— Всё неправда! Мама такой не была!
Мне казалось, что я умираю внутри. Будто кто-то просто взял и потоптался на памяти моей матери, вытер ноги о все те тёплые добрые чувства, которые я хранила в сердце все эти годы. Все мои страхи выползли наружу.
— Тебе стоит забыть об этом мужчине. Он дракон, Ирен… Лучше подумай о малышке. Это большая радость. Мы с Дезмондом поможем тебе справится. Он заработает денег — в обувной всё идёт неплохо. А мы с тобой будем сидеть с малышкой по очереди. Ты увидишь кроху и сразу полюбишь. Точно тебе говорю…
— Я скорее сдохну, чем полюблю отродье, лишившее меня любимого мужчины! — ударила по столу мать, пройдясь по мне невидящим яростным взглядом. Её красивое лицо было искажено в злой гримасе, черты лица заострились.
Она ведь и правда умерла. Почти сразу после моего рождения. Просто зачахла… так говорила тётя.
— Мама, я не хотела портить тебе жизнь, — прошептала я, протягивая к ней руку. — Не хотела, чтобы ты из-за меня умирала.
Но смогла схватить лишь воздух. Меня начало трясти, я сделала шаг назад и натолкнулась на кухонный шкаф. Боль закручивалась внутри, затмевая разум.
— Не хотела? — мать вдруг повернулась ко мне и посмотрела прямо мне в глаза. — Но ведь из-за тебя я умерла! Родилась ты — тупое и бесполезное существо. Слабая, немощная и жалкая! Ты ведь ни на что не способна. Только ноешь и всего боишься. И я умерла с горя, не выдержав этого!
Перед глазами всё поплыло от слёз, я хватала ртом воздух и захлёбывалась им не в силах даже что-то ответить. Боль смешивалась с отчаянием, пульсируя внутри, разрывая вены.
— Хватит, — прошептала я. — Ты не могла так думать.
Кристиан говорил, что всё здесь ложь. Его спокойные уверенные слова отчётливо звучали в моей голове. Но я не могла поверить… потому что он вот она мама. Стоит передо мной.
— С самого рождения ты была проклятьем, — продолжала напирать мать. — Я сразу поняла, что ты ничтожество! Взяла худшее от меня и от своего потаскуна отца!
— Я люблю тебя, мама, — прошептала я дрожащим голосом. — Всю жизнь любила. Но ты не права. Я не ничтожество.
— А кто же ты? Кто? Бедная маленькая Эви, моя трусливая зайка, иди мама пожалеет тебя. — ласково пропела она, а затем резко закричала: — Этого ты ждёшь от меня, беспомощное глупое создание? Ты даже не человек! Драконы использовали меня, чтобы родилось непонятное существо! Ты не человек, и не дракон! Ты мерзость, сломавшая мне жизнь!
Я понимала, что мама права. Я — нечто странное и необъяснимое. Но я ведь появилась не просто так. У всего есть смысл.
Внутри меня закрутился вихрь протеста, обжигая нутро огнём. Я не заслуживаю такого обращения! Потому что старалась. Делала всё, что в моих силах. Пусть и не всегда получалось и не всегда я была на высоте, но ведь главное подниматься, если падаешь. И я была готова подниматься. Сегодня, завтра и всегда. Столько, сколько потребуется.
— Я сделаю то, что другие не смогут! И моё рождение не проклятье! — закричала я в лицо матери, сжимая кулаки. — Оно станет для всех спасением! Потому что я помогу тем, кто нуждается во мне! Помогу, чего бы мне это не стоило!
Мать отступила на шаг, обиженно поджав губы.
— Ты не настоящая, — уже спокойнее сказала я. — Но я была рада увидеть тебя. Хоть такой… Я мечтала увидеть тебя хотя раз.
Буря в моей душе начала утихать, меня перестало трясти. Я провела рукой по волосам, а затем посмотрела на тётю, которая всё так же сидела на стуле и улыбнулась ей. Какая же она была красавица в молодости!
— Ты моя настоящая мама, — я протянула руку к тёте. Она встала и сделала шаг ко мне.
Ещё шаг.
И мать растворилась в воздухе и на её месте появилась тётя. Она взяла мою ладонь, и я почувствовала родное тепло. Почувствовала прикосновение слегка шершавой натруженной руки. Мне показалось, что даже дышать стало легче. В окно засветило солнышко.
Я не забыла про настоящую мать, я любила её всеми силами души, но её не было в моей жизни. Трагичные обстоятельства так сложились. А тётя всегда была готова ради меня на всё…
Проклятый лабиринт! Как только выйду отсюда первым делом напишу Энни, как сильно ценю её и люблю. И дядю тоже, какой бы он ни был.
— Ирен и правда не была такой, Эви, — мягко произнесла тётя Энни. — Твоя мама велела мне беречь тебя. И я берегла. Насколько хватило сил.
— Я уже взрослая, — печально улыбнулась я. — Теперь у меня своя дорога. Нужно отпустить эту боль. Нужно двигаться дальше.
— Нужно, Эви. Поэтому иди, — тётя отпустила мою руку и растворилась в воздухе, оставив лёгкую дымку.
— Время-время. Тик-так… — приглушённый голос ректора разнёсся по дому.
Я повернула голову и увидела, как открылась ещё одна дверь. Раньше её в нашей кухне не было.
Взяв себя в руки, я быстро пошла к двери. Меня снова ослепило ярким светом, а когда я открыла глаза, увидела, что вокруг стоит темень.
Прошло секунд тридцать, прежде чем я привыкла к полутьме. Но потом осмотревшись поняла, что вот теперь действительно нахожусь в лабиринте, как я изначально и представляла себе. Только не страшном и подземном. Каменные стены высотой метра четыре были увиты густым плющом, казалось, что они целиком сделаны из растений, если не приглядываться. Под ногами шелестела свежая высокая трава, закрывая щиколотки. А над головой темнело ночное небо.
Я вдохнула свежий воздух и двинулась вперёд, думая, что может здесь будут монстры? Главное не боятся. Как и говорил Кристиан, это лишь фантомы. Только вот при встрече с мамой я сразу потеряла голову… Главное, что в итоге всё-таки справилась. Значит, справлюсь и дальше. Вряд ли может быть что-то хуже первого фантома.
Я шла по лабиринту, трава шелестела под ногами. Вдруг послышала негромкий смех. Он показался мне знакомым. Я ускорила шаг. Повернула и увидела ИХ.
Кристиан обнимал Адель за талию, прижимая к стене. А она даже не обращала внимание, на то, что её идеальная причёска растрепалась и запуталась в листьях. Руки брюнетки были сцеплены на мощной шее дракона, и она перебирала наманикюренными пальчиками его волосы.
— Какая же она идиотка! Сделает всё, что нужно нам, а потом… посмеёмся над ней вместе! — негромко прошептала Адель, а затем впилась в губы дракона страстным поцелуем.
Она умело целовала Кристиана, лаская его губы. Выгибалась всем телом и грудью тёрлась об него. Я никогда не умела быть такой развратной и уверенной в себе… мне с Адель не сравнится. Я, даже отвечая на поцелуй, чувствовала себя невероятно развязанной. В душе понимала, что, наверное, Кристиан смеётся над моей неопытностью. Именно поэтому он и выбрал бы королеву академии, будь такая возможность.
— Вы ненастоящие, — негромко сказала я, но в голосе моём звенели тоска напополам с горечью. — Гадкая ложь.
Кристиан оторвался от Адель и повернул ко мне голову.
— Жалкая уродина, — усмехнулся он. — Скоро я избавлюсь от тебя. Только дай немного времени. И тогда все поймут, что я использовал тебя, как простую шлюху. Неумелую, деревянную шлюху. Ты даже рот открыть не можешь, когда я тебя целую. Может оно и к лучшему, а то мне противно…
Его слова без промаха попадали прямо в сердце отравленными стрелами. Я понимала, что всё лишь фантом. Но легче от этого не было.
— Так-так, мне уже надоело наблюдать за этим жалким зрелищем, — раздался полный звонкой злости голос позади меня. — Вырожденка и её вырожденские ничтожные страхи. Но в чём-то ты права. Я достойна Кристиана. А ты — нет.
Я резко обернулась и увидела позади себя Адель. Только эта точно была настоящей.
— Ты совсем поехала? — нахмурилась я, глядя на напряжённое лицо Адель. — Если ты пришла сюда помешать мне, то знай — у тебя ничего не выйдет.
Брюнетка широко улыбнулась лживой противной улыбкой, а затем шагнула вперёд. Свет луны упал на её скулы, выбеливая их и делая выражение лица королевы академии зловещим.
— Все мои проблемы начались из-за тебя, — произнесла она, глядя на меня с нескрываемой ненавистью. — С того самого дня, как ты оказалась в комнате Кристиана. Без одежды… Я до сих пор не пойму, как ты умудрилась подобраться к нему так незаметно…
Проклятье! У нас время ограничено, а она решила свести счёты именно сейчас? Или просто пользуется тем, что в лабиринте нас никто не видит и, если что-то случится, можно списать всё на несчастный случай?
— Послушай! Мы просто случайно вместе оказались в кабинете ректора. Но я не знала, что там есть охранные ловушки и попалась. А Кристиан мне помог. Одежду пришлось снять, потому что чары осели на ней.
Сейчас я уже могла рассказать правду. Вряд ли меня или Кристиана отчислят, даже если ректор узнает. Слишком уж все хотели, чтобы мы были в академии у всех на виду и под колпаком.
— Ты что совсем идиотка? Думаешь, я поверю в этот бред! Ты просто залезла к нему в койку! — взвизгнула Адель, крепко сжав кулаки. — Что ты там такого сделала, что он глаз с тебя не сводит?
Её не убедить, что в произошедшем нет моей вины, и что я не желала такой судьбы.
— Послушай, нравится тебе это или нет, но теперь я — невеста твоего обожаемого Кристиана. И тебе придётся с этим смириться, — отрезала я, оглядываясь.
Увидела, что иллюзии исчезли, а вдалеке загорелось нечто похожее на портал. Мне туда!
— Хочешь сбежать, невеста недоделанная? Бледная вырожденка! Уродина! — в голосе Адель звучали истерические нотки, она просто сыпала оскорблениями, надеясь задеть меня.
— Если это всё, то я пойду. И тебе советую заняться своими испытаниями, иначе вылетишь, — коротко бросила я и притворилась, что иду к порталу.
Случилось то, что я и предполагала. Как только я сделала вид, что поворачиваюсь спиной, Адель вычертила руну и в меня полетел булыжник, который до этого спокойно лежал на земле.
Я обернулась и выставила перед собой щит. Пальцы сами ловко сложили руну, потоки услужливо откликнулись. Булыжник ударился о щит и рухнул на землю.
Она метила мне в голову!
Хоть сердце и застучало с бешенной скоростью, а щёки ошпарило жаром, я почувствовала себя куда увереннее, чем раньше. Потому что много занималась, а в свободное время читала книги, которые дал мне Альфред. Я выучила многие заклинания, и они легко мне давались. Мой магический резерв действительно делал меня куда сильнее, чем прежде. И, кажется, я научилась им пользоваться.