Подозвав к себе коротким свистом пса и запуская руку в густую жесткую шерсть, герцог небрежно заметил:
— Удивляюсь, ваше высочество, как вы, столь точно просчитывающая каждую мелочь, так легко отпустили к нам няньку для Ниргиза.
— На ее устах печать молчания, наложенная Источником, — благожелательно отозвалась Элия, умалчивая о том, что печать сия старая и была наложена при вступлении в должность няни для маленькой принцессы. — Нэни не сможет сказать более дозволенного ни под пыткой, ни в дружеской беседе, ни под магическим воздействием любого характера, во всяком случае, любого известного мне характера.
— Разумно. В визите с двумя просьбами ко мне Светлая Богиня просчитала все так же досконально? — вкрадчиво справился мужчина.
Пес блаженно прикрыл глаза и тихо порыкивал, наслаждаясь грубоватой лаской хозяина, а богиня гадала, из тех ли созданий этот лохматый приятель, кто ловок не только в охоте. Собака вполне могла играть роль 'детектора лжи', коль скоро Громердан решил перейти к главной части беседы. Конечно, Элия обещала не лгать, но ведь и говорить всей правды принцесса не клялась. Сей очень тонкий нюанс, прекрасно известен любому в Мэссленде и Лоуленде. Четвероногий нюхач мог бы указать Колебателю на некоторые едва уловимые оттенки эмоций или намерений Богини Любви в предстоящих переговоров. Впрочем, устраивать скандал с битьем физиономий, посуды, стекол и настаивать на равных условиях Элия не собиралась. По большому счету на данный момент женщина не планировала обманывать Громердана, а если герцогу хотелось ощущать некоторое превосходство в беседе, гостья была расположена это дозволить. Она была готова на многое, чтобы добиться нужного результата.
— Я всего лишь сделала ряд предположений, — скромно признала принцесса. — Насколько они окажутся дельными, решать вам, дорогой лорд.
— Решу, — кивнул Громердан, давая разрешение богине продолжать.
— Думаю, вы не станете отрицать, создание, доставившее ряд столь значительных неудобств вашему клану, достойно соответствующего наказания. Также, решусь предположить, что самостоятельно отыскать вы его не смогли, даже опираясь на всю доступную мощь Колебателей Земли и Лесного сообщества, — рассудительно, без толики злорадства или насмешливого превосходства заключила Элия. Громердан промолчал, лишь пошевелил пальцами, рисуя круг в знак вежливого внимания. — А посему я предлагаю объединить усилия и устроить некроманту ловушку.
— Ваша поддержка окажется до такой степени превосходящей все силы нашего Клана? Или богиня стала обладательницей бесценной информации о слабостях врага? — разомкнул уста Колебатель для едкого вопроса.
— Нет, на столь высокую роль я не претендую. Зато у нас с вами, герцог, разный жизненный опыт, вы интересуетесь властью над стихиями, тайнами минералов, ведете селекционную работу с собаками, а я обожаю мужчин, секреты Сил и созданий, выходящих за привычные рамки, — в слегка легкомысленном тоне возразила богиня, не погрешив против истины. — Используя свой опыт, вы потерпели неудачу в поисках врага, так почему бы не воспользоваться моим? Искать пусть не друзей, временных союзников в любых сферах, для решения конкретных задач — вполне разумная линия поведения. Предложение в отношении Клана Колебателей совершенно бескорыстное, если я и жду каких-то выгод, то из уже перечисленных мною вышних сфер.
— И что конкретно вы предлагаете, принцесса?
— Устроить ловушку врагу, выставив в качестве приманки Жезл Бурь, — выдвинула Элия элементарную, как апельсин идею.
— Ваше высочество в курсе, что Жезл — величайшая реликвия Колебателей Земли, а не красивая игрушка? — выгнул бровь Громердан.
— В курсе, в курсе, — покорно покивала богиня. — Слава артефакта достаточно велика. Но ведь и враг непрост, чтобы его поймать, нужна достойная наживка. На обманку некромант не клюнет. Каким-то образом он в состоянии учуять мощь реликвии или ее отсутствие. Этот постулат вы же проверили.
— В таком случае, неужели, по-вашему, он не распознает ловушки? — недоверчиво прищурился мужчина.
Убежденность в очевидной дурости врага, проистекающая из непомерных амбиций или самомнения, неплоха в плане самоутверждения. Вот только имеется один существенный минус — наслаждающиеся столь дивными ощущениями существа, как правило, отличаются чрезвычайно короткой продолжительностью жизни. Громердан, уцелевший в самые мрачные периоды существования государства в сварах масштабных, и оттого кажущихся потомкам великими сражениями, детской наивностью не страдал. Он предпочитал оценивать противника адекватно или даже преувеличивать степень его опасности, дабы не расслабляться. Временами нынешняя жизнь казалось ему фарсом. К примеру, раньше, пару тысяч лет назад, никакой бог, а уж тем более богиня из Лоуленда, не посмели бы заявиться к нему и так непринужденно болтать, да и он никогда не дал бы согласия на подобную авантюру. Однако, поди же ты, сейчас сидел, слушал и даже получал от рандеву удовольствие. Остроумная собеседница против воли начинала ему все больше и больше нравиться.
— Конечно, распознает, — согласилась принцесса. — Почему бы и нет, только столь уверенный в себе мерзавец, а иным, исходя из известных нам поступков, он оказаться не может, будет убежден, что мы не удержим его в силках, как бы ни старались.
— А мы сможем? — иезуитски уточнил Громердан.
— Полагаю, что нет, — прозвучал неожиданный ответ Элии.
— Тогда к чему вся эта затея? — озадачился причудливой парадоксальностью логики Богини Логики собеседник.
— Если не можем мы, смогут другие. Наша цель — заручиться их поддержкой, — пожала плечами принцесса. — Вот почему я говорила о своих пристрастиях к общению с Силами. Необходимо обратиться в высшие инстанции, заявить об угрозе Равновесию на Уровне. Насколько мне известно, Жезл Бурь в неподготовленных руках — очень опасная игрушка, способная произвести масштабные разрушения, вплоть до нарушений структуры миров. Я не ошибаюсь?
— Ничуть, — сурово промолвил герцог. — Жезл — очень древнее творение, воплощение мощи стихий. Даже неверное касание к его древку может обернуться непоправимыми последствиями. Именно поэтому я и не мог не то, что отдать, даже допустить возможность передачи его врагу. Но если мы воззовем о помощи к Силам, то разве они сами не смогут отыскать это создание?
— Полагаю, нет, — огорчила Громердана принцесса. — Видите ли, если информации об этом типе нет даже в ИК (мы проверили досконально), сие означает, что он недоступен для поиска в мирах нечувственным образом. То есть, отыскать его невозможно, если только не проследить напрямую за физическим телом, а для этого его надо обнаружить опять-таки на уровне материальной реальности. Замкнутый круг, разомкнуть который возможно лишь одним способом, начать следить за 'невидимкой' с того, места, где он объявится по нашему желанию.
— Вы так уверены, в готовности Сил помочь? — почти сдаваясь, уточнил Громердан.
— Почти уверена. На соблюдении Законов Равновесия держится Вселенная, — кивнула Элия. — Если угроза реальна — они вмешаются.
— И каким образом ваше высочество предлагает воззвать к Силам Равновесия? Отправимся в паломничество к Храму? — перешел к выяснению подробностей бог.
— Нет, я попрошу знакомые Силы-Посланника передать нашу просьбу, — милая совершенно невинная улыбка осветила лицо прекрасной богини. — Вы не против?
— Похоже, если Богиня Любви что-то решает, мужчине остается только подчиниться, — саркастично улыбнувшись, вскинул ладони вверх Колебатель Земли.
— Между прочим, дорогой лорд, большинство еще и с радостью делает это! — не осталась в долгу принцесса, впрочем, тон ее был нейтрально-доброжелательным, без малейшей примеси женского кокетства. Данное слово обязывало к сдержанности, дабы никакое слово, жест, взгляд или иная эманация не могла быть истолкована подозрительным хозяином, как попытка обворожить его и пробить слой брони, сковавший за века сердце.
Получив разрешение на вызов, Элия не стала творить заклинаний или религиозных ритуалов, долженствующих погрузить душу в состояние, приемлемое для контакта. Она запросто, будто болтала с закадычным дружком, позвала:
— Связист, загляни на секундочку.
Брови Громердана сделали попытку поползти в немом изумлении вверх, однако, быстро справившись с собой, бог снова нацепил на физиономию выражение каменной неподвижности. Бедняга, если б он знал, как обычно принцесса и ее родственники взывают к Связисту, сохранить сдержанное равнодушие ему бы точно не удалось.
— Привет, Элия, да ты в Мэссленде! — удивление и заинтригованность явственно оттенили густой мужской голос, зазвучавший по нарастающей прямо из пустоты. — Неужто в Лоуленде уже не осталось настоящих парней? Решила переключиться на тутошних? И чего тогда с сушеного старого булыжника начала? Нет, конечно, он мужик твердой породы, — Силы-Посланник хохотнули, приглашая собеседницу разделить его шутку, — а это главное, да и ты такая горячая штучка, даже мертвого расшевелишь!
— Связист, — укоризненно вздохнула богиня, покачивая головой, — я тут по важному делу, а ты, дружок, опять пьян.
— Ну, выпил маленько, после этих отмороженных чуток расслабиться — святое! У тебя же вечно дела, а я хоть сейчас трезвым стану, — виновато фыркнул Связист и продолжил трезвеющим с каждой секундой голосом. — А ты чего звала?
— Хотела попросить тебя передать Силам Равновесия нашу общую с лордом Громерданом просьбу о помощи, — объяснила богиня.
— Блин, — прочувствованно выдохнул Сила-Посланник, далее последовала тирада столь изощренная, что ни одно ее слово по цензурным соображениям просто не могло быть воспроизведено ни в каком ином печатном издании, кроме словаря ненормативной лексики. — Опять к ним тащиться. Почему я никогда не могу отказать тебе?
— Наверное, в тебе, о лучшая из всех Сил-Посланников, слишком сильны чувство долга и дружеская привязанность к моей скромной персоне, — объяснила Элия с лукавой улыбкой.
— Лучшая говоришь? — польщено протянул Связист, падкий на искреннюю лесть, как и любая Сила.