<…> Вместе с тем БРП заявляет, что Главный Атаман Дергач, чье имя грозно и ненавистно красным, находится не в Данциге, а там, где ему надлежит быть для руководства Братскими дружинами»697.
Советские органы в 1939 г. подтверждали информацию о местонахождении Дергача в «Вольном городе»: «Возглавлялся Зеленый Дуб неким Аламовичем. видным белорусским контрреволюционером, который последнее время находился в Данциге, где он вел работу среди русских церковников»698.
Сомнение в существовании БРП как реальной боевой партизанской организации выражал на страницах виленской газеты «Новая Россия» ее издатель есаул Михаил Ильич Яковлев (?-1941), командир легендарного «Волочаевского отряда». Впоследствии он участвовал в обороне Варшавы в 1939 г. в качестве начальника штаба кавалерийского подразделения С.Н. Булак-Булаховича, был арестован немцами летом 1940 г. и погиб в Освенциме.
«Новая Россия» напечатала ряд сенсационных статей, в которых БРП инкриминировала виленским представителям БРП присвоение средств, предназначенных на работу Братства и в систематическом обмане Верховного Круга. Главными обвиняемыми оказались секретарь Верховного Круга А.Н. Кольберга В.В. Адамович (атаман Дергач, к тому времени высланный из Польши в Данциг), его подчиненные Сиверс-Гапанович, Иван Густолес и другие. К тому же последним газета приписывала и содействие коммунистам в убийстве начальника подотдела юного «братчика» Осипа Трайковича699. Значительно хуже для БРП было то, что «Новая Россия» проверила информацию, печатавшуюся в сводках журнала «Русская Правда». Выяснилось, что некоторые «боевые операции» против большевиков на самом деле проводились на территориях, по Рижскому миру вошедших в Польскую Республику700.
Ответ руководства БРП был незамедлительным. Редакция «Русской Правды» тут же напечатала информацию в «лучших» традициях эмигрантских дискуссий. Конечно, казачий подъесаул Михаил Ильич Яковлев — агент польской политической полиции по разложению неугодных русских организаций и, конечно, одновременно двойной агент ГПУ701.
Значительно более убедительными являются результаты третейского суда в Данциге. Его возглавил известный общественный деятель Борис Робертович Гершельман (1882–1957), сотрудник Епархиального совета Русской Православной Церкви за рубежом в Белграде, заведующий идеологическим отделом Главного совета Русского Трудового Христианского Движения в Югославии в 1930–1941 гг., после 1945 г. член Главного управления Общероссийского монархического объединения, работал в Восточно-Американской Епархии. Суд, несмотря на протесты «Новой России», полностью оправдал БРП и Дергача-Адамовича702.
Парадокс состоит в том, что по данным историка спецслужб О.Б. Мозохина: «В 1927 г. группа БРП в Вильно, возглавляемая Яковлевым, пыталась организовать выступления на территории СССР»703. Сам М.И. Яковлев проходил фигурантом по делу Б.С. Коверды, убившего П.А. Войкова.
Тем не менее, несмотря на скандал 1927 г., работа БРП в Польше продолжалась. О.Б. Мозохин на основе докладных и аналитических материалов ОГПУ приводит интересные, нижеприведенные материалы о борьбе «братчиков».
«Особым отделом ГПУ УССР по Польше было установлено, что председатель БРП в Дубно Домарев перебрасывал своих агентов (являвшихся в то же время агентами польской разведки) на Украине с заданиями по разведке и распространению литературы БРП. Один из таких агентов был арестован. Было известно, что Домарев подготавливал переброску трех групп БРП по семь человек каждая. Одна группа направлялась в район Киева; вторая в район Одессы для повстанческой работы; третья для проведения диверсионно-террористических актов. Эту группу должны были снабдить револьверами, взрывчатыми веществами и ядами, специально привезенными из Франции. Переброска групп намечалась к концу мая <…> Имелись сведения о том, что в г. Остроге при разведке 13-й польской дивизии существовали курсы по подготовке диверсантов и террористов, на которых обучалась главным образом члены БРП, курсами руководил начальник разведки 13-й дивизии поручик Войган. На этих курсах "братчиков” обучали обращению с взрывчатыми веществами и приспособлениями, технике поджогов, обращению с ядами и применению их в боевых целях»704.
В ноябре 1931 г. при нелегальном переходе границы из Польши был арестован начальник группы БРП в Барановичах, агент польской разведки, бывший начальник контрразведки армии С.Н. Булак-Балаховича, бывший полковник Шкляревский. Барановичская группа вела работу по распространению литературы в польской погранполосе и внедрению ее на территорию СССР. Деятельность группы проходила под непосредственным наблюдением польской полиции. Начальник ее, Пухальский, заявлял руководителям барановичской группы, что он готов оказать БРП содействие по переброске «братчиков» в СССР705.
«Летом 1933 г. в Белоруссии после перехода польской границы органами ОГПУ была ликвидирована группа из трех террористов БРП»706.
К 1939 г. отдел БРП в Польше полностью развалился и перестал пользоваться у местных русских влиянием и доверием707.
4.6. Германский отдел
В «Веймарской» Германии кроме Берлинского отдела, обслуживавшего Верховный Круг, был создан только один реально существовавший и работавший отдел. Он находился в портовом городе Гамбурге, почему и отвечал за агитацию на морских просторах. О нем сообщается только в работах М.С. Соловьева, опиравшегося на документы из Архива УФСБ по г. Санкт-Петербургу и Ленинградской области.
«В Гамбурге работа БРП велась князем Г.А. Кочубеем под прикрытием Русского Национального Общества Взаимопомощи, председателем которого он являлся. В Братство в Гамбурге входили Б.Н. фон Грач — секретарь Кочубея, полковник Русской армии генерала Врангеля П.Н. Бабанин, бывший начальник информационного отдела штаба Кубанской казачьей дивизии ген. Бабиева, С.А. Васильев708, офицеры Томашевский, Ефимовский, Шелабнев.
Работа в Гамбурге в основном сводилась к вербовке советских и иностранных моряков для переброски литературы в СССР. Литературу Братства перевозили и капитаны ряда немецких пароходов. Другим пунктом вербовки советских моряков был бар “Тиволи” в Роттердаме, которым владел эмигрант А.В. Внуков. При подходе к берегам СССР (обычно при рейсах на Ленинград и Сухум) литература сбрасывалась в герметичной упаковке за борт. Кроме того, гамбургское отделение БРП с помощью латвийского отделения Братства перебрасывало в СССР своих людей в районе р. Вилейки, у дер. Вержболово.
В 1932 г. Г.А. Кочубеем была предпринята неудавшаяся попытка с помощью бывшего морского офицера И.Н. Павлова организовать бунт на советском корабле. Годом ранее “братчиками” из числа советских моряков в Ленинграде были расклеены листовки и флажки БРП. Г.А. Кочубеем планировалось также применить яд в Интернациональном клубе моряков в Ленинграде. Б своем письме к А.П. Ливену Г.А. Кочубей оптимистично сообщал: “Настроение в России таково, что достаточно спички, чтобы вызвать пожар, но нет организаций и руководителей, перебежчиков уже много <…> помните, что, если упустить, нас выкинут, и кто-то сделает без нас”»709.
Одним из явочных адресов БРП в Ленинграде была квартира на Моховой улице бывшего секретаря Сената Б.К. Домашевского. Планировалось также установить связь с сотрудником Наркомата земледелия М. Шатиловым, бывшим чиновником по землестроительству.
Г.А. Кочубеем поддерживалась связь с германской полицией, с шведским и финским консульствами. Особое внимание уделялось северной организации национал-социалистов, где у БРП был свой информатор — Ф.Ф. Гох, состоявший в Братстве и НСДАП. Б свою очередь, секретарь Г.А. Кочубея Б.Н. фон Грач, по некоторым данным, был агентом германской государственной полиции710.
Иллюзии эмиграции в отношении целей нацистов наглядно выражены в переписке латвийского руководства БРП с Кочубеем: «Кажется, что здешние фантасты разных национальностей и партий предполагают, что у национал-социалистического руководства более агрессивные планы, чем на самом деле. Опасения латышей, надежды здешних немцев, и те и другие, — связанные с незнакомством с положением в действительности, с недостаточной объективной критикой, приняли планы руководителей национал-социалистов, рассчитанные на отдаленное будущее, как подлежащие проведению в жизнь в самом ближайшем будущем»711.
4.7. Организации в Балканских странах (в Румынии и Греции)
Довольно мало сведений имеется о местных греческой и румынской организациях. Упоминается о них только в книге О.Б. Мозохина. Представителем БРП в Греции был активный монархист-«николаевец» полковник Невдохов, по данным ОГПУ связанный с шефом английской разведки, вице-консулом и заведующим паспортным отделом в посольстве Великобритании Блэком.
Через владельца ресторана «Стрельна» в Афинах, русского грека, участника Белого движения И.П. Пантозопулло они выходят на дошедшего до нищеты и суицида капитана Малахова. Последний принял решение заменить грех самоубийства грехом убийства, выбрав в качестве цели советского полпреда Устинова, приурочив акцию к празднику 7 ноября712.
К участию в работе отдела привлекался также В.В. Дейтрин, офицер Преображенского полка, командир батальона «ливенского корпуса», офицер Северо-Западной армии и участник польско-советской войны. Блэк формировал диверсионные банды из белоэмигрантов, которые должны были на Кавказе уничтожать нефтепромыслы713.
В Москве 9 апреля 1934 г. был арестован агент разведывательного отдела румынского генерального штаба Л. А. Грановский, нелегально бежавший из СССР в январе того же года. В Кишиневе он был завербован представителем БРП, который снабдил его братскими листовками. Грановскому якобы дали задание убить И.В. Сталина и К.Е. Ворошилова. Террорист должен был ознакомиться с маршрутами следования правительственных кортежей, номерами и типами машин, режимами охраны, расположением гаражей, завязать дружеские отношения с шоферами. Далее надо было найти шофера такси, который бы увез с места теракта. Грановскому выдали поддельные документы, 2000 бумажными рублями и 50 р. золотом, а также браунинг. 5 и 7 апреля Грановский даже ходил на Красную площадь и вел наблюдение за Кремлем