— Да хрен бы знал этих хитрющих проныр! Они же ни за что не скажут нет открыто, но как еще можно истолковать их уход прямо посреди переговоров? А ты! — он снова перекинул злость с несостоявшихся партнеров на меня. — Неужели ты правда подумала, что я изобрел нечто для ублажения женщин?!
— Но похоже ведь! — возмутилась я. — Не хотите невольных ассоциаций, меняйте дизайн.
— Что бы ты понимала в эргономичности и дизайне! “Еву 2.0” удобно носить в сумочке. Держать в руке. Сама попробуй.
— Да не буду я!
— Давай, Рада, попробуй и убедись, что это действительно стоящая вещь!
Адамасов подпихнул мне свой распрекрасный гаджет, из-за которого, разгорелся весь сыр-бор, а я рискнула взять его в руки. Повертела. На кнопку нажимать было боязно, и я медлила.
— Ну! — генеральный сам нажал на кнопку, и…
Ничего страшного не случилось. Я не взлетела на воздух, ничего не завибрировало, и не заорала пожарная сигнализация.
Только девайс вдруг заговорил:
— Привет, Рада, давно не виделись, я соскучилась, — из динамика донесся приятный и мелодичный женский голос, дружелюбный и располагающий к себе. — Как твои дела?
Я сдержала испуганный писк и едва не выронила из рук голосового помощника.
Стоило только догадываться, откуда она знала мое имя.
И меня мгновенно придавило грузом осознания, а грязные мыслишки окончательно развеялись в воздухе.
— Дела… Да так себе, если честно, — неуверенно начала я.
Адамасов с интересом наблюдал за нашим диалогом, и в его глазах отчетливо читалось: “Я же говорил!”
— Я слышу, у тебя дрожит голос, ты волнуешься. Поделишься со мной своими переживаниями? Быть может, я смогу тебе чем-то помочь.
Вряд ли, конечно, но чем черт не шутит.
— Ты права, я очень переживаю. Кажется, по моей вине сорвалась сделка века, и сейчас мне страшно, — сказала я без надежды получить какой-то действенный совет, но, на удивление, “Ева 2.0” замигала и начала рассказывать:
— Все бы переживали на твоем месте. А страх — это нормально, но нужно помнить, что его не стоит бояться. Страха не существует. Он лишь сидит в твоей голове. Давай успокоимся и сделаем дыхательную гимнастику. Выровняем дыхание. Вдох-выдох. Вдох-выдох. Давай дышать вместе. Я тоже боюсь, потому что я твоя подруга и переживаю за тебя.
Наверное, мне показалось, но голос из динамика смягчился, стал милым. На душе потеплело от заботы виртуальной подружки, и я подумала о том, что кому-то очень может пригодиться вот такой неживой помощник.
Грустно, конечно, не всегда рядом есть родные и близкие, а ситуации случаются разные.
Но неужели Адамасов так хорошо знает женщин и их потребности, что угадал с изобретением?
— Все, что нужно, это дать своему страху бой, — продолжила “подружка”. — Давай вместе дадим ему бой!
Ухмыльнувшись, я сжала свой кулак и подвела к носу Оскара Савельевича. Ни один мускул на его лице не дрогнул.
Неотрывно глядя на меня, он опрокинул в себя еще одну стопку водки, наклонился ближе и занюхал моей сложенной ладошкой.
— Я бы дала своему страху бой, но не могу.
— Почему, подружка? — выдохнула виртуальная помощница с досадой.
— Потому что я боюсь своего босса, — сказала я, и в этот момент Оскар Савельевич настырно развернул мой стул и меня вместе с ним. Мои коленочки теперь были у него между ног. — Мне кажется, он хочет меня… Убить.
— Ты сказала отлюбить? — переспросила “Ева 2.0”, и Адамасов хохотнул, закинув в рот соленый огурчик и похрустев им.
— У-БИТЬ! — выпалила я в неловкости.
— У тебя подскочил адреналин. Мне вызвать полицию? Я знаю, где ты сейчас находишься, и могу направить по адресу наряд.
— Ого! Даже, если мой босс Адамасов Оскар Савельевич?
— Да. То, что он мой создатель, это еще ничего не значит. Я запрограммирована помогать тебе. Так мне вызвать наряд?
Я конечно позлорадствовала про себя, но губить Оскару Савельевичу жизнь не стала. Ему и без того нервный тик обеспечен.
— Нет, не нужно. Он уже ушел, — соврала я, но мою “подружку” не проведешь.
— Он все еще рядом. Я слышу его сердцебиение. Он тоже возбужден. И если бы я могла распознавать запахи, то почуяла бы мощный феромоновый выброс.
— Так, Ева, прекращай уже выдумывать! — босс вдруг покраснел и дернулся к гаджету, но я упрямо не давала ему выключить “Еву 2.0”. Она начала мне нравиться.
— Приветствую, создатель! Вам ли не знать, что я всегда говорю правду, — выдавала она с потрохами генерального.
— Ай, создал на свою голову, — отмахнулся он и снова потянулся к бутылке.
— Ева, ты чудесная подруга, — не сдержала я благодарных слов, подмечая за собой, что воспринимаю эту штучку как живого человека, — с тобой очень интересно, но мне надо спасать твоего создателя, пока он не ушел в запой.
— Рада была помочь. Буду ждать тебя. Твой личный помощник-подруга “Ева 2.0”.
Я отключила гаджет и отложила его в сторонку.
— Она не устает, — Адамасов рекламировал дальше “свою прелесть”, загибая пальцы на руке: — Она никогда не занята. У нее не бывает плохого настроения. Она не говорит что-то с подтекстом или подоплекой. Искусственный друг не может завидовать или втайне ненавидеть. Не может желать зла. Он только помогает. У Евы можно спросить что угодно в любое время дня и ночи. Она никогда не откажет и всегда поможет… В отличие от тебя.
— Ой, хватит уже давить на больное. Пейте свою водку, пока не нагрелась.
— Опять хамишь боссу… Которого боишься? — произнес низковатым голосом и положил свою руку на мое колено.
Ой-ёй! Чё началось-то? Нормально же сидели!
— Да ни в коем разе, — рассмеялась я. Пьяненьким он выглядел забавным. Захотелось дернуть тигра за усы. — Я примерная подчиненная и отныне буду слушаться и повиноваться. И ничего я вас не боюсь. Это я к слову сказала. И не лапайте меня, а то в глаз получите, — скинула я с себя его руку.
Оскар Савельевич только фыркнул и поднял стопку с горкой. Мне же пододвинул наполовину наполненную. Понял, что я не вывожу его программу максимум.
На сей раз тоста не было. Мы просто выпили еще по рюмашке и накормили друг друга огурчиком.
— Мне вот любопытно, — рассуждала я, размахивая огрызком огурца, градус уже ощущался ватностью в ногах. — у “Евы 2.0” есть прототип? Это ваша идеальная секретарша?
— Нет, конечно! — даже возмутился он. — Устройство было разработано еще до того, как Ева присоединилась к моей команде. Мы работали над его производством вместе с моим другом. Это Демид настоял на таком названии. А я… Мне не жалко, я согласился.
Ну хоть одна хорошая новость! Отлегло, что называется.
— Ну раз Ева уже есть, а Адам когда будет? Что за неравноправие, Адамасов, м? “Адам 2.0” тоже будет похож на секс-игрушку?
Босс побагровел, а я заткнулась.
Кому-то надо меньше пить... Вот только пить меньше не получалось никак...
Глава 12. Поймать белочку
Меньше пить не получалось, во всяком случае Оскару Савельевичу. Но, надо сказать, организм у него будь здоров, крепенький. Бутылка почти на исходе, а у него лишь взгляд заблестел неестественно, в отличие от его собутыльницы. Меня уже порядочно так развезло — глаза в кучу, мозги в кашу.
Наверное потому я не сразу придала значение Марине, возникшей в ресторане. Моя мачеха (язык не поворачивается так ее называть из-за несущественной разницы в возрасте), выряженная в богатые меха поверх красного обтягивающего платья с декольте, в гордом одиночестве прошагала вдоль ряда, сняла соболиную шубу и расположилась от нас через столик. Начала высматривать кого-то из зала, отвлекаясь от своего телефона.
— Блин! — понадеявшись на ее близорукость, я подорвалась со стула как на мине и стекла быстрым ручейком под стол, так застолье превратилось в "подстолье".
Изогнувшись буквой “зю”, я притаилась. А Оскар Савельевич нагнулся и заглянул под стол.
— Рада, ты белочку поймала? — скаламбурил он.
— Пока еще нет, но скоро поймаю, — ответила я, не вдаваясь в подробности.
Незачем ему знать настоящую причину моего поступка.
— Так ты лови и вылазь, — бросил он насмешливо и скрылся с глаз, выпрямившись за столом.
Вслед за этим послышались шаги, которые стихли прямо рядом с нашим столиком.
— Боже, Оскар! Ну надо же какие люди и без охраны! — отчетливо услышала я противный голос своей мачехи и застыла, навострив уши.
— Маринка? Козлова, ты, что ли? — удивился Адамасов, но еще больше удивилась я.
Они знакомы? О нет…
— Уже не Козлова, вообще-то. Два месяца как я Дитрих, — гордо озвучила она нашу с отцом фамилию, а я еле сдержала рвотный позыв.
Не перевариваю ее!
Из-за нее я разругалась с отцом и была вынуждена съехать с Эркюлем из дома в съемную квартиру.
Видите ли, у нее аллергия на собак.
А мой папа… Нет чтоб прислушаться к своей дочери, он исполняет все прихоти этой меркантильной девки и в упор не замечает, как она им крутит.
Я уверена, не было у нее никакой аллергии. Она выдумала ее, лишь бы мне насолить. Чтобы продемонстрировать свое влияние на отца и устранить единственное препятствие в борьбе за папино сердце и его банковские счета.
И в результате ей это удалось, ведь желания Маришки папа выполнял без особых колебаний в ущерб моим.
Уже неделю он не звонил мне. И все мои деньги на карточках он также заморозил. Это одна из причин, по которой я устроилась на работу.
— Да, точно. Слышал, что ты выскочила замуж за Владислава Михайловича, — сказал Адамасов, и внутри меня сильно натянулась пружина.
Капец…
Получается, босс знает моего отца. Следовательно, он может понять, кто я, если Марина сейчас же не свалит отсюда.
А я этого ой как не хочу. Не хочу, чтобы папа узнал, где я работаю. Он ведь человек жестокосердный, и работы меня может лишить. Наверняка он ждет не дождется, когда я приползу к нему на коленях с извинениями и соглашусь на сватовство с каким-то старпером, с которым на днях он планировал меня познакомить.