- Пойдем к трётлю, - сказал старейшина.
Скрытника поднялись со своих скамеек и неспешно зашагали по направлению к Карповке. Санька и Захар шли за ними.
Захар все еще не мог прийти в себя от изумления.
- Так ты своего Альшоля ищешь? - расспрашивал он Саньку на ходу. Что он тебе сделал? Неужели оказался подлецом?
- Дурак ты, Захар. Я люблю его! Люблю!
Захар только плечами пожал.
Скрытники, обрастая по пути сородичами, толпою свернули на Чкаловский и вскоре оказались у Карповки. Они осторожно перешли мост, который едва держался - настолько был ветхим.
Прошли влево: в полумраке белой ночи, на фоне светлого неба, возвышался темный силуэт монастыря - массивного, величавого, тяжелого.
- Здравствуй, трётль, - поклонился ему старейшина скрытников.
Каменная громада вдруг зашевелилась. Оказывается, это сидел на земле огромный великан, обхватив колени, он лишь издали казался каменным монастырем. Великан поднял лицо - оно было мохнатым, - взглянул ярко сияющими, зеленоватого цвета глазами, расправил волосатую грудь, шумно вздохнул и спросил:
- С чем пожаловали скрытные жители?
- Ты все знаешь, трётль. Ты породнен с камнем. Не слышал ли, в каком здании прямого мира прячется сейчас старик по имени Альшоль? И жив ли он?
- Как не знать?! Знаю, - громовым голосом произнес трётль.
И, конечно, и он жив, ты об этом прекрасно знаешь, потому что, если бы он умер, то все мы исчезли бы в сей же миг...
- Прости, старый пень, не подумал... - пробормотал старейшина, потупившись.
- Мы все поселились здесь, потому что пожаловал он - странник и исландец, старик с молодой душой, наш вечный поэт Альшоль, - продолжал трётль, а Санька слушала его, затаив дыхание, понимая наконец-то, откуда взялись чудеса. - Альшоль жив, но находится в беде, сказал трётль. - Он застрял в прямом мире, куда мне ходу нет.
Глава 11 Проводы приведения
Санька взяла с собой Захара не напрасно.
Во-первых, ей было все-таки боязно одной отправляться в оборотный мир. Во-вторых, она твердо решила не возвращаться домой, пока не найдет Альшоля. А нужно было иметь хоть какое-то пристанище. Поэтому рано утром, покинув скрытников, Санька и Захар ехали на Васильевский остров в коммунальную квартиру, где Захар жил со своими родителями.
От трётля удалось узнать даже адрес, по которому в настоящее время проживает Альшоль. Дом располагался на углу Каляева. Санька предложила по пути на Васильевский заехать туда и посмотреть это место. Захар согласился легко: пока они с Санькой съездят на улицу Каляева, родители Захара уйдут на работу, а значит, не надо будет объяснять им про Саньку - кто ,она и откуда взялась. Захар еще с вечера предупредил родителей, что идет к другу и останется у него ночевать.
На улице Каляева их ждал удар. Под указанным трётлем номером находилось здание за высоким забором, лишенное каких-либо вывесок. Расспросив прохожих, Захар узнал, что это - тюрьма.
- Это Мулдугалиев его туда засадил! - догадалась Санька. В душе она, как ни странно, обрадовалась. Тюрьма - все же не больница. Здоровье это главное!
Они поехали на Васильевский, по пути обсуждая планы освобождения Альшоля.
Захар уже знал не только настоящее имя Саньки, но и все подробности появления Альшоля на Земле, а также обычаи скрытников. Ему пришлось поверить и в то, и в другое, поскольку он видел все своими глазами. Захар присмирел, посматривал на Саньку с большим уважением и уже не пытался учить ее уму-разуму. Наконец он не выдержал и спросил:
- А ты действительно так любишь этого старика?
- Да, - твердо сказала Санька. - Только он не старик. Я же тебе говорила.
- Ноу него борода и волосы седые...
- Подумаешь - борода! Она ему идет.
- А я вот никого не люблю... - вздохнул Захар, искоса поглядывая на Саньку.
- Вырастешь - полюбишь, - рассудительно сказала она. - А чтобы любовь окрепла, надо вместе пройти испытания.
- А за что ты его любишь? - спросил Захар.
Санька задумалась.
- Любят не "за что", а "почему", - сказала она. - Потому что он - самый лучший! Самый умный и красивый! И самый талантливый! Посмотри, сколько он придумал всякой всячины - и скрытники, и трётли, и привидения...
- И привидения? - удивился Захар.
- Да. Ты еще увидишь...
Они приехали к Захару, поставили чай и принялись обсуждать - что делать дальше.
- Надо искать связи, - сказала Санька.
Захар вспомнил, что у одного его одноклассника отец работает прокурором: это был шанс. Однако одноклассник по имени Витя в настоящее время находился на турбазе под Выборгом. А без него идти к прокурору было неудобно.
- В чем же дело? - спросила Санька. - Бери билет и поезжай в Выборг.
- А ты?
- А я буду действовать здесь. Сегодня Кроша приезжает, мы ее тоже подключим.
Действительно, как-то незаметно подошел срок приезда подружки. Санька и радовалась, и волновалась за Крошу: это надо же - сколько новостей она услышит!
Они с Захаром вышли на улицу и расстались. Захар, записав телефон Кроши, отправился на Финляндский вокзал, а Санька - к Кроше на Петроградскую.
Подружки бросились друг к другу в объятия, расцеловались, а потом, отступив, одновременно воскликнули:
- Как ты загорела! - это Санька.
- Как ты похудела! - это Кроша,
- Похудеешь тут, - сказала Санька и принялась рассказывать Кроше свою невероятную историю.
Кроша ахала, охала, испуганно таращила глаза, а под конец, когда Санька пересказала ей прощальную записку Альшоля, даже всплакнула. Не медля ни секунды, подруги поспешили на улицу Каляева и там, хотя и не без труда, узнали, что гражданин Альшоль осужден на пятнадцать суток за бродяжничество и что передачи ему не полагаются.
Вечером Саньке очень захотелось позвонить маме, успокоить ее, но она этого не сделала. Мама будет плакать, просить ее вернуться... А как же Альшоль?
Санька заночевала у Кроши под благовидным предлогом. Половину ночи подружки прошептались о самом интересном и тайном - о любви. Кроша еще не испытала этого чувства, хотя в Крыму на пляже ей понравился один молодой человек. Ему было девятнадцать лет, он приехал из Москвы и звали его Алексей. Однако он приехал со своей девушкой, поэтому Кроша лишь смотрела на него издали и восхищенно вздыхала. Он тоже казался ей довольно старым, но не таким, как Альшоль.
- Ты с ним целовалась? - спросила Кроша Саньку.
- Да, - кивнула Санька. - У него борода мягонькая!
- А дети у вас будут, когда вы поженитесь? - спросила Кроша.
- Обязательно! Пять человек, и все - исландцы!
Кроша позавидовала подружке: у той будут исландские дети, а у Кроши еще неизвестно какие.
Наконец они уснули.
Захар появился около восьми вечера, когда родители Кроши уже были дома. Крошина мама принялась готовить ужин, а Захар конфиденциально сообщил подругам новости.
Новость первая: Альшоль получил пятнадцать суток за бродяжничество. Каждый день его возят на стройку
убирать мусор. Эта новость для девочек новостью уже не была.
Новость вторая: по постановлению прокурора прямо из тюрьмы Альшоль будет отправлен в специальный дом для престарелых с психическими отклонениями. Дом этот находится почему-то в Воронеже.
Новость третья: в протоколе допроса, как узнал Захар, было зафиксировано, что Альшоль просил отправить его в Исландию.
"та новость поразила Саньку больше всего.
- Как он мог? А я?! - слезы сами собой навернулись на ее глаза.
- Дети, ужин готов! - позвала Крошина мама.
Пришлось отложить переговоры.
Захар произвел на Крошиных родителей очень приятное впечатление своими манерами и тем, что после каждого слова говорил "спасибо" или "пожалуйста". Санька заметила, что Кроша тоже приободрилась и заинтересованно поглядывала на Захара.
Разговор за столом был, как обычно, абсолютно неинтересный: про температуру воды в Черном море, про экологическую обстановку в Крыму... В углу комнаты еле слышно что-то свое бубнил телевизор.
Вдруг Крошина мама, только что откусившая кусочек пирожного, стала возбужденно тыкать пальцами в экран. Все обернулись к телевизору и увидели на экране Санькину фотографию, сопровождаемую текстом:
- Позавчера вечером ушла из дома и не вернулась Саша Токарева тринадцати лет. Всех, кто знает что-либо о ней или ее местонахождении, просят позвонить по телефону... - И доктор назвал номер Санькиного телефона.
За столом возникла звенящая тишина.
- Саша... - начал Крошин папа, неловко разводя руками. - Может быть, ты объяснишь...
- Господи, да что тут объяснять! - Крошина мама нервно метнулась к телефону. - Вы представьте, мать два дня не находит покоя! Немедленно звонить! - она протянула снятую трубку Саньке.
Санька поникла: Крошина мама была абсолютно права.
Ну а дальше все было, как обычно бывает в таких случаях: слезы, упреки, объяснения и наконец долгожданное прощение... Дело кончилось тем, что через полчаса вся троица - Санька, Кроша и Захар - уже стояла у двери Санькиной квартиры.
Мама открыла дверь и заключила Саньку в объятия, плача от счастья и обиды одновременно.
- Как ты могла, как ты могла... - повторяла она, рыдая.
Вдруг мама отодвинулась от Саньки и округлившимися глазами взглянула на что-то, находившееся за Санькиной спиной, на лестничной площадке, потому что дверь еще не успели закрыть.
Кроша, Захар, а за ними и Санька тоже обернулись, повинуясь маминому взгляду, и увидели привидение Софью Романовну, которое стояло перед дверью, сложив руки у живота, как это делают оперные певцы. Привидение, коне"но же, было в своем излюбленном подвенечном платье.
- Я зашла попрощаться, - сказало привидение.
- Мамочка, не бойся! - воскликнула Санька. - Это же Софья Романовна...
- Проходите, пожалуйста!
Привидение вошло в квартиру и последовало на кухню - оттуда с радостным мяуканьем выскочила Аграфена. Привидение подхватило кошку на руки и пошло дальше. В кухне оно уселось на диванчик, не выпуская кошку, и сказало вошедшим следом Санькиной маме и остальным: