Пользуясь свалившейся свободой, Лисита вместе с Ольвильдой отправлялась в какой-нибудь лазарет, чтобы на практике отточить и укрепить знания. А возможности попрактиковаться, учитывая недавно отгремевшую войну, находилось больше чем достаточно.
Удачно продвигались дела и у детей Гнивера и Ольвильды. Трое их старших детей обучались в высших студиях, естественно в магических группах. А маленькая Грельда, которая всего на полгода была старше Милены, пока постигала азы магии дома. Старший сын Гнивера, Корул, в свои двенадцать лет являлся очень даже неплохим боевым магом, чем не могли нарадоваться отец и прадед. Лената, которая была младше своего старшего брата на два года, пошла по пути матери, и больших успехов достигала в лекарском направлении магии. Ну а шестилетний Тамрон, пока еще не определился, какое направление ему ближе всего, поэтому обучался всему в равной степени.
Катан не мог похвастать такими успехами, которыми блистали остальные Осколы, что его очень угнетало. Но ни Руткер ни Гнивер, не жалели усилий, чтобы обучить члена семьи чему-то новому, и дело не стояло на мертвой точке.
Прошел почти год, со дня окончания войны, и смерти Лориана с Дангалом. Империя почти оправилась от нападения гробросцев. Отстроили города, крепости и укрепления, люди вернулись в восстановленные дома, и старались забыть о тех страшных днях, когда враг пришел на их землю.
Лисван показал себя умным императором. Не таким жестким, как его отец, но не менее твердым. За короткое время он сумел завоевать любовь подданных, и наладить в империи спокойную мирную жизнь. Армия восстановила свои силы за счет новобранцев, и новых выпускников военных академий. Исходя из того, что в войсках сказывалась нехватка командиров различных уровней, требования к выпускникам академий значительно упростили, а так же укоротили время прохождения практики в войсках.
Сумел укрепить свой легион и Гартош. Благодаря его стараниям и увеличившимся вливаниям из казны, количественный состав легиона вырос до двух с половиной тысяч. Что было конечно вдвое меньше, чем до войны, но больше, чем сразу после окончания оной.
Наладившаяся жизнь, даже позволяла отдохнуть и совершить небольшое путешествие. Отдохнуть Гартош с семьей и каррлаками решили отдохнуть на море, неподалеку от Ашуры. В сам горд-порт командор решил не соваться, тем более с детьми, а занял небольшой дворец, в десяти минутах ходьбы от уютной бухточки, и столько же минутах езды на лошади от рыбачьего поселка, из которого два раза в день привозили свежую рыбу, креветок, крабов, моллюсков, и прочие дары моря. Хозяин дворца, любезно предоставив свое жилище одному из всемогущих Осколов, в свою очередь отправился в путешествие по Виктании. Подальше от таких гостей…
Каррлаки радовались отдыху на море не меньше чем дети, и это понятно, моря они еще не видели. Оборотни носились по берегу и дурачились как сумасшедшие, сумев втянуть в веселье даже Гартоша и Лиситу. Аруш поймал на берегу краба, величиной с кулак, и побежал показывать его детишкам. Но житель моря не пожелал быть игрушкой и вцепился каррлаку в нос, за что тут же был сожран.
Гвала так же нашла красавца краба, даже большего чем поймал Аруш. Она расколола панцирь морского обитателя, и честно поделилась нежным мясом с Миленой.
Лисита посмотрела на это с легким беспокойством:
– Гартош, Гвала кормит Лиситу сырым мясом, не повредит ли это нашей дочери?
– Не беспокойся, у Гвалы прекрасное чутье, она лучше нас с тобой знает, что можно нашей малышке, а что нет. Думаю, если бы у нее были хоть малейшие сомнения, она не кормила бы Милену.
Словно в подтверждение этим словам, Аруш – безволосый и гладкий как тюлень – вытащил из моря осьминога, величиной с половину себя самого. Осьминог отчаянно сопротивлялся, и все норовил опутать голову неожиданно свалившегося врага. Но каррлак извлек уроки от встречи с крабом и наверняка сделал свою шкуру непробиваемой. Подбежавшая Гвала помогла своему другу разделить осьминога на удобносьедаемые части и употребить их, выбросив остатки в море. Милена в этот раз осталась без своей доли.
– Видишь? – приобняв жену сказал Гартош. – Гвала прекрасно понимает, что сырое мясо осьминога нашей дочери не подойдет, так что не переживай за них. Лучше пойдем, прогуляемся, вон к тем скалам.
– Зачем? – удивленно приподняла брови Лисита.
Гартош выразительно посмотрел на фигуру жены, плотно облепленную мокрым платьем для купания, и сохранившую прекрасные формы, даже несмотря на рождение троих детей:
– Осьминога будем ловить.
Лисита порскнула в кулак:
– Так уж и осьминога. Осьминога с одним щупальцем не бывает.
– Тогда морского змея, – тут же нашелся Гартош.
– Разве что змея…
Гартош вскочил на ноги и легко, словно пушинку поднял жену. Полуобернувшись, он выкрикнул распоряжение:
– Аруш, Гвала, присмотрите здесь пока. Мы скоро вернемся.
– Вы куда? – всполошился каррлак, заподозрив, что может пропустить интересное приключение. Но Гвала укусила его за бок, и оборотень понятливо крикнул вдогонку. – Не беспокойтесь! Можете не торопиться! Занимайтесь своими делами! Но к вечеру мы вас ждем! Или хотя бы к утру!
Осколы уже скрылись за скалами, но их все еще нагоняли напутствия Аруша.
…Лисита и Гартош освободились намного раньше, чем к вечеру. Возвращаясь к детям, они брели по самой кромке воды, взявшись за руки и загребая ногами ласковые языки волн. Идиллия. Неужели все это может кончиться? У Гартоша сжалось сердце, и так же непроизвольно сжались кулаки.
– Что случилось? – взглянула на него Лисита, уловив изменения в настроении мужа.
– Так, подумалось… Не хочется, чтобы вся эта благодать закончилась.
Лисита прижалась к мужу:
– Мы совсем справимся, не сомневайся. Примерно так, как Аруш с Гвалой справляются вон с той рыбой, – и Лисита со смехом указала на каррлаков.
– Слушай, похоже, что пока нас не было, каррлаки выловили все съедобное в этой бухте!
– Похоже на то, – согласилась Лисита.
Супруги подоспели к тому моменту, когда оборотни дочищали хребет полуторашетовой рыбины.
– А быстро вы! – аппетитно чавкая, заметил Аруш.
– Испугались, что вы выловите в море все живое, – объяснил Гартош.
– Не переживай, здесь на всех хватит, – беспечно отозвался каррлак и тяжело поднялся на ноги. – Ого! А эта рыбка действительно оказалась лишней!
– Рыбка, – хмыкнул Оскол.
– Ладно, верну то, что осталось морю, и на сегодня, пожалуй, хватит.
Аруш затащил хребет и голову в воду, и, вернувшись, тяжело плюхнулся рядом с супругами:
– Хорошее здесь место, рыбное. Надо было, когда давали, дворец поближе к морю выбирать.
– По-моему, в Коньсуре, ты тоже находишь кого сожрать, – ответил Оскол.
Аурш не ответил, а почти сразу захрапел.
– Пойду искупаюсь, – поднялся Гартош. – Ты идешь?
– Нет, – Лисита улыбнулась. – Я немного устала и отдохну. А ты иди, я за тобой отсюда понаблюдаю.
С улыбкой взглянув на толстопузого каррлака, Гартош зашел в воду. Теплая прозрачная вода приняла командора ласково, словно родное дитя. Гартош не спеша зашел в поглубже и нырнул. Нырять он любил, ведь под водой находился свой мир, обитатели совсем не боялись пришельца. Маленькие разноцветные рыбки безбоязненно подплывали к человеку, тыкались в живот и ноги, словно норовя попробовать новенького на вкус.
– «Рановато меня кушать», – улыбнулся рыбешкам ныряльщик и вынырнул за новой порцией воздуха. Он помахал рукой жене и детям, и снова погрузился в бирюзовый мир. Мир зеленых, красных и желтых водорослей, мелких любопытных рыбешек, лениво плывущих мимо медуз, ползающих по дну крабов и солнечных зайчиков над головой.
Любопытные рыбешки остались на месте, но теперь они были не одни. Между дном и поверхностью застыла русалка, восторженно рассматривая человека огромными, слегка раскосыми глазами. Неожиданное появление морской обитательницы ошарашило Гартоша, хотя и ненадолго – подсознательно он ожидал такой встречи, и, в глубине души, надеялся на нее. И вот она, морская красавица, с божественной фигурой, нежной кожей, идеальной формы грудью, пухлыми губками. Оскол вдруг вспомнил, что нужно дышать, и судорожно заработал конечностями. Вылетев на поверхность, он поспешно наполнил горящие легкие свежим воздухом. Лисита стояла на берегу, встревожено всматриваясь в море – то ли муж долго не всплывал, то ли почувствовала что-то.
На поверхности русалочье наваждение прошло и захотелось на берег, к жене и детям. Гартош сильными гребками устремился подальше от глубины, с ее соблазнами, опасаясь, что хозяйка морской пучины не пожелает так просто отпустить человека, и станет хватать его за пятки. Но русалка не задерживала гостя, хотя он чувствовал, какое нею овладело разочарование.
Лисита зашла по колена в воду, и с тревогой в голосе задала вопрос:
– Что там случилось?
– Где? – попытался прикинуться дурачком Гартош.
– В море! – уже сердито уточнила Лисита.
– Ничего. А с чего ты взяла, что там что-то случилось?
– Да так, почувствовала кое-что. Да и выглядишь ты… чересчур возбужденным.
– Тебе показалось, – буркнул Гартош, и ступил на песок.
– Без меня больше купаться не пойдешь! – решительно заявила Лисита.
– Да я вообще больше купаться не пойду, – ответил муж и пошел одеваться.
Явно почувствовав что-то женским чутьем, Лисита посмотрела на море уже не столь дружелюбно.
XVIII
После короткого, но впечатляющего отдыха на море, Гартош вновь погрузился в проблемы легиона, изредка отвлекаясь на семейные дела.
Полевые учения, которые Черный Легион проводил неподалеку от Аргатных гор, были в самом разгаре. Командор стремился побыстрей обучить боевым приемам новых бойцов и единорогов, которыми недавно пополнился легион. Вновь прибывших командор распределил так, чтобы в каждом полку находилось примерно равное количество боевых единиц. Так как наименьшие потери понес третий полк под командованием Вирона, в него попало меньше всего пополнения, и естественно он считался самым опытным и боеспособным подразделением. Поэтому именно третий полк чаще всего играл роль противника, которого непременно нужно уничтожить.