Я мучилась, думая о том, узнал ли что-то Сальваторе старший? А вдруг император что-то понял? Неспроста же он начал приглядываться ко мне.
Когда мы с Кристианом вернулись, выяснилось, что меня не исключили из турнира! Хотя, честно говоря, как-то уже было и не до него после всего произошедшего. Доказывать всему миру, что я чего-то стою не хотелось, но я была намерена идти до конца, раз уж подписалась на это всё. Не отказываться же теперь, тем более после тех усилий, что я приложила на первом этапе.
Когда девчонки встали, я последовала их примеру, хотя так и не сомкнула ночью глаз.
— У тебя болезненный вид, Эви, — Стейси с жалостью посмотрела на меня. — Хотя оно и неудивительно. Эта больная на голову Адель вчера такое устроила! Не представляю, как ты с ней справилась. Кстати, новый цвет волос тебе идёт!
— Да, она окончательно сбрендила, — ответила я, не желая вдаваться в подробности.
— Но зато ты прошла! Точнее мы обе, — Миранда широко улыбнулась. — Второй этап будет лёгким. Всего-то полоса препятствий с ловушками. Такие слухи ходят. Только вот там можно серьёзно пострадать, так что держи ухо востро. Как же вовремя ты слилась со своей драконицей.
— Точно, в самое подходящее время.
— Говорят, Адель всё! Ну того…! Отчислили её! — в обычно мягком голосе Стейси прозвенели нотки мстительности.
Я была рада, что избавилась от бывшей королевы академии, только вот злости я к ней уже не испытывала. Скорее мне было её по-прежнему жаль. Я надеялась, что она найдёт своё место в жизни и перестанет пакостить другим. От этого она точно надолго счастливой не станет.
Мы с девчонками вышли из комнаты, позавтракали и направились на стадион. По пути я увидела Кристиана, он тут же подошёл к нам.
— Пойдём, — он потащил меня прочь под красноречивые взгляды соседок по комнате.
Небось подумали, что мы пошли проводить время наедине.
Как только мы оказались подальше от оживлённой толпы адептов, дракон сунул мне в руку какой-то простенький каменный амулет:
— Держи.
— Что это? — я непонимающе уставилась на кусок камня с каким-то знаком.
— Просто держи его в руке, когда войдёшь в портал. Он отправит тебя совсем в другое место, и ты окажешься, там, где нужно. Но все будут думать, что мы на испытании.
— Подожди… — волнение всколыхнулось в груди. — Твой отец…?
— Тс-с. Да. Всё получилось. Встретимся на месте, и я всё объясню, хорошо? Не сейчас.
Я сжала камешек во вмиг вспотевшей ладошке. Неужели настал этот самый момент? Но справлюсь ли я? От меня зависит так много, но я не была уверена, что смогу.
— ОН ведь не узнает? — я заглянула в глаза Кристиану.
Конечно, Сальваторе понял, что я имею в виду императора.
— Нет. Не узнает, — Кристиан привлёк меня к себе, целуя в макушку. — Не переживай. Что бы ни случилось, верь мне. Я защищу тебя, поняла?
— Поняла, — прошептала я, обхватывая его широкую спину в ответ.
— Пойдём, не будет привлекать к себе излишнее внимание.
— Мои волосы. Император ведь заметит.
— Если и заметит, то не будет тебя дёргать до испытания. А потом уже будет поздно. Тем более, раз декан знает, что вы вчера слились с драконицей, император уже в курсе. Но скоро всё изменится, и он отстанет от тебя, Эви.
Они готовят заговор. Я поняла, что в это вовлечены многие семьи при дворе. Но чем это кончится для меня и вырожденцев? Как бы то ни было, во мне драконица из императорской семьи. Не то чтобы я возгордилась, но значит ли это хоть что-то? Наверняка.
Когда пришло время шагнуть в портал, я сжала камень в руке, как и велел Кристиан. Мне казалось, что взгляд императора прожигает спину, хотя возможно, это была лишь игра моего воображения.
Меня затянуло магией. Наверное, со стороны выглядело, что я просто отправилась на испытание. Как скоро меня хватятся? Неизвестно. Я лишь сделала то, о чём просил Кристиан. Доверилась ему.
Вынырнула я на том самом болотистом Проклятом плато, на котором когда-то впервые встретилась со своей драконицей. Хорошо, что хотя бы не свалилась в болотную жижу, как в прошлый раз.
Всё оказалось так просто! Все ведь знают, что здесь земля проклята губительной магией Чернобога. Получается, это плато отравляет вырожденцев? Здесь самое сердце зла?
Я не успела сделать и пары шагов, как раздался треск портала. Я обернулась и увидела Кристиана, вынырнувшего из него. В руке он сжимал такой же камешек, как и у меня.
— У нас не так много времени, Эви. Иди сюда, мне нужна твоя кровь.
Я замерла в нерешительности. Но потом решила не торопиться. Кровь — это серьёзно, когда дело касается магии.
— Сначала объясни всё, — потребовала я.
Кристиан перевёл взгляд мне за спину. Я обернулась. У горизонта клубились тёмные облака, вот-вот должен был пойти дождь.
— Эвелин, обещай, что будешь верить мне, — произнёс он. — Чтобы не случилось. Просто сделай, как я прошу.
Я подалась вперёд, вглядываясь ему в глаза. В них была вкупе с привычной мне горячностью и дерзостью какая-то обречённость. Это испугало меня.
— Знаю, я говорила, что буду верить. Но прости. Мне тяжело, — призналась я, беря его за руку. — Я хочу доверять тебе, но думаешь, не догадываюсь, что вы что-то скрываете от меня?
Кристиан опустил глаза на наши сцепленные руки и улыбнулся. Мне стало почти физически больно от одного его сокрушенного взгляда.
— Наши дела действительно куда хуже, чем ты можешь представить, но я всё исправлю, Эви. Обещаю.
— Я же говорила, что не боюсь пострадать! Я хочу, чтобы вырожденцы освободились и больше не были рабами.
Странное чувство заполнило меня до краёв. Невысказанная и доселе незнакомая мне нежность будто прорвалась наружу. Вряд ли я когда-то чувствовала такое к мужчине. И вряд ли почувствую.
Я знала, что мы сблизились под гнётом невыносимых обстоятельств. И если бы не они, даже бы не посмотрели друг на друга. Но я сердцем чувствовала, что хотела бы узнать Кристиана без всей этой мишуры и чужого пристального внимания. Всегда казалось, будто за нами следят все без исключения. Разглядывают под лупой.
А я хотела свободы. И была уверена, что и Кристиан хотел того же. Даже сейчас, будучи вдвоём, мы чувствовали за своими спинами чужие внимательные взгляды.
— Ну чего ты, маленькая красная мышка? — прошептал мой жених с ласковой улыбкой. — В этом твоё счастье и беда. Твоё сердечко слишком доброе, а этот мир… он тебя не достоин.
Кристиан дотронулся моей щеки и вымученно улыбнулся. Я поняла, что никогда не видела его таким. Видела сильным, дерзким, насмешливым, злым, даже бережным со мной. Но таким… никогда.
Я мягко улыбнулась в ответ, но не сдалась, настаивая на своём:
— Но я всё равно хочу знать. Мне нужно…
Я замолчала, растерянно моргнув. Вдруг почувствовала, что пахнет чем-то странным. Привычный и почти родной запах цитруса перебивал резкий аромат чего-то едкого.
Щёку, которую Кристиан только что гладил внезапно запекло, глаза заслезились, а мир покачнулся.
Я вроде бы лишь моргнула, а вдруг поняла, что падаю. Но меня подхватили сильные руки. Кристиан прижал меня к себе и на мгновение поцеловал в губы, прижавшись лбом к моему лбу.
— Мне жаль, Эви. Но времени нет. Оно истекает. Мне придётся забрать у тебя кровь силой. А потом мы сделаем то, ради чего сюда пришли.
Я почувствовала, как он берёт моё запястье, делает небольшой надрез и сцеживает кровь. Я молчала, не в силах пошевелить ни рукой, ни ногой, даже язык не ворочался. Молчала и ненавидела себя, Кристиана, его семью, императора и вообще всех, кто причастен к этому.
Зачем он так поступает? Почему просто не объяснить? Или правда настолько ужасна, что я бы просто не стала ему помогать, узнай её?
— Нужно идти, — коротко бросил дракон.
И мы пошли вперёд. Я болталась на руках у Кристиана сломанной куклой. Видела лишь качающееся хмурое небо перед глазами. А спустя несколько минут грянул гром и серые капли дождя полились прямо мне на лицо. Они остужали горящую кожу. Но, увы, горящее болью сердце остудить не могли.
Я поняла, что мы вошли на территорию какого-то замка, обнесённого полуразрушенной каменной стеной. И мы преодолели какой-то магический барьер, потому что я почувствовала покалывание на своей коже,
Всю дорогу я пыталась призвать магические потоки, взывала к драконице, но толку не было. Потоки не слушались, потому что я не могла начертить руну ослабевшими руками, а драконица всё молчала, будто её никогда и не было.
Кристиан опустил меня на каменную лавку. Я полулежала, прижавшись к стене. Смотрела на его хмурое лицо.
Вдруг Кристиан поднял руку и расстегнул манжет рубашки. Я увидела, что на его загорелом запястье вьётся чёрный узор. Странная метка казалась мне смутно знакомой. Он поморщился, и я увидела, что метка выгорает. Жжёт его кожу, оставляя на ней красный ожог.
И вдруг пришло понимание.
— Клятва безмолвия, — из моего рта вырвался полухрип.
Вот почему Кристиан молчал и всё время увиливал. Вёл себя так странно. Он просто не мог сказать.
Дракон медленно поднял голову, его лицо было искажено гримасой. Я знала, что метка клятвы вызывает ужасную боль, когда её ставят, и когда она исчезает. Читала о ней, но не думала, что доведётся увидеть. Подобная магия была под запретом законодательно.
— Ты останешься здесь, пока не придёт время, — наконец сказал он. — Эви, мне жаль. Но по плану твоего деда, ты должна умереть. Вот, что было в том письме. Я должен тебя убить. Для этого он тебя и создал. Для этого привлёк нашу семью.
Я сжала веки так сильно, что зазвенело в ушах. Боль разрывала грудную клетку, а бедное глупое сердце отказывалось верить очевидному.
— Но кто заставил тебя молчать? — выдохнула я.
— Отец, — хрипло ответил Кристиан, не глядя на меня.
Я увидела, как он торопливо смешивает мою кровь с каким-то зельем, а потом залпом выпивает. Мне стало ещё страшнее от происходящего.
Кристиан подошёл ко мне, его глаза стали жутко синими, лишь вертикальный зрачок пульсировал в центре.