Пальцы сами играючи чертили нужные руны в воздухе, а магические потоки в последнее время откликались ещё быстрее, чем раньше. Главное было контролировать их мощь, что было непривычным, но я старалась.
— Интересно, что здесь было нужно Сальваторе? — вдруг ехидно спросил один из моих сокурсников. — Слыхал, говорят его младший братишка попал к некромантам. Не дотянул до военного. Вот так позор! Наверняка даже с внутренним драконом сладить не может.
Второй парень ответил смешком.
А я удивлённо повернулась к ним, бросив практиковать заклинание. Семья Сальваторе славились тем, что у них была очень сильная магия.
Да, случалось, что и драконы не попадали на военное, обычное дело. Но только не для их семьи.
— К некромантам? — переспросила я.
Повисло тягостное молчание. Отвечать мне никто не торопился. Парни уставились на меня с неприязнью, граничащей с презрением.
— Интересуешься, что там творится в семье твоего хозяина? Так тебе же должно быть виднее, или он тебя поимеет и сразу выгоняет прочь, как собачонку?
— Позорище, — выплюнул второй. — Никакого чувства собственного достоинства.
Я растерялась и почувствовала, что краснею до самых корней волос.
Вырожденцы раньше меня не обижали. Никогда. Мы старались держаться друг друга. Это было негласное правило.
Наверное, нужно было что-то ответить, но глаза предательски наполнялись слезами. Удара от своих же я не ожидала.
— Это всё ложь, что обо мне и Сальваторе болтают, — мои слова прозвучало жалко.
— Поэтому он сегодня тебя здесь обхаживает? — усмехнулся один из парней. — Боится, что подстилку пустят в расход?
Я не знала, что ответить, потому что сама не имела ни малейшего понятия, почему Кристиан решил вдруг мне помочь.
— Так! Прекратить! — Кевин грозно свёл брови, подходя к нам. — Мы здесь, чтобы помогать друг другу. Не забывайте!
Я отвернулась, быстро вытерла глаза, чтобы не показывать слёзы, и принялась практиковать заклинание с удвоенной силой.
Теперь мне была понятна причина их пренебрежения. Ну и пусть болтают!
Прошло ещё пару часов. Кевин рассказал нам немного о вивернах, о том, как вести себя с некоторыми из них.
— По статистике погибает не так много вырожденцев, — успокоил нас наставник. — Вы ведь знаете, портал не закинет вас туда, где вы не справитесь. Конечно, есть небольшая погрешность, но… стоит ли брать её в расчёт? Просто поверьте в себя!
Ага. Почти каждый год кто-то погибал. Это факт. И судя по тому, как покосились на меня два моих сокурсника, они думали, что в этот раз той самой «погрешностью» стану я.
— У вас будут браслеты. Если вы понимаете, что опасность смертельна — просто нажмите во-от сюда, — Кевин тыкнул на красный камень, напоминающий рубин. — И вас вызволят. Не забывайте, за вами также будут наблюдать.
Только вот помощь не успеет вовремя, если вдруг ты случайно упадёшь в лавовую реку или тебя затянет в водоворот где-нибудь в тропических водах. Ну, зато все успеют насладиться твоими предсмертными воплями.
Меня аж передёрнуло.
Когда Кевин нас отпустил, был уже почти вечер, я прикинула, что попрактикуюсь на заднем дворе дома. Так точно успею и с тётей время провести, и разузнать что-то о деде, и подготовиться к понедельнику. На всё есть два дня, не так уж и мало.
В своей голове я уже делила свою жизнь на то, что было до железной жатвы, и то, что будет после.
И даже не представляла, насколько была права.
Глава 9
Великий ученый
Знакомая с детства серая улица встретила меня запахами сточных вод и овощной похлёбки. Если бы кто-то спросил у меня, как пахнут нищета и безнадёга, я бы ответила, что именно так.
У вырожденцев почти не было шанса выбраться отсюда. Канавиоль в каждом могла убить надежду на лучшую жизнь. И сейчас я шла по разбитому каменному тротуару, пропуская через себя все оттенки бедности и отчаяния.
Вот несколько мальчишек играют на улице. У их родителей нет денег на мяч, но его заменяют плотно скрученные и залитые дешёвым клеем тряпки. Если их перемотать липкой лентой, какое-то время «мяч» держит форму. Я прекрасно в этом разбираюсь — сама выросла в таких условиях.
А вот женщина. У неё на руках ребёнок, замотанный в пелёнку — ни о каких колясках и речи быть не может. Рядом плетутся ещё двое малышей, в перештопанной одежде и дырявой обуви. Благо, пока тепло.
Наш домик находился в конце улицы. Старый, слегка покосившейся.
Но, впрочем, он почти ничем не отличался от жилищ остальных вырожденцев. Я выросла здесь, и за пару лет обучения в академии отвыкнуть от родных стен так и не смогла.
Фонарь всего один на всю улицу, и то еле светит.
Тётя Энни встретила меня радостно, тут же поставила чайник. Она хоть и была бледной, но глаза светились. Правда она сразу же принялась расспрашивать про завещание и мою странную свадьбу. Энни была куда осторожнее дяди Дезмонда.
— Ты ведь понимаешь, что это как-то связано с моим отцом? Он был сыном этого Генри Лоусона — моего деда. Ты что-то знаешь о нём? — спросила я негромко.
Тётя покосилась на приоткрытую дверь, ведущую в соседнюю спальню. Но оттуда раздавался лишь громогласный храп дяди. Видимо, он устал после рабочего дня, плотно поел и задремал.
— Моя младшая сестра — твоя покойная матушка — не слишком любила рассказывать о своём ухажёре-драконе, — прошептала Энни. — Я всегда ругала её, когда она убегала на свидания. Говорила, что ничем хорошим это не закончится, и вот…
Тётя всхлипнула, и тут же добавила:
— Я, конечно, не про тебя. А про то, что он бросил её. Наверняка просто узнал, что сестра беременна! Даже не интересовался ребёнком. И в итоге моя сестрёнка зачахла и умерла… Но так ничего и не сказала. Лишь умоляла беречь тебя и держать как можно дальше от драконов.
— Держать как можно дальше от драконов? — переспросила я. — Она имела в виду моего отца или просто драконов?
— Всех их. Она даже настаивала, чтобы мы с Дезмондом уехали в провинцию, но твой дядя запретил.
— Все это странно.
— Сестра совсем умом повредилась перед кончиной. Часто просыпалась с криком среди ночи. И бежала к твоей колыбельке. Всё твердила, что ОНИ тебя заберут и сделают что-то нехорошее, — тётя ударилась в воспоминания и теперь лихорадочно кусала губы, вспоминая нелёгкие времена.
Она стала даже бледнее, чем обычно.
— Кто заберёт?
Энни пожала плечами и покачала головой, а затем принялась разливать чай по стареньким чашкам.
— Прости, милая. Я тебя пугаю? Не стоило рассказывать. Она просто бредила, понимаешь? Не стоит воспринимать это всерьёз.
Попив чай и съев пару испечённых к моему приезду печенек, я пошла спать в свой уголок. Но слова тёти не выходили у меня из головы.
Что могла иметь в виду моя мать? Она явно что-то знала…
Утро выдалось пасмурным.
Я попрактиковалась в нашем маленьком дворике с заклинанием, по-прежнему получалось довольно сносно. Руки будто сами выводили нужные руны, а губы легко складывались в витиеватые слова.
Сообщив, что вернусь через несколько часов, я рванула в центральную библиотеку. Это единственное место, где я могла узнать хоть что-то о деде.
Дорога была долгой, почти полтора часа. Всё-таки мы жили на самой окраине и выехать куда-то всегда было проблемой.
Прибыв на место, я вошла в огромную деревянную дверь библиотеки, украшенную изображениями с драконами, которые яростно оскалили свою пасть.
Последний раз я была здесь пару лет назад. Когда меня взяли в академию. Я тут же решила прочитать о магии всё, что только получится найти.
И в итоге просто всё лето до самого начала обучения не выходила из читального зала. Прочла десятки книг. Главное, что это было бесплатно.
Вот и теперь я подошла к библиотекарше и приветливо ей улыбнулась:
— Добрый день.
— Мисс Мюрай, давно вас не было видно.
— Учусь, — не без гордости ответила я. — Мне бы книги, связанные с семейными древами аристократов. Или что-то подобное…
— О, вы уже второй посетитель, кто просит их, — удивлённо ответила женщина. — Утром всю литературу взял молодой человек. Он ещё где-то здесь. Можете подождать, он скоро вернёт. Или я могу пойти спросить…
Я повернула голову и почти сразу увидела Кристиана, сидящего за одним из столов. Стало ясно — он выбрал это место, чтобы видеть всех, кто входит.
Вот и сейчас беззастенчиво разглядывал меня. И кипа книг действительно лежала рядом с ним.
Наверное, зря я проболталась о своих намерениях. Ему заняться что ли нечем, как тухнуть в библиотеке с бледной заучкой?
Или решил мне помешать?
— Простите, — пробормотала я библиотекарше и решительно направилась в сторону дракона.
Чем ближе я подходила, тем неувереннее себя чувствовала. Так было всегда рядом с Сальваторе и ему подобными.
Он небрежно откинулся на стуле, положив руку на стол. Всё ещё смотрел на меня с ленивым ожиданием.
В каждом его движении и взгляде сквозило превосходство над такими как я. Просто по праву рождения. И это раздражало и угнетало одновременно.
— Зачем ты пришёл? — я говорила негромко, как и принято в библиотеке, но вложила в голос всё своё недовольство.
— Какие мы злые, а ведь это я тебя тут поджидаю уже пару часов, моль, — усмехнулся дракон. — Имей совесть.
— Хватит играть в эти игры, — прошипела я и склонилась к нему ближе, чтобы нас не слышали. — Думаешь, я не знаю, что твоя воля, и ты узнал бы всё о моём дедушке и без этих книжонок.
Кристиан поднял взгляд и язвительно улыбнулся:
— Так я и узнал кое-что через своих знакомых, Мюрай. Тебе интересно, или будешь продолжать брызгать ядом на всё вокруг?
На секунду я задумалась — скажет ли правду, или солжёт? Но выслушать точно стоит. А там уж решу верить ли.
Села на стул напротив дракона.
Теперь нас с Сальваторе разделял небольшой библиотечный стол. Я почувствовала, как наши колени соприкоснулись, и тут же отодвинулась с такой силой, что стул покачнулся. Дракон едва не закатил глаза.