Даниил его выслушал, признал, что это возможный вариант развития событий, и обещал перезвонить. Марк тем временем наблюдал за задним двором через окно. Выходить туда, когда вольер открыт, он не рисковал.
В присутствии Евы гиена вела себя как комнатный песик. Прыгала за мячиком, заглядывала в глаза хозяйке и даже подавала лапу. Марк сильно сомневался, что это нормальное поведение для такого зверя. Собирая информацию про этот вид, он ничего позитивного не прочитал. Но Табата, словно назло науке и статистике, продолжала поражать.
Он все еще смотрел на них, когда перезвонил Даниил.
– Не сделали, – коротко сообщил Вербицкий. Голос у него был не слишком веселый, хотя бурного выражения эмоций адвокат себе в принципе не позволял.
– Что не сделали?
– Нос не осмотрели. Теперь осмотрели. Нашли частицу какого-то вещества, отправили на анализ, хотя, судя по их блеянию, они не слишком знают, куда такое отправлять.
– Можно с Эриком связаться, – предложил Марк. – Он разбирается и в нестандартных наркотиках.
– Дело в том, что, по предварительной оценке, это не совсем наркотик…
Эта реплика и вовсе смущала…
– А что тогда?
– Точно, конечно же, неизвестно. Но… они говорят, что это очень похоже на частицу какого-то засушенного растения.
– Шокирующего ничего не вижу, бывают наркотики и из перетертых трав, – отметил Марк.
– В том-то и дело, что это не перетертая трава. Уже сейчас мне сказали, что частица растения слишком крупная для наркотика.
– И как это понимать?
– Не знаю, – сказала Даниил и, подумав, добавил: – Но ведь это твоя племянница указала, что можно таким образом что-то найти. И оказалась права.
– К чему ты клонишь?
– Пока идет анализ, ты ей можешь рассказать, что мы нашли кое-что интересное. Поинтересуйся, что она предлагает делать дальше. Ее мнение полезно, согласись!
Ее мнение полезно, но не всегда адекватно, вот в чем проблема! Тем не менее спорить с Даниилом не имело смысла. Такое уже случалось раньше: если Ева угадала, это может быть не одиночная удача, а показатель того, что она вышла на нечто важное.
Так что, дождавшись, когда девушка закончит возиться с Табатой, Марк вкратце пересказал ей свою беседу с Даниилом.
– И что бы ты сделала теперь? – в завершение поинтересовался он.
– Не что я бы сделала. Что я говорю сделать вам.
– Пусть так. Предложения будут?
– Будут. Вскройте черепную коробку и посмотрите, что там у нее с мозгами, – как ни в чем не бывало произнесла Ева.
Дорога вилась вперед светло-серой лентой. И то ли участок это какой-то ненормальный попался, то ли от одной извечной беды Россия избавляться начала, но качество радовало. Ехать было легко и приятно – с открытыми окнами, свежим ветром в салоне и пролетающими мимо деревьями.
Поездка вообще превратилась бы в пикник, если бы не ее основная цель. Но об этом можно было подумать позже, а пока – наслаждаться настоящим моментом.
– Как это Даниил тебя отпустил? – удивилась Вика. – И даже охраной не снабдил!
– А, пустяки! – отмахнулась Агния, сидевшая за рулем. – Он и сам признает, что мне иногда полезно выбраться из дома. Развеяться! Киндеры у меня, конечно, классные, но у них черный пояс по сведению с ума. Особенно у Лисенка.
– Я не о том, что тебя из дома выпустили, а о цели поездки!
Разговор с женой учителя, который первым собирался украсть бриллианты, стал ее инициативой. Еще не было никаких доказательств того, что он был связан со Смирновой, но даже если нет, все равно нужно убедиться, что он работал один!
Его вдове печальные новости уже сообщили, но она особого расстройства не проявила. Скорее она казалась почти радостной, когда узнала, что ей выплатят компенсацию. Больше ее допрашивать не стали… Да и оснований не было.
Но Вика все равно хотела попробовать. Это все-таки проще, чем бродить по клубам, выискивая следы Смирновой! А в хорошую погоду, да на своем автомобиле вообще замечательно.
– Цель поездки у нас очень мирная, – рассудила Агния. – Ты не думай, что это так, выстрел вслепую… Дани сам проверял эту вдовушку, ни с кем особым она не контактировала, за ней не следят. Поэтому он считает, что мы понапрасну тратим время. Но поскольку мы тратим его на свежем воздухе, то я получила его супружеское благословение. И если уж на то пошло, то это я должна удивляться, что тебя выпустили погулять!
– Почему это?
– Потому что твой благоверный больше наседку напоминает!
– Только по делу, – отозвалась Вика. – В данном случае я же не к мяснику сумасшедшему еду! Да и потом, судя по всему, главной нитью он считает все-таки Натали. А учитель этот – так, отчаявшийся отец. Поскольку речь зашла о повторном вскрытии, он решил, что я заинтересуюсь и полезу смотреть, вот и отправил меня из города. Только я бы все равно не полезла… Брр, не хватало еще на такое смотреть!
Они свернули к довольно большому поселку. В отдалении просматривались вполне современные многоэтажные дома, но их интересовал частный сектор. А там наблюдалась деревенская идиллия: деревянные постройки, пышно заросшие участки, теплицы и огороды.
Дом, в котором жила вдова Артема Маревича, был одним из наименее ухоженных. Зеленая краска на стенах выцвела и сильно шелушилась, грядки скрылись под травой, под крышей виднелись темные пятна, свидетельствовавшие о протекании, а ржавая телевизионная антенна вообще валялась на земле.
– А ведь у людей городская квартира есть, – заметила Агния, заглушая мотор. – Я все понимаю, природа, но… больному ребенку, сдается мне, цивилизация нужна больше пения птиц!
– Ему отец больше пения птиц нужен, это точно. Не представляю, из-за чего они так поссорились в этой ситуации.
Девушки не успели подойти к калитке, как навстречу им выскочила молодая женщина в ярко-красном махровом халате. Она была такой же неухоженной, как и дом, и смотрела на гостий с явной настороженностью.
– Вы кто такие? Если вы из банка, то мне переоформили выплаты по кредиту. Деньги у меня скоро будут, я с вашим менеджером разговаривала!
– Мы не из банка.
– А откуда тогда?
– Мы приехали поговорить о вашем муже, – сказала Вика и, увидев в глазах женщины недовольство, быстро добавила: – Это связано с полагающейся вам компенсацией.
– Это обязательно?
– Только в том случае, если вам нужны деньги, – сообщила Агния.
– Вы надолго?
– Перепишем кое-какие данные, сделаем копии документов и уедем…
Чувствовалось, что женщине совсем не хочется пускать посторонних в свой дом. Но отказаться от компенсации она не могла, поэтому помогла им открыть покосившуюся калитку.
– Ладно, проходите. Вот тут, на крыльце, присядем!
На деревянном крыльце стояли пластиковые стулья и стол, настолько грязные и потертые, что казалось, они перекочевали сюда прямиком со свалки. Вика понятия не имела, что нужно делать с мебелью, чтобы довести ее до такого состояния. Сюда ведь даже дождь не попадает!
– Какие документы вам нужны? – мрачно спросила вдова.
– Ваш паспорт, свидетельство о браке, свидетельство о рождении ребенка, – тут же отрапортовала Агния.
– Сейчас, ждите.
Она ушла в дом, оставив гостий одних. Улучив момент, Вика осведомилась:
– Будем продолжать в том же духе?
– Ага, иначе она не заговорит, голову на отсечение даю!
– А если настоящие соцработницы явятся?
– Не явятся. Это пособие – исключительно инициатива Щербакова – после того, как он узнал про больного ребенка. Ему документы на фиг не нужны.
– Поняла, – кивнула Вика. – Значит, наглеем по полной программе.
Вдова Маревича вернулась с тонкой пачкой документов. Агния показательно сфотографировала их, заявив, что это полноценная замена ксероксу. Вика же тем временем поинтересовалась:
– Почему вы не жили вместе с мужем?
– Потому что он тряпка и неудачник! – со злостью выпалила женщина. – Я даже удивлена, что он хоть после смерти что-то путное смог сделать!
– У него были проблемы с заработком?
– Он был учитель! Учитель – это вообще синоним «проблемам с заработком»! Причем дебил редкий… С учениками этими своими занимался совершенно бесплатно, вопил, что он в ответе за них! А в результате у него не оставалось времени даже на репетиторство! А его ученики что? Совесть у них проснулась? Всех из школы на роскошных автомобилях забирают, а ему благодарность выражают всякими конфетами, букетами и бутылками! Он не пил и даже это передаривал! Мне что, ребенка конфетами и цветами кормить?
– Вы ведь знали, за кого замуж выходили, – заметила Агния. – Судя по всему, учителем он работал еще до свадьбы.
– Я думала, что смогу заставить его одуматься! Нормальную работу найти! И нашла! У мужа моей подруги фирма своя, там строители всегда нужны! Получают очень хорошо!
– Так ваш муж же учителем русском языка был, – удивилась Вика. – При чем тут строительство?
– Что, высшее образование в словоблудии получить смог, а строить дома не научился бы?! Он тоже что-то такое блеял… Что он любит учить, ему дороги ученики. И опять – что не может их бросить, про ответственность что-то плел. Зато перед своей семьей у него ответственности нет! Это ведь из-за него у нас ребенок больной родился!
– А вот с этого места поподробней: почему из-за него?
– Потому что у него в роду все с болячками были какими-нибудь! – уверенно заявила вдова. – У матери его сердце больное, у сестры – почку удалили.
– Это не имеет никакого отношения к ДЦП вообще-то…
– Это показатель нездоровья! А у меня в семье все здоровые были! Так он мало того что больного ребенка зачал, так еще и содержать его не мог! Слушайте, какое это вообще отношение имеет к выплатам? Я обязана об этом говорить?
– Без присутствия адвоката – не обязаны, – с невинным видом сообщила Агния. – Но мне кажется, нам всем будет проще, если мы разберемся с официальными моментами вот так, в дружеской обстановке, а не будем ездить туда-сюда по десять раз! А то ведь и вас в Москву вызвать могут!