— Беги, Рада! Беги в отель, не стой! — ветер донес до меня выкрик Оскара.
Ему оставалось добежать до меня каких-то метров двадцать.
И вообще, почему он бежит как угорелый? И зачем просит меня последовать его примеру?
Грабитель повержен, сумка возвращена.
Можно спокойно возвращаться в ресторан. К тому же, мы не оплатили счет. Наверняка официанты нас уже проклинают. Наели-то мы на кругленькую сумму.
А когда я наклонилась чуть вбок, поняла, в чем причина такой суматохи.
Трое полицейских гнались за Оскаром и что-то сердито кричали ему.
Но вместо того, чтобы развернуться и спасаться бегством, я впала в оцепенение.
И пока я молниеносно проворачивала в продуваемой всеми ветрами голове возможные сценарии, Оскар всё решил за меня.
— Бежим! Быстрее!
Его стальной захват не дал мне и шанса на промедление. Мы понеслись, куда глаза глядят. Но спросить, почему мы бежим, если это мы потерпевшая сторона, я не могла. Холодный воздух запечатал мне рот.
А полицейские довольно-таки угрожающей массой так и двигались за нами.
Глава 30. Сорвало стоп-кран
Крайне глупая идея — гоняться за грабителем на морозе в легких туфельках, вовсе для этого не предназначенных.
Весь романтический флер, в который я погрузилась за ужином, испарился.
Я отчаянно перебирала ногами, надеясь, что не навернусь и не полечу вперед, тараня носом рыхлый снег.
Вот уже сувенирная лавка оказалась позади, и до отеля оставалось рукой подать.
Как раз в этот момент к главному входу подъехал автобус с туристами, и мы просто затерялись в их толпе.
Полицейские потеряли нас из виду.
Мы вбежали в лобби отеля, миновали зону ресепшена, не обращая внимания на взгляды администраторов.
Когда мы остановились у лифта и Оскар нажал на кнопку вызова, я готова была упасть на пол и выплюнуть свои легкие.
Судя по виду Адамасова, он тоже запыхался. Стоял, уперев руки в колени, и пытался отдышаться.
Я же к стеночке привалилась, дыша как загнанная кобыла.
Выровнять дыхание не удавалось. Меня всю колошматило, а стены отеля так и прыгали перед глазами.
Вот это завершение романтического свидания!
В моем представлении всё было иначе.
Я представляла себе, как после вкусного ужина мы возвращаемся в номер, распиваем бутылку вина…
Хотя нет, без вина бы обошлись. Не хотелось бы отвлекаться на бульканье в животе, когда мой мужчина с серьезными намерениями стал бы вытворять со мной всевозможные шалости…
Я и белье красивое надела по такому случаю.
А тут облом опять.
Сейчас бы в номер попасть, да к батарее прижаться.
Я вдруг поняла, насколько замерзла. Обняла себя руками, переступая с ноги на ногу.
Адамасов заметил, что я продрогла до костей.
— Иди ко мне, — передал мне сумку и увлек в объятия согревающие. — Проверь, всё ли там на месте, — сказал он на ухо, и вместо того чтобы обмякнуть в его руках, я сильно натянулась.
— Знаешь, Оскар, — я как-то даже стушевалась, не зная, как ему признаться. — Вообще-то, в сумке ничего не было. Я взяла ее с собой, чтобы просто телефон было куда положить.
— Телефон? — он изменился в лице, поднял брови и ослабил объятия.
Следом он посмотрел на мою руку, в которой я сжимала свой смартфон, после чего меня удивил его грудной смех.
Впрочем, не только меня. Администраторы отеля также сбежались посмотреть, что могло его так развеселить.
— Сумка хоть дорогая? — спросил он сквозь смех, в уголках его глаз уже собирались слезы.
— Да пару тыщ где-то, — скромно ответила.
— Баксов? — уточнил он.
— Рубликов! Российских!
Мой ответ рассмешил его еще больше. А я стояла и обтекала. Не могла понять, чего он ржет как мерин.
— А что смешного? — возмущенно я протянула. — Может, ответишь, почему за нами полиция гналась?
К этому времени приехал лифт, мы вошли в него, встали по разные стороны.
— Да ничего, — хмыкнул Оскар и при этом оглядел меня с ног до головы, так что к телу прилил жар. — Будешь меня из тюрьмы ждать?
— Чего? — охренела я.
— Ажаны нас преследовали, потому что я грабителю носяру сломал, когда сумку за две тысячи деревянных пытался отжать обратно. А за это, дорогая моя Рада Владиславовна, у них тут срок полагается. Годик, может, два. Ну так что, дождешься из тюрьмы?
— Срок? — в испуге я округлила глаза. — Тебя могут посадить? Реально?
— Похоже, накрылся наш отдых, — он коварно улыбнулся и стал ко мне подбираться. Медленно так, заставляя невольно отступать и неизвестно чего бояться — его самого или того, что он может оказаться за решеткой. Из-за меня и чертовой сумки. Но отступать было некуда.
— И что теперь делать? — захныкала я, боясь, что паника вот-вот накроет меня.
— Решим. Думаю, пару часов в запасе у нас еще есть, пока полиция будет проверять всех постояльцев отеля, — ответил он обыденным тоном, смотря на мои губы немигающим взглядом. Будто гипнотизируя. Склоняя меня к чему-то.
— Тогда давай уедем? — пробормотала я это уже прислоненная к стеночке, с уст сорвался всхлип.
Ладони Оскара уперлись в стену по обе стороны от моей головы. Я шумно сглотнула, не в силах разорвать с ним зрительный контакт.
Как же так? Неужели жалких пару часов — это всё, что у нас осталось?
Нет, нет, нет…
— Давай. Прямо сейчас будем собираться? — взгляд его вернулся к моим глазам, и меня припечатало к месту, внутренности скрутило тугой спиралью, как при сильном возбуждении.
Но откуда бы ему взяться? Не та же ситуация совсем… Или это Оскар так влияет на меня?
— Ну, у нас же в запасе есть пару часов, так что… — проронила я почти беззвучно, глядя на него из-под ресниц, а затем невольно закусила нижнюю губу.
Я начала думать совсем не тем местом. Да мне думать даже нечем было. Мозги в кисель превратились. От того, как Оскар хищно смотрел на меня. От его волнующей близости. От дыхания горячего и шумного, задевающего мое лицо.
— Ты завелась или мне кажется? — произнес он с хрипотцой, замечая во мне изменения.
— Тебе не кажется, — ответила шепотом, а в животе что-то сладко сжалось. — Просто не каждый день я становлюсь свидетелем того, как мой молодой человек, ценой своей свободы…
И всё…
Оскар не дал мне договорить. Он жадно набросился на мои губы, впечатывая меня спиной в стену.
Кабинка лифта затряслась, стены завибрировали и свет в ней погас. Или это у меня в глазах потемнело от внезапно проснувшегося желания.
Страсть захватила меня капитально, дышать стало невыносимо тяжело. Ноги подкашивались, отказываясь сдерживать натиск и волну возбуждения, прокатывающуюся по всему телу.
В попытке удержаться я забросила руки на сильные мужские плечи, а потом и вовсе перестала чувствовать твердость под ногами.
Одним рывком Оскар поднял меня вверх и усадил на себя. Я скрестила щиколотки у него за спиной и вновь оказалась прижатой к стене.
В этой провокационной позе все чувства разом обострились. Оскар ласкал мою шею, жадно кусал губы, словно неутолимый зверь. Проталкивался в рот горячим языком, лишая меня рассудка.
Я уже ничего не понимала. Не понимала, когда это мы успели оказаться в его номере. В его спальне, где горел тусклый свет прикроватных ламп. Настолько я была увлечена уничтожающей лаской, что потерялась в пространстве и времени.
Грубые ладони Адамасова уже гуляли по моему телу. Он изучал руками изгибы, шарил по груди, гладил мою спину.
В какой-то момент послышался треск ткани. Не отрывая своих губ от моих, Оскар дергал за молнию платья на спине.
Разум подал слабенький писк, но его быстро смело волной удовольствия, ведь я сходила с ума, таяла от того, как Оскар касается меня и целует.
На талию опустились его руки, и меня куда-то понесли. Я оперлась обо что-то твердое. Сопротивляться не стала, хоть острый край комода и врезался мне в пятую точку.
— Оскар, — прохрипела я, — м-м-м…
И дальше только удовлетворенно мурчала, пока Адамасов срывал с меня платье, которое отчаянно противилось своей печальной участи.
— Что за напасть? — Оскар прорычал это очень сексуально, вынужденный остановиться. — У тебя что, какой-то конфликт с молниями?
— Нет у меня никакого конфликта, — буркнула я, аккуратно заводя руки за спину и проделывая манипуляции с молнией.
Под мои недовольные ворчания Оскар с рыком перевернул меня спиной к себе.
Не мог он терпеть, да и я тоже сгорала от нетерпения быстрее оказаться ближе к Оскару.
Он буквально рвал на мне чертово платье, которое в итоге упало с тела и лужицей растеклось в моих ногах
— Полегче, босс, — хихикнула я.
Но смешок застрял в горле, а затем и вовсе потонул в стоне, стоило Оскару нагнуть меня так, что я уперлась ладонями в кровать.
Замерла, когда он прикоснулся горячими губами к спине и принялся вести дорожку поцелуев вдоль позвоночника.
М-м-м.
Это было неожиданно, но чертовски приятно.
Глаза закатились под веки, тело забилось в судорогах. Я изогнулась и тихо застонала, сминая пальцами покрывало. Так же, как Оскар сминал в своих в руках мои ягодицы. Больно. Собственнически. До дрожи.
Он смачно шлепнул меня по заду, отчего я вскрикнула и повалилась на кровать. Быстро перевернулась на спину и мечтательно вздохнула, глядя на него с удовлетворением. На то, как он в спешке срывал с себя одежду.
Пиджак полетел в сторону, следом и рубашка оказалась на полу.
Когда пальцы его легли на пряжку ремня, я осмелела, превратившись в игривую кошку. Подняла ногу и уперлась ступней в каменный стояк. Мысленно простонала.
— Хулиганишь, Радка? — Оскар рыкнул, за ногу меня поймал и потянул на себя.
И то ли он перестарался, то ли шелковое постельное белье подо мной было слишком скользким.
Я соскользнула с кровати и шмякнулась на пол. Прямо у ног Оскара.
Подняла голову, встречаясь с убийственным желанием, таящемся в его глазах.
— Это намек какой-то? — обратилась к своему герою-любовнику, оказавшись в весьма опасной позе. Мое лицо находилось аккурат напротив его возбужденного паха. Так он еще и бедрами провокационно качнул. — А больше ничего не удумал?