагавк», пушка на его Bf -109 G-2 Trap заклинила и остальные три победы Ганс-Йохим одержал с помощью пулеметов. А теперь вопрос на засыпку — как полагает читатель, сколько снарядов затратил Ганс Йохим (также великолепный стрелок) на три сбитых «Томагавка», пока не отказала его пушка? Двести? Сто?
«Подбежал оружейник и сказал, что пушка сделала только 10 выстрелов», с. 310].
ИЛ-2 был хорошо бронированной и вооруженной машиной, однако слабо маневренной, малоскоростной, уязвимые места поршневого самолета закрыть полностью вообще невозможно. В малоквалифицированных руках советских летчиков штурмовик вообще превращался в летающий гроб. Но он был практически единственным штурмовиком на все ВВС РККА, отсюда и все дифирамбы в его адрес.
Таким образом, товарищ Сталин ликвидировал «авиапрорыв» элементарно: собрал всех конструкторов, какие были под рукой, дал каждому по немецкому самолету (утрируем, конечно же, но смысл понятен) и приказал сделать свой такой же. И таким образом без всякой логической связи СССР перешел от И-16 к Ла-5.
Кстати, о Ла-5.
«Но главный конструктор (Н.Н. Поликарпов. — С.З.) был настойчив и упорен, стремясь дать Советской Армии более совершенное оружие. Невзирая на все беды и неудачи, он разрабатывает и в короткий срок создает великолепный истребитель под названием «И-185»… Однако мотора М-71, под который спроектирован был «И-185», пока нет, еще не создали.
…В ноябре 1942 года на «И-185» поставили долгожданный мотор М-71, и самый опытный и смелый испытатель НИИ ВВС П.М. Стефанов-ский продолжает дело Е. Ульянихина, получая скорость 708 километров в час… Но разлетелся на куски мотор М-71, Стефановский совершает вынужденную посадку на свой аэродром. Меняют двигатель и 26 декабря 1942 года Стефановский вновь подтверждает скорость, равную 708! Но опять разламывается мотор, и Петр Михайлович садится вынужденно на соседний аэродром… Летчик еле выбрался из кабины и, дав высокую оценку самолету, горько сокрушался над совершенно недостаточной надежностью мотора М-71.
…Почти шесть лет Поликарпов прожил после гибели Валерия Павловича (Чкалова. — С.З.), и все эти годы главного конструктора преследовали неудачи, в конце концов надломившие непреклонного, упорного и очень талантливого человека. Он слег. В разгар болезни Николая Николаевича правительство постановило все дела, труды и специалистов по «И-185» передать в конструкторское бюро Семена Алексеевича Лавочкина. И это помогло Лавочкину создать знаменитый истребитель «Ла-5»…
А сам Николай Николаевич угас 19 августа 1944 года» (Байдуков Г.Ф. Чкалов: Биограф, повесть. Мн., 1984 г., с. 313–315).
Необходимое замечание — Лавочкин получил не только «дела, труды и специалистов», он получил полностью готовый истребитель, на который только оставалось установить более надежный двигатель, которого так и не дождался Н.Н. Поликарпов. Суворов утверждает, что Лавочкин получил свою «пятерку», установив новый мотор на ЛаГГ-3. Зададим вопрос: на какой в действительности самолет Лавочкин установил новый двигатель — на ЛаГГ-3 или все-таки на И-185, которому присвоил свое имя?!
Поликарпов скоропостижно скончался в середине 1944 года. В конечном итоге и его смерть на совести «гениального» вождя.
КБ Лавочкина, за исключением совместного с Гуревичем «Спитфайра для бедных (ЛаГГ)», в довоенный период не создало практически ничего, заслуживающего внимание. Машины, созданные этим КБ в период Отечественной войны (Ла-7, Ла-9 и Ла-11), — по сути дела, все тот же Ла-5 различных модификаций. После войны КБ, хотя и создало несколько экспериметальных моделей, явно испытывало импотенцию на новые и реалистичные идеи, отчего в скором времени и прекратило свое существование. «Гениальный конструктор Лавочкин» — один из «фантомов» советской пропаганды.
«Немецкий двор» или как построить подводный флот
К концу 1920-х годов подводный флот Страны Советов, состоявший из субмарин царской постройки типа «Барс» и АГ, достиг критической степени износа, но главное — лодки этих проектов давно уже не соответствовали требованиям того времени. Именно в этот момент в СССР происходит невиданный и ни на чем не основанный (техническая база пятилетки еще не отстроена) технологический рывок в области подводного кораблестроения.