— Ку-ку. Заперся?
— Наглухо, — подтвердила тетя Эмма. Смущенно добавила: — Ты бы… кхе-кхе… поздоровался, что ли, для начала, щеголь.
— Привет, теть Эмм, — подмигнул Кулио.
— Вискарь будешь?
— Пригублю.
Кулио подхватил из ее когтей бутылку и смочил губы.
— Я… б-ба… — снова выдавил Куклюмбер. — Я… б-балдею.
— Кулио! — воскликнул Степан и собрался обнять шефа, но бобер придержал его лапой.
Степан непонимающе посмотрел на Куклюмбера.
— Да ты чего? — громким шепотом сказал тот. — Забыл, как этот блудный космонавт нас кинул?
Горделивая осанка Кулио пропала. Он ссутулился и сунул руки в карманы, сделав вид, что не слышал бобровых реплик.
— Докладывай, где шлялся, — подбодрила его тетя Эмма, покровительственно почесав Куклюмбера за ухом.
— Только учти, что верить мы тебе будем очень не сразу, — ввинтил бобер, немного оттаявший под нежными когтями главкома.
Кулио совсем сник. Вздохнул и вымолвил:
— Простите меня.
Уперся взглядом в поцарапанный паркет.
— Да конечно прощ… — начал было Степан, но Куклюмбер толкнул его лапой в ногу.
— Это всё? — язвительно поинтересовался бобер у бывшего хозяина. — Куда же делось твое хваленое красноречие? На какой из планет ты его оставил, а? Или, может, ты потерял его тогда, в кафе? Вместе с совестью?
Повисла тишина, рвущая нервы почище пушечной канонады. Через несколько секунд за дверью шмыгнул носом Мох.
— Давай уж, — махнула крылом тетя Эмма. — Расскажи, какой ты подлец и негодяй.
— Это и так все знают, — не унимался Куклюмбер. — Но ты все равно говори: слушать такое — сплошное удовольствие.
Горгульи-штурмовики заклекотали.
— Простите меня, — еще тише повторил Кулио. — Я был полным идиотом. Я даже не знаю, как еще себя назвать…
— Подсказать? — услужливо вставил бобер.
— А может, это была темная магия Шу? Он мне в последнее время постоянно какие-то таблетки в щи подбрасывал, — поднял голову Кулио.
— Не прикидывайся! Антипохмелин он тебе подбрасывал, — разошелся Куклюмбер. — С Шу мы потом разберемся, а ты давай, валяй, дальше самоуничижайся! Мне это как бальзам на душу.
Кулио проглотил и эту обиду. Он собрался сказать что-то еще в свое оправдание, но тут его перебила тетя Эмма:
— Погоди-ка, погоди-ка, касатик… А как, кхе-кхе, ты на окошко забрался-то? Здесь не первый этаж все-таки.
— На гравилете, — ответил Кулио. — Я ж вас спасать прилетел. И Моха заодно поколотить! Как по телику увидал, что замок с этим негодяем штурмуют, так сразу и…
— Ха-ха-ха! — заржал Куклюмбер. — Посмотрите-ка только на него: спасать он нас прилетел! Какое самопожертвование…
— Жало вырву, — оборвал его Кулио, быстро возвращаясь к своему обычному наглому тону. — Я не для того на Землю вернулся, чтобы твою педагогику выслушивать, шкура! Я людей спасать прилетел! Вдуплил?
— О, узнаю старину Кулио, — мудро улыбнулась тетя Эмма. — А то последние пять минут он больше напоминал мне соплю в скафандре.
— Не дождешься, — огрызнулся шеф.
— Шарман, — рассмеялась тетя Эмма.
— На самом деле, — признался Кулио, — ваш прием с некоторой натяжкой можно назвать радушным. Когда я сунулся к Викингу с Киборгом, чуть дрыном по шее не огреб.
— Чуть подробнее расскажи, — попросил Степан, доставая ручку и блокнот, — а то у меня репортаж куцый получится.
Кулио обвел всех присутствующих взглядом и уловил, что от него ждут истории. Не стал выпендриваться.
— Мох, ты там крепко засел? — уточнил он.
— Щипцами не вырвешь, — заверил глава Ордена из-за двери. — Не томи уже, что там было-то?
И Кулио рассказал о том, что с ним произошло после распада Братства.
А Степан, жалея, что Викинг раздолбал его диктофон, законспектировал историю так подробно, как успел…
Глава 23История Кулио
— Я все еще верю в тебя, Кулио, — пробормотал журналист и вышел.
Кулио остался один.
Когда шум шагов стих, Кулио поднял голову и окинул взглядом пустое кафе. Выругался и встал. Спесь уже слетела с него, как треснувшая скорлупа с крепкого, но перезрелого ореха.
— Настоящий лузер — это я, — пробормотал Кулио, глядя в разбитое окно.
Он еще раз оглянулся, будто рассчитывал увидеть всех Братьев, стоящих в дверях.
Но там никого не было.
Лишь ветер гнал по улице мусор.
Кулио сплюнул и со всей дури врезал ботинком по ножке стола. Сел за барную стойку, плеснул в высокий бокал пива из крана, разбавил банановым ликером, долил текилой и залпом выпил зверский коктейль. Скуксился и прокомментировал:
— За похороны Братства. Прав ты был, шкура, напьюсь…
Через полчаса Кулио нетвердой походкой вышел из кафе, облокотился на столб и задрал голову вверх. По небу продолжали бежать подсвеченные пожарами облака.
— Фига два я так просто сдамся, — сообщил Кулио небу.
Он поплелся вдоль тротуара, волоча за собой на ремне гранатомет, в котором еще осталось целых три заряда. Увесистая железяка звонко загромыхала по брусчатке.
Метров через сто улица вывела Кулио на площадь. Здесь большая группа бесов праздновала победу. Увидев Кулио, рогатики довольно ощерились. Перегруппировались и окружили его.
— Не за эту ли грешную душу обещана награда? — услышал Кулио.
— Точно, точно, за него!
Кольцо сжалось плотнее.
— А ну прочь! — прошипел крупный бес, расталкивая остальных. — Мой экземпляр!
— Люлькин, вечно ты лезешь без очереди…
Кулио ухмыльнулся. Поднял гранатомет и выстрелил наугад. Правое ухо обожгло газами. Ракета со свистом стартовала. Чудовищным взрывом смело дюжину бесов, а самого Кулио ударной волной бросило на асфальт.
Но рогатики и не думали отступать. Место павших заняли новые, и кольцо вновь сомкнулось.
— Всех убью, один останусь, — предупредил Кулио краснорожую свору, поднимаясь на ноги.
Неизвестно, как он собирался сдержать обещание: до первого ряда бесов теперь оставалось метров пять, и стрелять из тяжелого оружия с такого расстояния было равноценно самоубийству…
Над головами раздался гул, стекла в окрестных домах затряслись. Воздух над площадью стал холодным и колючим, а через секунду с неба упала черная тень, разбросав нечисть во все стороны.
На перекрестке приземлился космический корабль. Серебристая обшивка еще дымилась от прохода через атмосферу, поляризационные стекла иллюминаторов быстро светлели, в соплах тихонько шелестела плазма.
— Безро! — воскликнул Кулио и припустил к звездолету.
Бесы, поняв, что награда уходит прямо у них из-под пятаков, отчаянно взревели и бросились наперерез.
Шлюз с шипением отворился. По телескопическому трапу сошел командарм Безро — инспектор отдела ссылок в отсталые миры.
Он быстро оценил ситуацию. Обернулся и крикнул в глубь корабля:
— Коваль, ну-ка шарахни по рогатым! Только не гравитатором, ты так полгорода разнесешь. Что? Нет, и нейтронной не надо… Да потому что здесь сила тяжести другая, Коваль! Как так? Что значит — гравиметрика? Слушай, это твоя обязанность знать что-то, а я командовать научен, ясно? Плазму тебе в печенку! Да шарахни уже хоть чем-нибудь!
Коваль шарахнул. Космический корабль класса «параллелоид», развернулся на сто восемьдесят, и из пушки с глухим чпоком вылетел снаряд. Воздух за спиной Кулио словно бы стал плотнее, очертания зданий и преследователей исказились, и через мгновение толпу бесов смело ударной волной, как букашек из пожарного гидранта.
Кулио споткнулся, грохнулся на карачки прямо перед Безро.
— Вадоыз’чуууКдадаррр, ыэзэтибука? — Командарм недовольно встряхнул нашейный переводчик. — Я чисто для проформы спрошу: это ты так планету спасаешь?
Кулио угукнул и, не вставая с четверенек, проворно заполз по трапу в космолет. Безро хмыкнул, поглядел на раскуроченную автобусную остановку и зашагал следом.
Шлюз закрылся. Корабль с гулом унесся ввысь…
Восемнадцать часов биосонарного сна с параллельным молекулярным массажем мозга слегка привели Кулио в чувство. Легче ему от этого не стало, но теперь он хотя бы не напоминал понаехавшего в нерезиновую гастарбайтера с тяжелым ручным оружием и лишними промилле в крови.
Кулио выбрался из барокамеры, уселся в кресло и нахмурился, закинув руки за голову. Мрачные мысли поплыли в его сознании, отвлекая и не давая спокойно обдумать всё, разложить по полочкам. Одно было ясно точно: Братство он потерял. И произошло это по его вине.
Дверь с шипением открылась. В каюту с чашкой кофе и свежими газетами зашел Безро.
— Очухался?
Кулио угрюмо посмотрел на него исподлобья и жестом потребовал чашку. В горле пересохло, язык не ворочался.
— Биосонар от бодуна не спасает, сам знаешь, — усмехнулся Безро, протягивая кофе.
Кулио, сморщившись, приподнялся в кресле и сделал пару глотков обжигающего напитка. Процедил сквозь зубы:
— Так и не научился готовить приличный кофе, командарм?
— Пошел ты, — беззлобно откликнулся Безро. — Во-первых, кое-кто забыл сердечно поблагодарить меня за спасенную шкуру. Во-вторых, неужели кое-кому не интересна причина, по которой я вообще ее спас?
— Во-первых, спасибо. Во-вторых, нет. А в-третьих, мне не удалось спасти Землю, Безро. Как раз наоборот. Так что ты поторопился.
Безро задумчиво посмотрел на россыпь звезд, мерцающих в иллюминаторе.
— На этой идиотской планетке настали темные времена, — командарм почему-то хитро взглянул на Кулио и добавил: — Неудачник.
Кулио выдержал взгляд.
— Ладно, — сдался он. — Колись, чего прилетел?
— Не знаю, — пожал плечами Безро. Надел очки и зашуршал прессой. — Сказали: доставить. Вот и прилетел.
— Кто сказал?
— Догадайся.
— Кто? — повысил голос Кулио.
— Президент, — промурлыкал Безро.
Кулио охнул, встал с кресла и с замиранием сердца прошептал:
— Я что… помилован?
— Может быть, — сказал Безро, перелистывая страницы. — Не знаю. Вводная была: доставить.