Потому внимай в сердце свое и прилежно наблюдай, чтобы дела твои располагаемы были к совершеннейшему концу.
И хотя иногда, чего требует слабость духа твоего или способность твоей души, возбудишь в себе охоту к хорошему делу, желая избегнуть адских мук и приобресть надежду к небу, однако можешь и в том за предмет себе поставить волю Божию и угождение Ему. Ибо воля Божия есть, чтобы ты достигла царства Его и отечества небесного.
Сим образом вернее в себе такое побуждение сохранить можешь, которого изобразить невозможно, сколь оно великой важности и пользы, и едва бы можно обрести такого между людьми, который бы мог то познать.
Весьма истинно, что всякое дело, даже самое малое и не имеющее никакой важности, произведенное на тот конец, дабы угодить Богу и для одной хвалы Его, всегда будет заслуживать вящее уважение, нежели другие важнейшие и лучшие дела, учиненные по другой причине и для другого конца.
Таковой подвиг, то есть все делать для Бога, дабы Ему угодить, покажется тебе сначала трудным, но после будет удобнейшим, когда научишься и умножишь в себе мысли, стремящиеся к Богу, или когда благочестивым желанием сердце твое вознесешь к Нему, яко высочайшему благу, которое по себе достойно, да ищет чтить и любить Его всякая тварь. Такое стремление непрерывно угождать Богу чем Усерднее и чаще будет, тем ревностнее и скорее будут помянутые поступки воли твоей, и так ты удобно приобрящешь навык делать все Ради любви к Богу, Который достоин такового почитания.
Наконец, дабы ты могла иметь сие Божественное побуждение, то надобно неотступно о том просить Бога и часто рассуждать о неисчетных благодеяниях, которые благость Божия на нас ежедневно изливает по одной любви Его к нам без всякой от нас пользы.
Глава одиннадцатаяО некоторых рассуждениях, могущих преклонить волю нашу, дабы она сие делала во угождение Богу
Любезная дочь! Дабы ты удобнее волю свою могла преклонить к угождению Богу во всем, к Его славе и чести, помни всегда милосердие Его, колико Он тебя любит и колико обогатил душу и тело твое благодеяниями Своими.
Когда Он сотворил тебя из ничего, сотворил по образу и подобию Своему, прочие же все созданные твари определены в служение тебе. Когда тебя благоволил искупить, то не ангела, но Сына Единородного послал, чтобы избавить тебя от вечной смерти, не ценою злата или сребра, но пречистою Своей кровию. Он всякий час, всякую минуту от неприятелей тебя сохраняет, Он Сам по милосердию Своему сражается за тебя, Он в охранение тебя хранит на алтаре возлюбленного Сына Своего в священнейших таинствах. О сколь неизреченное Его милосердие!
Верно, что никакой разум довольно постигнуть и уразуметь не в состоянии, как высоко твою бедность и ничтожество почитает толь всемогущий и всеславный Господь, подобно нет никакого, кто бы точно познал, что мы Ему должны в рассуждении высочайших ежедневных благодеяний и даров, излиянных на нас милосердием Его.
Естьли земные владыки, когда их кто уважит, хотя бы был убогий или подлого состояния тот, кто отдает ему честь, не могут терпеть, чтобы его за то не наградить и не возблагодарить, что ж мы, при подлости нашей, сказать можем Господу небеси и земли, Который непрестанно благотворит нам!
Но, кроме сказанного, знай, что величество Божие Само Собою достойно, да воздаем Ему бесконечную славу и служение, единственно для того, чтобы благоугодить пред Ним.
Глава двенадцатаяО двойственной воле в человеке и о несогласии их между собою
Хотя можно сказать, что в нас есть двойственная воля, одна разума, почему называется разумною и верховною, а другая воля чувственности, почему именуется чувственною и низшею, которой можно приписывать имена похоти плотской, чувств и страстей, однако хотя мы по разуму люди, но когда только желаем по чувствам, то не должно никогда думать, будто мы справедливого желаем, пока не будем преклонны к тому разумною волею.
Почему оное духовное упражнение или, лучше сказать, сражение в том наипаче состоит, когда воля нашего разума бывает покорена воле Божией, Которая есть высочайшая, а за сими - чувственная воля, которая есть ниже, оная часто от сей, как и от первой, побеждена бывает. Поелику обе воли, то есть Божия и разума, к себе оную привлечь весьма стараются.
Откуда явствует, что великие трудности и старания имели в начале те, которые исполнены худых навыков, когда они злое житие в лучшее переменить намерены были, поелику нападения, которые воля разума претерпевает от чувственной воли, когда с нею брань имеет, весьма сильны, а потому без великой трудности терпимы быть не могут.
Что, однако, с теми не случается, которыми добродетели или навыки так владеют, что сии с оными налогами навсегда пребыть желают. Те, которые добродетельны, охотно покоряются воле Божией, а испорченные грехами, удобно без всякого сопротивления подвергаются чувственной воле.
Потому пускай никто не думает, чтобы мог достигнуть к истинной христианской добродетели, пока не возжелает в душе своей претерпеть насилие и перенесть тяжести, которые чувствуем, когда оставляем не только великие успехи, но и самые малые, к которым прежде чрез земные страсти привязана была душа.
Редко кто достигает истиной цели совершенства, потому что, много трудов употребив в истреблении своих недостатков, не хотят потом делать насилие сами себе и страшатся терпеть и переносить трудности и угнетения в желаниях своих при побеждении оных. И потому те малые страсти и небольшие пороки, которые не вовсе искоренены, произрастают и берут преимущество и власть над сердцем нашим.
Некоторые, хотя не похищают чужого имения, однако весьма любят то, которое правильным образом приобрели. Хотя неприличным способом не ищут чести, однако оною не гнушаются, но паче беспрестанно ее желают. Хотя в добродетелях и в чистоте живут, однако не оставляют увеселений и светских обращений, которые бывают великою препоною к тесному соединению с Богом и к приобретению истинной духовной жизни.
Хотя таковая привычка есть во всяком и самом беспорочном человеке, однако больше в тех людях, которые не опасаются того. Потому всякий человек всемерно должен сего убегать.
Отсюда происходит, что иные добродетели и таковыми людьми бывают учинены по слабости их духа, но оные смешаны с пользою и земными выгодами с тайными несовершенствами и желанием пустой славы.
Таковые люди не только не поступают далее в пути спасения, но, возвращаясь вспять, часто впадают в большее преступление, ибо они не любят истинной добродетели, но часто являются пред Богом неблагодарны, Который их избавил от рабства диавольского. Кроме того, будучи ослеплены, не видят опасности, в которой находятся. А думают, что они в безопасном состоянии.
Таковое заблуждение тем больше им вредно, чем меньше познают оное. Поелику много таких, которые, духовно живучи и себя самих любя, чего, однако, они не видят, почти всегда избирают такие забавы, которые им нравятся, и оставляют те, от которых отвращает их сама природа. Против чего необходимо надлежит обратить силу сей духовной брани, - сверх того, напоминаю, чтобы ты охотно сносила трудности и неудобства, приносящие нам победу над нами самими, ибо от того все зависит. Несомнительная победа, когда возлюбишь трудности, которые духовная брань предлагает шествующим по стезе добродетели. Почему естьли ты войну и трудность более возлюбишь, нежели победу, то все без сомнения получишь скоро.
Глава тринадцатаяО средствах к предприятию брани против чувственной воли и о действиях, которые должна производить разумная воля,для устремления себя к добродетели
Многократно воля разума твоего терпит и чувствует насилие противоборства, с одной стороны - от чувственной воли, а с другой - от воли Божией. Ибо каждая сторона желает, преодолев оную, покорить. А дабы могла всегда иметь преимущество над тобою воля Божия, то должна ты поступать таким образом:
1) Когда начнет восставать жар и движение чувственной воли, то противоборствуй мужественно, дабы воля разума не была оною покорена.
2) Как скоро победишь сии движения, то с вящею силою устремляйся к истреблению оных. И не довольствуйся тем, что ты однажды сие делала, но чаще возбуждай оные движения, дабы научиться чрез повторение таковых действий отвергать оные с вящей силою.
Однако помни, что сии сражения должно производить против всякой похоти и наклонности затверделой, а не против горячности и движения крови, ибо с теми инако поступать должно, как о том ниже будет сказано.
Наконец, старайся всегда делать противное всякой худой твоей страсти, которая в тебе есть, я тебе сие покажу примером.
Положим, что тебя возмущает нетерпеливость, страсть, которая всегда воле разума противоборствует, дабы оную склонить на свою сторону, то будет твоим особливым упражнением всевозможно воспротивляться всякой горячности чрез повторение действий разумной твоей воли и препятствовать, дабы воля твоя не согласилась с оною.
Не ослабевай в сей брани, доколе совершенно ослабленный и умерщвленный неприятель твой не уступит пред твоим мужеством.
Однако берегись диавольской хитрости, поелику он, видя, что мы всеми силами воспротивляемся движениям страстей наших, не только не возбуждает более таковых страстей, но старается укротить и те, которые сами по себе имеют движение, а сие для того, дабы мы чрез частые упражнения в таковых делах не приобрели добродетели, противной тем страстям, с которыми сражаемся.
Также коварный враг делает сие и для того, дабы нас запутать в сети пустой славы и гордости, впечатлевая нам такую мысль, что мы скоро и удобно победили и низвергнули врагов своих и что в самом деле мы сильны.
И для того от первого сражения надобно приступать к другому и возобновлять мысли, возбуждающие тебя к нетерпеливости, дабы оные начали в тебе действовать, Тогда чрез частые упражнения воли твоей отвергай оные с большею, нежели прежде, силою.