«Откуда оно у меня? Я уже не помню всех своих украшений. Неужели склероз? Рановато… Впрочем, припоминаю, что это же Карл надел мне его в знак то ли прощения, то ли поощрения. Точно! Он надел мне его на палец, а потом стал говорить о том, что уничтожит Мартина, я и переключила внимание.
Богатое кольцо. Мать честная! Палец уже опухает, кольцо не снимается!» — запаниковала Яна.
— Витольд Леонидович!
— Что? — подошёл к ней патологоанатом.
— Слушай, опять та же история! Кольцо не снимается. Надо сейчас снять, иначе и второй палец посинеет. Сам же пугал меня гангреной.
— Зачем же ты опять на все пальцы кольца надела? Как сорока, ей-богу! Ну-ка, дай-ка глянуть! Нет, дорогуша, мне твой перстенёк сейчас не снять. Могу палец отрезать. Хочешь?
— Ты шутишь, а мне больно! Какие же вы все мужики — чёрствые!
— Ты хочешь сказать — не свежие?
— Да ну тебя! — Яна встала с кушетки. — Где моя сумка? Мне нужен телефон. Знаю я одного человека! Мы с ним почти подружились. Он мне даже оставил свой номер телефона. Он первое кольцо с меня снял, снимет и это. Сейчас поедем к нему.
— Тебе пока нельзя. Сейчас капельницу поставлю, а то не доедешь.
— Попробую вызвать его сюда!
Минут через сорок в морг вошёл старый антиквар Геннадий Львович. Выглядел он в этом мрачном месте так, что легко мог бы получить приз «Мистер элегантность». Светло-серый костюм, белоснежная рубашка, темно-серая бабочка, дорогие летние туфли и соломенная шляпа. В руках он держал трость с серебряным набалдашником.
— Так волнительно, так волнительно! — приговаривал он, шагая за Витольдом Леонидовичем по тускло освещённому коридору в комнатку, где под капельницей на кушетке лежала Яна.
Приятель подложил ей под голову подушку и накрыл пледом.
Цветкова радостно приветствовала старого знакомого:
— Спасибо, что приехали, Геннадий Львович. У меня прежняя проблема. Очередное кольцо.
— Ну, слава всевышнему! — облегчённо вздохнул антиквар. — А то вы толком не объяснили, зачем я вам так срочно понадобился. Яночка, с появлением вас в мою жизнь вернулся дух авантюризма. Вы мне сказали по телефону: «Приходите в морг», — у меня дыхание сбилось. Кольцо нужно снять с трупа?
— Ага! А еще коронки золотые, — встрял Витольд Леонидович.
Антиквар удивлённо на него обернулся.
— Это шутка, — улыбнулась Яна. — Не пугайтесь, Геннадий Львович, проходите.
— А что с вами, дорогая? Почему вы под капельницей?
— Не поверите — снова приступ аллергии. И снова с моей руки не снимается кольцо. — Яна протянула антиквару руку с распухшим пальцем. — Выручите еще разок?
— Конечно, дитя мое. А откуда эти синяки на запястьях? Вас что, связывали? Мы недавно виделись, но событий у вас за это время, видимо, много произошло. Извините за бестактность. Кольцо, кольцо… — Антиквар вынул из портфеля очки-лупу, надвинул их на глаза и затих, погрузившись в изучение кольца, словно это был экспонат музея.
Потом Яна вспомнила этот эпизод и поняла, что что-то подобное она ожидала увидеть. Тёплая сухая ладошка антиквара вдруг похолодела и обмякла глаза закатились, он рухнул на пол и наверняка бы расшибся, если бы патологоанатом не подхватил старика.
Яна вскрикнула:
— Геннадий Львович, что с вами!
Витольд Леонидович приподнял антиквара и уложил на оцинкованный стол, потому что на кушетке лежала Яна с иголкой в вене, а других лежачих мест в помещении больше не было.
— Что с ним, Витольд Леонидович?
— Ты лежи спокойно! Не дёргайся. Сейчас посмотрю… Сердечный приступ. Да что же за день у меня сегодня такой? Пришли бы сейчас с проверкой в морг, а у меня тут все лежачие места заняты живыми посетителями, просто филиал терапевтического отделения.
— Витольд Леонидович, спаси старика! Это инфаркт? — беспокоилась Цветкова.
— Лежи, не переживай, а то еще снотворного тебе подключу, — пригрозил патологоанатом, открывая сразу несколько ампул, набирая три шприца и вкалывая их по очереди старику. — Не инфаркт. Приступ ишемии. Переволновался. Предынфарктное состояние. Сейчас всё будет хорошо. Вот-вот, смотри! Глаза открывает.
— У меня таблетки в правом кармане, — прошелестел, задыхаясь, Геннадий Львович.
— Не надо таблеток, я ввёл вам лекарство. Сейчас вам станет лучше, — ответил Витольд Леонидович, держа его за запястье и считая пульс. — Ну-ну, давай, моторчик, раскочегаривайся. Выравнивай ритм. Чего это вы нас так пугаете, любезнейший?
Геннадий Львович слабо улыбнулся.
— Мне первый раз в морге помощь оказывают. Спасибо вам. Сердце у меня…
— Всё бывает в первый раз, — вытер пот со лба Витольд. — Радуйтесь, что в морге, а не на улице на скамейке. Всё-таки медицинское учреждение.
— Да, да, спасибо! — закивал старый антиквар.
— А мне здесь много раз помощь оказывали, — подала голос Яна. — Знаете, патологоанатомы — лучшие врачи. Честно-честно. У меня и в Москве есть знакомый патологоанатом. Классный специалист. Если пришлось, то сердце бы голыми руками запустил. Правда, Витольд Леонидович?
— Правда, но не хотелось бы, — честно ответил патологоанатом.
— Так что, если будете в Москве, всегда жду в гости, и медицинская помощь тоже всегда будет обеспечена в лучшем морге, — торжественно произнесла Яна.
— Спасибо. При случае воспользуюсь вашим предложением, — ответил антиквар.
— А почему вам так внезапно поплохело-то? — спросил Витольд Леонидович, возвращая руку старика ему на грудь, видимо, пульс наконец выровнялся.
— Так эта симпатичная, кажется, издевается надо мной! Слишком много впечатлений за такой короткий отрезок времени, — ответил Геннадий Львович.
— А в чём дело? Я всего-навсего кольцо попросила снять. Вы же видите, что я не прикидываюсь. Я снова в западне.
— Виноват я, накормил ее клубничным суфле, — вздохнул Витольд Леонидович.
— Это не просто кольцо… — со значением торжественно произнёс антиквар. — Это второе кольцо, парное к вашему первому. Стоит чёртову уйму денег, страшно произнести.
— Что-что? — не поняла Яна.
— В прошлый раз я снял с вашей ручки кольцо с розовым бриллиантом под названием «Рассвет мечты», и вот теперь я вижу на вашем пальчике близнеца вашего колечка. Это «Закат страсти». Кольцо на аукционе приобрёл иностранный покупатель. Естественно, инкогнито. И оба кольца один за другим приносят вам, милейшая, массу неудобств. Я уже не знаю, что и думать. Не представляю, как это могло быть? Просто мистика какая-то, — пояснил Геннадий Львович.
— Что вы говорите! — вытаращила глаза Цветкова. — «Закат страсти»… Ужас какой! Знаете, оба кольца мне подарили. Это подарки от двух разных мужчин. Один из них — иностранец. Просто закон парных случаев.
— Парных случаев? А что это такое? — заинтересовался антиквар.
— Это очень интересная штука, — подключился к разговору Витольд Леонидович. — закон гласит, что в некоторых ситуациях неприятности, несчастные случаи, а также курьёзы и казусы удваиваются или возникают парами. С проявлениями закона парных случаев сталкиваются многие экстренные службы, но, в первую очередь, врачи «скорой помощи», врачи приёмных отделений больниц и травматологических пунктов. В эпоху Возрождения был такой мыслитель Джованни Пико делла Мирандола. Он считал совпадения подтверждением своей теории о единстве мира. По его мнению, всё является частью целого, периодически распадающегося и соединяющегося вновь.
— Очень интересно! — воскликнул старый антиквар. — Хочу сказать…
Но его перебила Яна:
— Витольд Леонидович, капельница закончилась. Снимайте!
Патологоанатом вынул иголку из вены Яны. Она с облегчением потёрла руку.
— Мне гораздо лучше. Спасибо, дорогой друг.
Витольд Леонидович улыбнулся.
— Всегда рад услужить вам, миледи.
Яна повернулась к Геннадию Львовичу, который сполз с цинкового стола.
— Интересно, почему эти розовые бриллианты притянулись ко мне? Что им от меня надо? Словно чувствуют что-то и издеваются надо мной.
— Это был один камень, его разделили, но, как показало время, он неразделим, — вздохнул Геннадий Львович. — Была вероятность один к триллиону, что два человека приобретут его для одной женщины, и это произошло. Я безумно счастлив, что увидел это чудо собственными глазами. Где «Рассвет»? Отдали все-таки? Не послушали меня?
— Так я и этот отдам! Только бы снять. Не нужна мне такая память! — воскликнула Цветкова.
Антиквар засуетился.
— Сейчас попробую снять. Такие деньги теряете. Не жалко? Неужели ни один жених не подходит? Любая женщина в мире мечтала бы о таком внимании, а тут в двойном размере.
— Не надо мне такого внимания, — насупилась Яна. — Один из них в реанимации, другой в каталажке. А я, как дурочка, с этими кольцами на опухших пальцах! Знаете сказку Бажова «Малахитовая шкатулка»? Хозяйка Медной горы подарила бедной девушке ларец с драгоценными украшениями. Эти каменья могла носить только она, остальным они причиняли физическую боль. Мне кажется, здесь именно такой случай. Эти кольца не для меня, они должны принадлежать какой-нибудь другой женщине. Сказка ложь, да в ней намёк, добрым молодцам урок! Вас вот чуть не довела до сердечного приступа. Не нужны мне эти кольца. Мне от них только вред. А третьего кольца нет? А то я не выдержу!
— Чего нет, того нет, — согласился антиквар. — Сейчас я… — Геннадий Львович сначала сел на табурет, потом встал, дошёл до Цветковой и снова взял ее руку.
— Вы как? — спросил Витольд Леонидович.
— Всё отлично, — сказал старик. — Вазелин? Гель? Масло? Что у вас есть?
Через пару минут кольцо было снято.
— Кстати, на мой профессиональный вкус, дизайн ужасный, — заметил Геннадий Львович. — Камень убит в этой примитивной розе. Мужчина, который подарил вам первый вариант этого розового бриллианта, обладает большим вкусом и большей чистотой помыслов в отношении вас, Яночка. Вы уж мне поверьте.
— Точное замечание, — сказал Витольд Леонидович. — А во втором мужчине много пафоса и еще больше дури. Он с ума сходит, что Яна его не любит.