— Ты так и будешь пялиться на них? Не унижай себя, Мили, — хриплый шепот слышится прямо над ухом. Я поднимаю голову и заглядываю в темные глаза, в которых плещет хитрость. — Он смотрит прямо на нас. Может, устроим спектакль? Ты у меня очень хорошая актриса, Мили. Поехали?
— Я тебе сейчас… — улыбаюсь так широко и искренне. — Как врежу по одному месту, что мало не покажется. Не смей меня целовать. Клянусь, на несколько дней почувствуешь себя бабой, потому что твое то самое место онемеет от моего удара.
— Тогда… Может, мне просто встать, фыркнуть и уйти? Типа я такой крутой и тоже тебя отшил, как тот отморозок, — ведет подбородком в сторону. Но подыгрывает мне очень даже убедительно. Улыбается, лезет в рот. Еще чуть-чуть — и губ моих коснется.
— А ты попробуй, Димочка. Сергею Владиславовичу точно твой поступок не понравится.
— Не вмешивай моего отца, Мили. Мы же взрослые люди. Лучше давай так: я оплачу счет, и мы, взявшись за руки, выйдем отсюда с гордо поднятыми головами? Знаешь, пусть он сейчас с другой бабой, но тот его взгляд я не спутаю ни с каким другим. Он хочет сидеть сразу на двух стульях, но для этого у него пятая точка слишком мелкая.
— А знаешь, мне абсолютно плевать на его взгляды и на то, с кем он здесь шляется. Какая баба ему попу поворачивает, чтобы он ее… И какая у него самого та самая точка… — замолкаю на полуслове, потому что Дима встает и, взяв меня за руку, тянет за собой, бросив на стол несколько купюр.
— Мне тоже совсем неинтересно, с какими он бабами спит. Главное, ты рядом. Подыграй, малыш, — горячо шепчет, снова наклоняясь. Но на миг останавливается, проходя мимо стола, где сидят мой бывший и его девушка. — Мили, скажи, ты тут не видела мозг? Совсем такой маленький. От своего хозяина сбежал. Он без мозгов, бедненький, остался.
Боже… Сначала до меня не доходит, что несет Беркутов. Но когда я понимаю… Клянусь, хочется хохотнуть в голос и обнять этого мерзавца. Потому что его шуточка так подходит Герману.
— Видела. Хотел дорогу перебежать, но под колесами остался. Ладно, нам-то что до чужих мозгов.
Мы выходим из ресторана. Слишком уж Димочка веселый. Идем к его машине, но я предпочитаю вызвать такси и поехать на работу. Принимать приглашение Беркутова я изначально не хотела. И первым порывом было послать его как можно дальше. Ведь он сын моего босса, хоть и совсем на своего отца не похож. А потом задумалась: а почему бы и нет? Парень как парень. Высокий, спортивный, красивый и успешный. Мечта любой девушки.
Мы с ним пересекались много раз. То на работе, то на каких-то вечеринках наших общих друзей. И да, общались тоже, но не так дружелюбно. В основном подкалывали друг друга, показывали свой характер. Впрочем, как и сейчас. Ничего не изменилось.
— Держи, — протягивает пульт от автомобиля.
— Что это? И зачем? — строю из себя дуру.
— Вроде похоже на ключи, не?
— Я это вижу, придурок! Зачем они мне? — Дима усмехается. — А, подожди. Давай догадаюсь? Это же чтобы двери открыть? Твоей квартиры?
Дима молча подходит ко мне вплотную.
— А ты знаешь, что твой бывший, у которого мозги под колесами автомобиля остались, сейчас следит за нами?
— И что? Может, поцеловать тебя? Или ржать громко назло ему, всем видом показать, как я счастлива? Черт! Я себя дебилкой чувствую. Плевать я на него хотела! Давай ключи, — забираю и сажусь за руль, а Дима располагается на соседнем сиденье. — Я не поняла, ты почему сам не поведешь?
— Напился гадости, — пожимает плечами. — Не так много, но все же.
— Замечательно. Я на работу, а ты потом куда хочешь, туда и езжай. Меня это не интересует.
— Мили, прекрати вести себя как кактус. На самом-то деле ты совсем не такое растение, хотя именно им и притворяешься. Давай, жми на газ, не ползи как черепаха.
— Знаешь, этот кактус умеет кусаться. И в основном выбирает самые слабые точки. Не боишься?
Парень смеется, обнажая ряд белоснежных зубов. И смотрит так… Долго и насмешливо.
Доезжаем до агентства за пять минут. Но я даже не успеваю из машины вылезти, как замечаю внедорожник отца, больше смахивающий на танк, в пяти метрах от нашей машины.
— Ого. Это разве не твой папаня? — кивает в сторону входной двери. — Вместе с моим. Мой точно будет рад, увидев нас вместе.
— Ха-ха-ха! Димочка Сергеевич, мой совсем рад не будет. Если хочешь остаться без мозгов, то, пожалуйста, выходи. Но имей в виду… Что мой папа, — тычу пальцем в его башку. — Тебе их вышибет. Достаточно одного удара.
— Ты мне угрожаешь?
— Ставлю перед фактом.
— Знаешь, Мили, сейчас каждая вторая девушка мечтает стать моей. И все знают меня как…
— Как кобеля, — продолжаю я за него. — Ты слишком высокого о себе мнения, Беркутов. Спустить тебя на землю надо.
— Ага, ага, — снова этот звонкий смех. — Зашибись! — резко остановившись, он распахивает глаза и смотрит в мою сторону, но не на меня. Я оборачиваюсь.
— Открывай, — командует мой папа, стуча в боковое стекло, которое я сразу же опускаю.
— Па… Пап… Что случилось?
— Вот именно, Милена. Что случилось? Почему твоя машина на штрафной? И зачем ты села за руль автомобиля Беркутова? — со злобными нотками выговаривает отец. — Я тут чуть ли с ума не сошел, думал, с тобой что-то случилось. А оказывается… Хотя бы на звонки ответила!
— Я не слышала, честно, — жалко оправдываюсь, покидая салон.
— Иди, — кивает в сторону своего танка. — Садись и жди меня.
И пока строгий отец прощается с моим боссом, с которым я даже не успела поздороваться, я покорно иду и сажусь в авто отца. Выламываю себе пальцы. Нет, он очень хороший у меня, но я ненавижу его допросы. А капитан Захаров очень даже круто умеет играть на нервах и вытаскивает из человека любую информацию, которую упорно стараешься скрыть.
— Пап, ты все не так понял… — начинаю я, едва он открывает дверь.
— Дома поговорим, Милена, — жестко обрывает он. — Сначала проблемы Алины, ее нерешительность. Теперь ты вытворяешь черт знает что. Мне что, хвост за тобой поставить, чтобы быть в курсе каждого твоего шага? Я чуть не свихнулся, Милена!
Он что, подумал, что я попала в аварию? И поэтому такой на нервах? Или есть другая причина?!
Я молчу всю дорогу. До тех пор, пока не вижу, как загорается экран моего телефона, который я крепко сжимаю в руке.
«Мили, ты станешь моей женой вопреки всем и всему. Кактус ты мой. Зато самый ценный и неповторимый».
— Дьявол! Убью! — рычу и сразу же чувствую на себе прожигающий насквозь взгляд отца.
Глава 2
— Тимур, прекрати, она не маленькая.
Мама наконец подает голос, когда отец наезжает на меня, пытаясь понять, с кем я переписывалась в его машине и в чей адрес материлась. Но я молчу, закрыв рот на замок. Ибо капитан Захаров жизнь Димочке Сергеевичу испортит. А я не хочу… Нет, я давно выросла и совсем не девственница. Лезть ко мне не нужно, а диктовать, с каким парнем я могу встречаться, а с каким нет, тем более.
Но мой папа, к сожалению, именно такой тип, который хочет знать все в первых рядах. Да, я понимаю, что он просто пытается беречь нас. Ибо мир теперь не тот, что был раньше. Люди суровыми и жестокими стали. Не знают предела. Действуют, не соображая, что последствия могут быть очень плачевными.
— Алина тоже не маленькой была! Но совершила такую огромную ошибку, Мирослава! Четыре года воспитывала дочь одна, втайне от нас. От своих родителей! — чуть ли не рычит папа, измеряя гостиную шагами.
— Опять двадцать пять, — ворчу я, закатывая глаза. — Ну, папуль, не надо, дорогой… Я же ведь знаю, какие вы с мамой ошибки совершали. Ну да, мамочка не воспитывала нас одна, втайне от тебя, но все же… Косячить могут все. Но ты же меня знаешь, я не стану сопли на кулак наматывать. Решу свою проблему и буду жить дальше, не вспоминая, что там было в прошлом.
Ну да. Это не так легко на самом деле. Но что есть, то есть. Мне не очень интересно, что сейчас делает мой бывший. Вообще ни капли. Просто факт, что он держал меня за идиотку долгое время, не дает покоя. Я пусть и дала всем видом понять, что болт (которого у меня нет) забила на Германа, но демон во мне обещает, что отомстит.
— Зажигалочка ты моя, — улыбается мама, жестом подзывая отца к себе. — Не нужно никаких проблем. Дай бог, чтобы у тебя все в этой жизни сложилось прекрасно.
— Спасибо, мамуль, — играю бровями. — Папуль, иди чай пить. И выдохни. Поверь, если я захочу, чтобы ты какому-нибудь скоту шею свернул, обязательно сообщу! Даже помогу! Мне надо было продолжать твой путь, — подмигиваю. — В ментовке.
— Милена! — слегка повышает голос мама. — Ты в своем уме? Я твоего отца еле оттуда вытащила! Сплошные проблемы! Нет, нет! Я бы не пережила.
Рассмеявшись, я встаю с места и иду к отцу, который так и стоит у окна, все не может успокоиться. Беру его за руку и притягиваю к себе, обнимаю крепко. Опускаю голову на его грудь и слышу, как успокаивается его сердцебиение.
— Папуль, — шепчу я. — Я за себя заступаться умею. В обиду себя не дам, можешь даже не сомневаться. И если я с кем-то общаюсь, независимо от того, парень это или девушка, не могу же все тебе докладывать, верно? Но обидчика в моей жизни точно нет. Наказывать никого не нужно, — издаю тихий смешок, чувствую, как тяжелая ладонь касается моей спины. — А если нужно будет, первым будешь знать ты. Обещаю.
Отец целует меня в макушку, а потом шумно вздыхает.
— Ты всегда сдерживаешь свои обещания. Надеюсь, никогда не изменишь своему пути.
Еще какое-то время мы сидим в гостиной. Мне звонит наш менеджер, сообщает, что завтра в девять нужно приехать в агентство. Есть какое-то предложение. Очень крутое и выгодное. И это, конечно же, то, о чем я думаю. Буду сниматься в рекламном ролике. Надеюсь, моим партнером не будет Герман, иначе я ему глаза выколю.
Поднимаюсь в свою комнату, принимаю душ и ложусь в кровать. Какое-то время гуляю в социальных сетях, выкладываю свои новые фотографии, отвечаю на некоторые комментарии. Сообщений полно, но на них я редко реагирую. Ибо это слишком много времени, которого у меня нет.