— А где Аметист?
— Ждет тебя, — фыркнул мой темноглазый блондин. — Сказал, что пока ты не вернешься, он с места не сдвинется. Я не мог с ним не согласиться.
— Тогда в путь, — убедившись, что все готовы, мы направились в уже знакомый нам дом госпожи Нон. Аметист, как и говорил Туман, ждал нас у входа в подвал, где за одной из разобранных стен зиял узкий проход в темный туннель. Рядом с ним сидел грустный кимтарец, потирающий синеющую щеку и даже не старающийся поправить сбитые в колтун волосы.
— Знакомься, это Рух, один из мужей госпожи Нон, — представил Ам, поднявшись со своего места. — После хорошей головомойки он страстно желает пойти с нами.
— Твоих рук дело? — спросила я очевидное, но пепельноволосый отрицательно мотнул головой.
— Это его искреннее желание, я ни при чем. Туман подтвердит.
— Госпожа, — обращая мое внимание на себя, наш возможный спутник рухнул передо мной на колени, заставляя поморщиться. — Возьмите меня с собой. Кем угодно: рабом, стражником, мужем…
— Вот еще, — не слишком любезно фыркнул Крис. — Вакансия мужей закрыта!
— Кем захотите! — упирался кимтарец.
— Как давно ты принадлежишь госпоже Нон?
— Десять лет, — произнес он.
— И готов уйти от своей жены? Не пожалеешь потом?
Каштановая лохматая голова отрицательно закачалась.
— Нет, не пожалею. И даже помогу.
— Как?
Вместо ответа кимтарец поднялся на ноги и позвал нас в тоннель.
Подсвечивая путь факелами, мы по одному двигались вперед, а вот Рух отстал, почти у самого входа прикладывая ладонь к каменной стене из горной породы и закрывая глаза. С потолка посыпалась пыль, земля затряслась, и тяжелый каменный пласт буквально с потолка рухнул за его спиной, перекрывая проход назад.
— Я закрыл все выходы из туннеля, кроме одного, — сообщил он, отряхивая руку о штаны. — Теперь никто, кроме нас, не сможет ими воспользоваться.
— Впечатляет, — промямлила я, выглядывая из-за плеча Тумана.
— Рад стараться, — расплылся в улыбке кимтарец, обнажая ровные зубы.
Только в тот момент я заметила две очаровательные ямочки на его щеках, делающих мужчину похожим на солнечного зайчика, который так часто чудился мне, когда я смотрела на улыбку Софи.
— Вернемся на поверхность, напомни мне тебя с кое-кем познакомить, — разворачиваясь в противоположную сторону, я направилась вслед за остальными, которых вел вперед Аметист.
Через четверть часа мы нагнали детишек. Увидев Шейна, госпожа Кронс прямо в узком проходе бросилась обнимать его за плечи, целуя в блестящие волосы. Когтистая лапа юноши обхватила мать за талию и отчаянно сжалась, словно боялась, что женщина исчезнет, если хотя бы немного расслабить хватку.
Супруг госпожи Кронс не стал стоять в стороне: обхватив могучими руками сразу двоих, обнял их со всей своей любовью, заставляя меня шмыгнуть носом от этой картины.
Не думала я, что смогу собственными глазами увидеть такое на земле Кимтара.
— Только не плачь, госпожа моей души, — шепнул Кристиан, сжимая мои холодные пальцы в своей ладони. — Радуйся за них, а не печалься.
— Я рада, просто растрогана. Крис, может, мы поторопились? Может, есть еще на Кимтаре такие, как госпожа Кронс?
Печально и отрицательно помотав головой, муж прижал мои пальцы к губам и поцеловал, согревая своим дыханием.
— Даже если такие найдутся, они после уйдут за нами, Иянна. Это сейчас нас мало, но уверяю тебя: таких, как Рух, готовых сбежать куда глаза глядят, намного больше, чем может показаться на первый взгляд. Все образуется.
— Скорее бы.
— Ия!
Встревоженные сестрички бросились мне навстречу, стоило только показаться на поверхности, с помощью Лиама выбираясь из подземелья.
Вокруг кипела жизнь. Всюду сновали уже знакомые мне ребята из дома Луиса, бегали дети, мужья наших семей помогали всем освоиться и найти свое место. Единственная, кого я не увидела, была Адана, поэтому именно этот вопрос прозвучал первым:
— Где Адана?
— Она в главном доме, — прекратив душить меня в своих объятиях, сказала Ли. — Ждет тебя. Скажи ей, что мы почти расположили детей и закончили с провизией.
— Хорошо, передам.
Следуя под строгим конвоем своих мужей к самому большому дому, окна в котором были закрыты темно-коричневыми шторами, я успокаивала себя, убеждая, что все уже получилось и бояться больше нечего.
Не спавшая Адана поднялась с кресла, как только я вошла в гостиную.
— Как все прошло? — приложив руки к груди, спросила она, всем своим видом выражая безграничную усталость и беспокойство.
— Отлично. Все дети ушли за нами, еще у нас пополнение в виде одного мужа госпожи Нон и семьи госпожи Кронс, пожелавшей идти за своим сыном.
— Интересно. Ее мальчик был в школе? — я согласно кивнула. — И она ушла за тобой? С мужем?
— Да, а что тебя удивляет?
— Всю свою жизнь я думала, что госпожа Кронс истинная кимтарка, — удивленно поделилась она. — Да, конечно, она не могла брать себе больше мужей из-за проблем со здоровьем и невозможностью продолжать имя дома. Увы, у нее получилось родить только одного мальчика за столько лет в браке.
— Как видишь, он оказался ей дороже устоев Кимтара.
— Я рада, — искренне улыбнувшись, Адана пригласила меня присесть рядом с ней и сама опустилась в кресло. — К утру нас ждет осада. Если у нас не получится перетянуть силы на свою сторону — придется отступать.
— Куда?
— На Амаран, — грустно призналась она. — И нет гарантий, что нас там примут, но выхода тоже нет. Если мужья госпожей не выберут нашу сторону, мы окажемся в меньшинстве. Придется отступать.
— Тогда пробуждай свое красноречие, госпожа Маром. Нам необходимо выстоять, или все это было напрасно, — сказал вошедший в гостиную Кристиан, без лишних слов падая на диван и разминая уставшие плечи. — Я выставлю ребят Лу по периметру, мужья Софи и Ли будут стоять во главе. Девушек на грохтах переправим на мост миров, и тебя, Иянна, в том числе.
— Что? Нет!
— Да, и не спорь. Внизу будет слишком опасно, особенно для тебя. Любая кимтарка превосходит тебя в силе, мане нанеки, что уж говорить об их мужьях.
— А дети?
— Старшие вызвались сражаться, младших спрячем на Амаране. Они храбрые, пересидят там все самое страшное, и если все пойдет не по плану, не придется уводить их второпях.
Солнце Кимтара еще не взошло, когда подувший в лицо ветер принес острый запах гари от коптящих факелов.
Сидя на краю моста, я страшном молчании смотрела на подкрадывающиеся огни, медленной, но сильной волной подступающие к нашим границам.
Без лишних слов сестры сжали мои ладони мертвой хваткой, неотрывно вглядываясь в толпу мужчин под ногами, пытаясь взглядом найти своих мужей. Я впервые видела их такими.
Напряженные, собранные, злые.
Они смотрели на движущихся кимтарцев, что угрожали их семьям, и готовы были сами броситься в бой не раздумывая. Если умирать, так плечом к плечу.
Загвоздка состояла лишь в том, что грохты, впиваясь когтями в скалу, слушались только моих мужей, отказываясь переносить нас вниз, поближе к возможным боевым действиям.
— Помните, отец нам в детстве говорил, — тихо произнесла Ли, нарушая густую и гнетущую тишину, — что не бывает мира без доброй войны. Как же я хочу верить, что он ошибался.
Огни приближались, пока не уперлись в ограждение, разливаясь широкой полосой вдоль преграды. У главных ворот свет слегка расступился, пропуская темные силуэты вперед, подсказывая, что госпожи уже здесь и потребуют ответа.
Не став отсиживаться в темноте, Адана в простом платье из золотистого шелка, что так оттенял ее волосы, вышла на небольшой подиум, вновь занимая главенствующую позицию и глядя на своих соплеменниц сверху вниз. Вслед за ней поднялись ее мужья, окружая жену и косо поглядывая на всех и каждого, кто способен причинить ей вред.
— Сейчас Адана будет говорить, — сжав мои пальцы до хруста, произнесла Софи, сильнее склоняясь вниз и обращаясь в слух.
— Адана, немедленно объяснись. Что это все значит? — едва слышно спросила кимтарка у ворот, высоко запрокидывая голову, чтобы видеть лицо теперь уже бывшей старшей совета.
В отличие от незнакомой мне госпожи Адана ответила громко, четко и так, чтобы все вокруг услышали ее слова и донесли их до самых дальних рубежей.
— То и значит, Лис. Как вы все уже поняли, я покидаю место старшей в вашем совете Кимтара и ухожу на должность главы нового Кимтара, который к вам теперь не имеет никакого отношения.
— Что за глупость?!
— Те, кто пожелал уйти за мной и моими дочерями, — ушли. Те, кто пожелает присоединиться — мы ждем. В Новом Кимтаре не место рабству и унижениям, у вас не будет больше госпожей, а будут жены! — обращаясь напрямую к мужчинам, Адана суровым взглядом обвела толпу, позволяя Даниру взять себя за руку в знак поддержки. — Вас не будут продавать, как скот! Не будут выращивать, как племенных жеребцов! Я даю вам выбор — новая жизнь или старая.
— Предательница! — крикнула, выйдя из толпы, кимтарка, которую я узнала по голосу. — Мои глаза тебе не обмануть, Адана, ты всегда была и будешь лгуньей, неспособной родить госпожу!
Полностью игнорируя выкрики, Адана гордо подняла голову и вновь обратилась мужчинам:
— Мы примем вас любых! Не будет больше младших мужей и слуг! Вы будете равны в правах и вольны сами делать выбор! На Новом Кимтаре останется матриархат, но он будет таким, каким его выберете вы! Решайтесь, славные мужи Кимтара! Не сражайтесь с нами, ведь мы боремся за вас и вашу свободу! Сложите оружие и перейдите на нашу сторону, и я дам вам то, что вы давно заслуживаете, — право выбора!
Голос Аданы набатом разносился между людьми. Он пронизывал, пробирался в голову, и тихие шепотки едва уловимым ветром носились в воздухе.
— Мои дочери не единственные женщины среди миров! Кимтар умирает, и так продолжаться больше не может, нам нужны перемены!
— Убейте их! — переходя на визг, закричала Латиша, видимо, решив, что теперь она по праву заняла место сестры и вольна управлять людьми.