— Туда целиться не буду, — пообещал воин и, кажется, по его губам снова проскользнула мимолетная улыбка.
— Тогда давай, кидайся! — согласилась Элька и еще несколько минут добросовестно пыталась увернуться от вездесущих мячиков, летящих, кажется, со всех сторон разом. Бил он прицельно, но, как и обещал, аккуратно и не по лицу, кажется, даже синяков не оставил.
Наконец, испытания завершились и Эсгал спокойно, без упрека, вынес свой суровый вердикт:
— Даже для девушки мускулы слабые, реакция средняя. Нужно тренироваться. Я объясню тебе, какие упражнения, как регулярно и сколько делать.
В его словах не было намерения нанести оскорбление, лишь простая констатация факта. Элька кивнула, она и не ожидала другого вывода, и разумеется, не обиделась, обижаться на правду, себя не уважать. А Гал тем временем продолжил:
— Теперь об оружии. Завтра подберем тебе в оружейной легкий лук, шпагу и кинжал по руке. Со временем тренировок определимся позднее. А пока не пришел Рэнд, можешь еще позаниматься, — Гал кивнул в сторону брусьев: — Я посмотрю на твою гибкость.
Это распоряжение Элька выполнила охотно. Улыбнувшись, девушка подбежала к снарядам, под которыми было навалено достаточно мягких матов, и забралась на брусья. Ей всегда нравилось кувыркаться и лазить по канатам, деревьям, брусьям, лестницам. Все-таки, наверное, сэр Чарльз Дарвин, вопреки мнению креацианистов, был прав относительно происхождения человека, а может, первые люди слишком много общались с обезьянами, вот и нахватались лишнего.
Кстати, что особенно понравилось девушке, сам Гал тоже не стал бездельничать, прохаживаясь по залу с начальственным видом, как поступали многие известные Эльке в школьные годы учителя физкультуры. Сами, походившие на шарики с ножками, эти горе-педагоги еще умудрялись устраивать разгон каким-нибудь бедолагам, у которых не получался обязательный для сдачи норматива "подъем с переворотом", и никак не желали понимать, что существуют на свете люди, боящиеся, скажем, высоты.
Да уж, Гал отличался от таких учителей, как небо от земли, или уж вернее, как орел от индюков! Воин подпрыгнул, почти взлетел, легко подтянулся и, зацепившись ногами за самую высокую поперечную планку брусьев, начал методично подымать тело к коленям. Что ж, кланялся потолку Гал очень умело, спокойные, без нервных червеобразных рывков и усилий, плавные движения действовали на наблюдателей завораживающе. Моргнув, Елена отвернулась и переключилась на кувырки.
— Я пришел! Мосье Лукас уже поражен моими талантами, настала очередь Гала, — радостно объявил Рэнд, врываясь в зал и с видом знатока заметил: — Хорошо смотритесь, господа! Может, и мне с вами повисеть?
— Что, всегда мечтал повисеть за компанию? — пряча улыбку спросила Элька, спрыгивая на маты. — Что ж, теперь понятно, чем вызван твой выбор профессии.
Почти не слышно, как большой кот, приземляясь рядом с Элькой, насмешливо фыркнул Гал.
— Нет, решительно все меня сегодня обижают, — плюхаясь на скамейку у стены рядом с дверью, пожаловался Рэнд крысу, привычно восседающему на плече хозяина.
— У-у, тебя еще не начали обижать по-настоящему, — глумливо захихикала Элька, возвращаясь к своим покинутым на время проверки-разминки шлепанцам. — Ты это поймешь, когда будешь выползать из спортзала после занятий, если, конечно, будешь в состоянии ползти. Правда, Гал?
— Без сомнения, — совершенно серьезно ответил, как припечатал, воин, но в его зеленых глазах с вертикальными зрачками девушка снова углядела пару случайных смешинок и записала гордо в свою копилку очередной успех на ниве улучшения настроения воителя.
Рэнд опасливо передернул плечами.
— Я могу идти, учитель? — обратилась Элька с вопросом к Галу.
— Да, — тот сдержанно кивнул, и девушка уловила его молчаливое одобрение того, что спросили его разрешения. В этом зале не было равноправных членов команды, зато присутствовали наставник и ученики.
— Пока, развлекайтесь! — помахав ручкой обоим мужчинам, Елена скрылась из зала.
Стукнув для порядка в дверь комнаты магии, Элька вошла внутрь. Мосье Лукас стоял перед большим столом и задумчиво поглаживал тот самый "гадательный" шарик на треножнике, который девушка углядела еще в свое первое посещение комнаты.
— А, мадемуазель Элька, присаживайтесь и устраивайтесь поудобнее, — приветливо улыбнулся маг посетительнице, поправил выбившийся из прически локон и кивнул в сторону кресла.
Поудобнее, так поудобнее, — девушка скинула шлепанцы и забралась в мягкое кресло, подобрав под себя ноги. Лукас усмехнулся и, повернувшись к столу, аккуратно снял с подставки шар.
— Это и есть знаменитый шар Лахтера? — уточнила девушка.
— Я поражен точностью вашей памяти, мадемуазель, — галантно заметил маг. — Это тот самый предмет.
— Это просто у меня мозги не так, как у всех нормальных людей работают — чем название интереснее, тем легче я его запоминаю, а что-то элементарное запросто из головы вылетает, фьють и хоть убейся, не вспомнить, — оправдываясь, хихикнула Элька.
— Оригинальность встречается куда реже посредственности, — наставительно ответил Лукас: — Сейчас, мадемуазель, я дам вам этот магический инструмент, вы возьмете его в руки и, не напрягаясь, будете спокойно смотреть на него. Расслабьтесь, насколько сможете, позвольте мыслям легко скользить по граням сознания и поверхностям шара.
— Зачем? — въедливо спросила девушка.
— Таким образом, вы настроитесь на шар. Он своего рода усилитель и демонстратор магических талантов; по тому, что будет происходить, я попытаюсь установить, каким даром вы обладаете. Если, конечно, у вас есть магический дар, — обстоятельно объяснил маг. — Эта процедура совершенно безболезненна.
— Давайте вашу игрушку, я не боюсь, — тут же заявила Элька, тряхнув головой: — Мне просто было интересно, как она работает.
Лукас понимающе улыбнулся, подразумевая, что робеть перед незнакомой магией не стыдно, и передал жертве шар. Отступив на пару шагов, присел на стул так, чтобы иметь возможность пристально наблюдать за состоянием шара и одновременно держать в поле зрения всю комнату, особенно стоящие на столе небольшое зеркало в изящной бронзовой оправе в виде двух женских ручек.
Элька обхватила ладонями шар, он оказался странно легким и ощутимо теплым, как нагретое солнцем яблоко. "Значит, это не обычный хрусталь", — подумала девушка, но тут же оборвала свои размышления, вспомнив пожелание Лукаса о максимальной расслабленности. Элька попыталась честно следовать всем указаниям мага. Это оказалось совсем несложно, может быть, волшебный предмет сам помогал нетренированному сознанию. Девушка показалась сама себе звонкой, прозрачной, как этот шар, и легкой, как пушинка. В голове словно открылись какие-то запертые давным-давно и совсем позабытые двери, словно свежий вихрь, пахнущий персиками, розами и грозой пронесся сквозь замершую в предвкушении бури душу, заставил завибрировать каждую клеточку юного тела.
Маг тем временем внимательно следил за происходящим. В шаре сначала медленно, а потом все быстрее и быстрее закружился цветной сияющий водоворот из мелких вихрей. Зеркало, стоящее на столе, треснуло и разлетелось на куски. На полках слева взметнулось высокое алое пламя. Лукас молниеносно выбросил в этом направлении руку, обволакивая огонь и преграждая к нему доступ воздуха. Язычки странного костра трепыхнулись и опали, оставив нетронутым дерево и пепел от трех стоявших рядом мешочков. Не успело утихнуть пламя, как в комнате неожиданно сгустился розовый туман, потом рассеялся, но пошел нежно-бирюзовый снег, похожий на пух, исчезающий не долетая до пола. С бешеной скоростью меняясь местами, испуганно задребезжали хрупкие магические предметы и приспособления. Несколько ларцов и шкатулок сорвалось из ниш, один из них стремительно полетел и ударился в дверь, после чего упал на ковер, два закружились под потолком в причудливом вальсе, еще пара тихо поползла по полу в разные стороны, один исчез вовсе и проявился в соседней нише изрядно расплющенным.
Приоткрыв в удивлении рот, маг восхищенно наблюдал за этим светопреставлением. В волнении зашелестели магические книги. Потом небеса, вернее, потолок, разверзся, и на комнату обрушился настоящий дождь из ярко-красных, желтых, зеленых и совершенно полосатых яблок, испускающих одуряющий аромат спелости. Три яблока не нашли мишени лучше, чем макушка Лукаса. Ударившись о его пахнущие лавандовым шампунем волосы, они лопнули и соскользнули вниз, оставляя на его волосах и лице прекрасную витаминную маску. Это показалось несколько чересчур даже такому завзятому экспериментатору, как мосье Д" Агар. Он вскочил на относительно свободное от яблок пространство между своим стулом и креслом Эльки и завопил, размахивая руками:
— Достаточно, мадемуазель, достаточно!
— А? — Элька вышла из блаженного состояния, в которое погрузилась благодаря шару, и, оторвав от него взгляд, огляделась вокруг.
— Это поразительно! Charman! — продолжал экспрессивно восклицать маг, пока Элька разглядывала царящий в комнате бедлам. — Ничего подобного прежде не видел!
— И что, все здесь я натворила? — восторженно воскликнула Элька, бережно отложив шарик и, ухватив с пола особенно привлекательное огромное красное яблоко, впилась в него острыми зубками.
— Oie, — удовлетворенно вздохнул Лукас, на ощупь выбирая у себя из волос яблочную мякоть. Но это занятие ему быстро надоело, и мосье сплел чары очистки, избавившие от посторонних включений его великолепную прическу.
— Класс! А вкусно! — довольно констатировала девушка, продолжая с аппетитом уплетать сочное яблоко, а потом на мосье посыпались вопросы: — И что все это значит? У меня есть какой-нибудь магический талант?
— Разумеется, и феноменальный, мадемуазель, — кивнул маг, осторожно забирая шар из кресла подопытной, пока ей, чего доброго, снова не вздумалось его ухватить. Вихрики — творения Лахтера окончательно улеглись. — Обычно дар испытуемого определяется по изменению цветовых характеристик шара и видений, что проецируются из его глубин в зеркало, связанное заклятьем с шаром, — маг кивнул на пустую оправу, все еще стоящую на столе. — Но в исключительных случаях происходящее выходит из установленных магом рамок. В специальной литературе по шару Лахтера перечислено несколько видов таких исключений из общего правила. Одним из них является проявление стихийной магии, не подчиняющейся уложениям. Совпадают все признаки. У меня не осталось никаких сомнений! Поздравляю вас, мадемуазель Элька, вы хаотическая колдунья! Я счастлив, что мне удалось выявить такой уникальный талант!