Все объясняется элементарно просто. Сеть резидентур в Западной Европе с радиопередатчиками первоначально была развернута исключительно против стран Антанты, отсюда и ретрансляционный центр на территории будущего союзника. Когда летом 1940 года весь план Кобы пошел наперекосяк, всю работу агентов в Западной Европе пришлось перестраивать.
Также на ретрансляционный аналитический центр в Германии ориентировала работу своих передатчиков и швейцарская резидентура. Позже пришлось работать напрямую в Москву и это привело к тому, что все передатчики группы «Дора» в течение нескольких недель осени 1943 года были ликвидированы швейцарской полицией. Любопытно, но ценная информация о самой Германии в конце 1930-х — начале 1940-х годов Москву не интересовала и от Рудольфа Ресслера отмахивались, как от надоедливой мухи, а зря. Ресслер имел выходы на верховное командование вермахта (без «Люси» весь советский шпионаж в Швейцарии вообще представляется сплошным надувательством). Все, как по волшебству, изменилось 22 июня 1941 года. Ресслер на долгие месяцы сделался чуть ли не единственным ценным источником разведдонесений по Германии.
В 1937–1939 годы Сталин приказал убрать ненадежных резидентов и их окружение, знавших о секретных переговорах советских дипломатических и политических представителей с рейхом. Но имели ли место подобные переговоры в действительности, ведь в официальных советских источниках о них, ясное дело, нет ни единого упоминания? Секретные переговоры несомненно имели место, ибо то, что было подписано в Москве в августе 1939 года, не могло быть состряпано, рассмотрено со всех сторон и оговорено за несколько недель. Подобные соглашения обсуждаются месяцами, а то и годами.
Итак, план Сталина в общих чертах к концу 1938 года сложился. Что же это был за план? Его основная идея — политическое соглашение с Германией о разделе сфер влияния (проще говоря, земель) в Польше и Прибалтике. Это означает войну Германии с Антантой, что на руку Сталину. Оппоненты могут возразить, что в общих чертах — это план суворовского «Ледокола». Нет, есть существенная разница.
Суворов утверждает, что Сталин толкал Гитлера к нападению на Францию и Англию с тем, чтобы после краха последних напасть на Германию, разгромить ее, явившись Европе в роли освободителя и забрать эту самую Европу в карман со всеми потрохами. В действительности план Сталина образца 1938–1939 годов был следующим — разделить к обоюдному согласию земли в Прибалтике и Польше, обеспечить Германии в ее предстоящей войне с Антантой надежный тыл и поставку сырья (еще за 4 дня до подписания самого пакта, 19 августа 1939 года, было заключено новое торгово-кредитное соглашение) и, прикрываясь сражающимся на западе рейхом, как щитом (Сталин предполагал затяжную войну на западе, по аналогии с Первой мировой, он ни на минуту не допускал мысли о захвате немцами Франции), решить свои основные задачи: транзитом через Румынию и Болгарию выйти к Босфору, захватить Стамбул, черноморские проливы; на юге — вторгнуться в Иран и Афганистан с выходом на территорию Индии и Персидского залива; на Дальнем Востоке — ударом в спину сражающейся в Китае японской императорской армии выйти в Маньчжурию и Корею, а также захватить южный Сахалин и Курильские острова; на захваченных территориях и советском побережье перейти к обороне с целью удержания своих территориальных «приобретений». Ведущая войну в Европе Великобритания не сможет выделить для защиты своих заморских территорий и «сфер влияния» значительных сил. Опасность представляют в первую очередь союзный флот и авиация.
Вот таков был сталинский план в действительности. Возможно, Коба в будущем и планировал «прибарахлиться» за счет ослабевшей в войне с Антантой Германии, возможно, даже выступил бы позже на стороне Антанты (чтобы «оттяпать» у немцев Восточную Пруссию и западные районы Польши), естественно, в том случае, если Великобритания и Франция признают за СССР ее новые завоевания в Средиземноморье, на юге и Дальнем Востоке.
Сговор
1938 год. Разгар боевых действий в Испании. Но Москве уже все давно ясно в этом конфликте и она отзывает своих военспецов. Битва на реке Эбро (вторая половина 1938 года) — последняя операция, в которой участвуют интернациональные бригады, но среди них уже нет советских «добровольцев». Одновременно 1938 год — год судетского кризиса и Мюнхенского соглашения.
Здесь следует расшифровать, что крылось за настойчивыми предложениями СССР оказать помощь Чехословакии (в соответствии с договором 1935 года) даже в случае, если Франция откажется помочь Чехословакии.
Версия об искреннем желании Сталина оказать помощь чехам, глупа настолько, что не подлежит никакому обсуждению, к тому же в сентябре 1938 года ни о какой оккупации Чехословакии речи не велось, она была оккупирована только в марте 1939-го, чему рССР, кстати, не воспротивился. Осенью 1938 года речь шла пока об отторжении от Чехословакии Судетской области. Можно, конечно же, предположить, что Сталин хотел войти в Чехословакию с тем, чтобы по своему обыкновению уже оттуда не уйти (как это будет в Прибалтике), то есть совершить оккупацию, что теоретически было выгодно, с учетом предстоящего вторжения в Румынию. Румыния, Чехословакия и Югославия составляли «малую Антанту», уничтожение одного из союзников было на руку Кобе. Однако что в этом случае приобретал Сталин? Одних врагов. Во-первых, самих чехов, во-вторых, всю Антанту, в-третьих, он терял единственного необходимого ему союзника в лице Германии, ибо немцы сами нацелились на Чехословакию, и ее оккупация у них под носом, без дипломатического согласования с Берлином (а такого соглашения не было), привело бы стороны к конфликту и почти наверняка к боевым действиям на радость Лондону и Парижу.
Есть более вероятная версия — Сталин прекрасно понимал, что чехи не впустят его войска в страну (равно как Польша не пропустит их через свою территорию), и использовал этот конфликт для оказания психологического давления на немцев, до сих пор не желавших заключать с СССР необходимое Кобе соглашение. Постоянные предложения Сталина Чехословакии о готовности оказать помощь в борьбе против Германии должны были напугать немцев перспективой создания на востоке новой коалиции против рейха и подстегнуть германскую дипломатию. Маневры Сталина были обращены не к Праге, а к Берлину — смотрите, мол, мы ведь можем легко оказаться и в противоположном лагере.
Но что произошло бы в случае, если бы чехословацкое правительство согласилось на предложения СССР и впустило РККА на свою территорию? Означало бы это крах сталинских планов на союз с Германией? Нисколько. Убежден, что в этом случае Сталин сумел бы обеспечить все немецкие территориальные интересы, уступил бы Германии всю Чехословакию, например, взамен невмешательства в прибалтийские дела и, таким образом, пакт Молотова — Риббентропа был бы подписан не в августе 1939-го, а значительно раньше, то есть события просто переместились бы во времени, и не более того. Убежден также, что в период Судетского кризиса Сталин по дипломатическим каналам уведомил фюрера, что все советские выпады в адрес Германии — не более чем игра. По крайней мере, не наблюдалось у немцев во время кризиса 1938 года каких-либо опасений в отношении позиции СССР и напротив, когда через полтора года провалилась сталинская идея похода на Стамбул через Румынию, резкую реакцию русских на ввод немецких войск на территорию последней отметят все немецкие дипломаты.
Как бы ни обстояло дело в действительности, вся эта шумиха вокруг Судет была кое в чем очень выгодна Сталину.
«В сентябре 1938 года, когда над Чехословакией нависла опасность… штаб КОВО получил директиву К.Е. Ворошилова привести в боеготовность Винницкую армейскую группу и вывести ее к государственной границе СССР. На территории Каменец-Подольской и Винницкой областей пришли в движение 4-й кавалерийский, 25-й танковый и 17-й стрелковый корпуса, две отдельные танковые бригады, семь авиационных полков. Тем временем Житомирская армейская группа (2-й кавалерийский, 15-й и 8-й стрелковый корпуса), завершая учения на территории Киевской, Черниговской и Житомирской областей, сосредоточивалась в районе Ново-град-Волынского и Шепетовки. Оперативная группа штаба округа разместилась в Проскурове» [14, с. 81].
Всего у границы с Польшей (общих границ с Чехословакией СССР тогда не имел, и хорошо было бы, если бы уважаемый Александр Михайлович разъяснил, каким образом они собирались вступить на территорию Чехословакии, не имея нато согласия Польши?) только Киевский Особый военный округ сконцентрировал около 40 дивизий. На самом деле Сталин начал постепенную концентрацию войск на юго-западной границе с Польшей якобы под предлогом готовности этих войск для ввода в Чехословакию, в действительности же шла подготовка к вторжению в Польшу.
Сталин ведь осенью 1938 года не знал, что судетский кризис завершится подписанием Мюнхенского соглашения. Он предполагал, что дело может кончиться началом войны Германии с Антантой из-за Чехословакии, Коба очень на это рассчитывал. Как в этом случае действовал бы СССР? Очень просто — одновременно с началом боев на западе напал бы на Польшу под предлогом того, что Варшава мешает советским войскам «оказывать помощь Чехословакии». С падением Польши СССР, по плану, выходил на границу с Румынией, а уже оттуда, по давно разработанному плану — прямая дорога к черноморским проливам. Ну а с немцами сферы влияния как-нибудь разделили бы дипломатическим путем, уже в ходе начавшейся мировой бойни.
Завершая тему, несколько слов о Мюнхенском соглашении 1938 года. Принято клясть предательскую политику Антанты, бросив-тую Чехословакию на растерзание Третьему рейху. Однако при всей эгоистичности политики правительств Франции и Великобритании, ими двигало стремление любой ценой, пусть даже за чужой счет, избавить свои страны от новой мировой катастрофы.
В своих бедах виновато само чехословацкое правительство. И дело конечно же не в том, что оно не впустило Сталина на свою территорию, а в том, что по состоянию на осень 1938 года Чехословакия сама в состоянии была оказать серьезное сопротивление вермахту. Чешские танки LT νζ.35 (около 300 единиц) однозначно превосходил немецкие Т-Ι и Т-П, которыми была укомплектована немецкая армия периода 1938–1939 годов. К тому же в период кризиса чехи оперативно развернули 4 «подвижные» (легкие механизированные) дивизии. Про оснащенность чехословацкой армии стрелковым оружием и противотанковой артиллерией даже не будем упоминать. Вполне могла постоять за себя и чешская авиация. Чехи были в состоянии одновременно мобилизовать до 1 млн человек, а опираясь на укрепления «Ханички», их армия имела реальный шанс как минимум затянуть конфликт. Пожар в центре Европы рано или поздно все равно вынудил бы британское и французское правительства шевелиться. Через год финны всему миру наглядно продемонстрируют, как можно и нужно защищать свое государство и национальные интересы без танков, артиллерии и без союзников.