Повторный поединок с Никором, теперь уже в ховарской борьбе, Гартош проводил хорошо отдохнувший и проинструктированный Сирелом. И теперь пришел триумф виктанийцев. Никор был, конечно, знаком с ховарской борьбой не понаслышке, и кой-чего умел, но тягаться с лучшим борцом среди второлеток Южной Высшей Военной Академии, ему оказалось не под силу. Хотя нужно признать, этот поединок не вызвал такого ажиотажа как первый. Тарты не очень уважительно относились к ховарской борьбе. Не очень расстроился и Никор.
– Один, один, – великодушно согласился он, смотря на сияющее лицо Гартоша.
Для Никора эта победа была то же самое, как если бы Гартош его переплюнул, в прямом смысле слова. А вот бой Сирела с двумя лучшими борцами в тартской борьбе, получил большую огласку, и вызвал немалый интерес. И заслуга в этом была именно Сирела. Он победил всех своих соперников в ховарской борьбе (в том числе и жеранцев), причем сделал это так эффектно, что расшевелил публику, до этого не особо обращающую внимание на поединщиков. И вот теперь он один против двоих.
На площадку вышли два борца: один представитель Жирта, другой Юквара. Мощные фигуры, бугрящиеся мышцы, на свирепых лицах решимость поломать любого кто попадет к ним в руки. Вышедший вслед за ними, в общем-то, немаленький Сирел, выглядел как-то несерьезно. Публика встретила его появление двояко: в основном насмешливо, но были и одобряющие крики. Видимо нашлись смельчаки, поставившие деньги на виктанийца, все-таки он неплохо показал себя в предыдущих боях. Да и земляков из Виктании здесь оказалось немало.
Судья ударил в гонг, и переглянувшись, тарты начали обходить своего нового виктанийского друга с разных сторон. Непримиримые до сего момента соперники, забыли на время свои разногласия, и сейчас с особым удовольствием собирались надрать задницу этому выскочке.
Спокойно дождавшись, когда его соперники разойдутся окончательно, Сирел рванул к ближайшему из них и, поднырнув под широко расставленные руки, нанес сильный удар в корпус. Затем, выскочив за спиной тарта, ударил пяткой в тот же бок. Не было видно, чтобы тарт особо пострадал, борцы такого класса могли долго терпеть боль, но начало было положено, Сирел показал, что не намерен бегать от соперников. Второй тарт действовал более осторожно и собрано. Он несколькими быстрыми движениями попытался взять Сирела в захват. Тот нанес по рукам борца пару сильных ударов, а затем дал захватить свою ногу. Зачем он это сделал, стало ясно несколько мгновений позже. Борец стал выкручивать виктанийцу ногу, и Сирел пользуясь руками тарта как подставкой и рычагом, нанес ему сильнейший удар в незащищенную голову. Удар в висок был настолько силен, что Гартошу показалось, что он услышал треск ломаемых костей.
Через пару секунд тарт оказался на полу, а Сирел на ногах. Над площадкой повисла напряженная тишина, зрители больше не свистели в адрес Сирела и не подбадривали своих любимцев – только что одного из них вырубили начисто, и многие подозревали что насовсем.
Оставшийся тарт не спешил атаковать, и Сирел напал сам. Он осыпал своего противника ударами со всех сторон. Нанес удар в коленную чашечку, несколько ударов по локтям, еще несколько по печени, и тарт отступил. Он привык держать противника в своих сильных руках: давить, ломать, выворачивать, а не кружиться как медведь на пассике.
В конце концов, Сирел остановился. Загнанный в угол площадки тарт, стоял в стойке кулачного бойца, закрывая руками голову и корпус, о нападении он больше не думал. Всем стало понятно, при желании виктаниец мог измочалить своего соперника, и то, что он не стал этого делать, лишь добавило ему уважения.
Сирел протянул Тарту руку, тот, секунду поколебавшись, пожал ее своей огромной лапищей. Гартош вдруг испугался, что тарт надумает применить какой-нибудь прием, но тот до подлости не опустился. Зрители приветствовали благородный жест виктанийца сдержанными одобрительными криками.
С площадки унесли поверженного борца. Он был жив, но вряд ли скоро сможет выйти на площадку для борьбы. Если вообще сможет.
– Хорошо, что он вырубил борца из Жирта, а не нашего любимца. Тут бы такое началось – Никор провел взглядом выносимое тело, и тихонько пробормотал. – На одного соперника в следующий раз меньше. – И громко добавил. – И я беру свои слова обратно, насчет ховарской борьбы.
В фехтовании принимали участие все виктанийцы. У Гартоша в соперниках ходил само собой Никор, а остальные участвовали в официальных состязаниях. Практически все прибывшие на праздник виктанийцы, прекрасно владели многими видами холодного оружия, особенно преподаватели, да и академиеры слабаками не были. А Сирел так вообще оказался мечником виртуозом.
Вирон и Алькон неплохо показали себя в поединках мечников (здесь им вновь пришлось встретиться с жеранцами), а Терес стал одним из лучших в конно-сабельных состязаниях. Поединщики здесь, как и во всех подобных состязаниях, пользовались защитными щитками и затупленным оружием.
Пришла очередь и Гартоша с Никором решить свой затянувшийся спор.
– Как гость ты имеешь право выбрать оружие, – с легкой улыбкой сказал Никор. – Что выберешь в этот раз?
– Тоже самое. Саблю. Только теперь обойдемся без кинжалов.
Никор удивленно приподнял бровь.
– Почему ты вновь выбрал саблю? Я знаю, ты один из лучших мечников в своей группе, и был уверен, что выберешь именно меч.
Гартош пожал плечами.
– Мы тогда с тобой дрались на саблях, я подумал, зачем изменять традициям.
– Как хочешь. Сабля так сабля. Хотя, если честно, я готовился к поединку на мечах.
– Извини, что разочаровал тебя.
Никор рассмеялся.
– Нисколько! Сабля, это мое любимое оружие.
– Тогда за дело!
Они вышли на круглую площадку, посыпанную крупным желтым песком. Гартош ковырнул носком сапога.
– Хороший песок, крупный.
Никор улыбнулся в ответ.
– Я думаю, что в этот раз обойдемся без прошлых фокусов.
Ударил гонг и поединок начался. Со звоном встретились и разлетелись сабли, не сговариваясь, Гартош и Никор обошлись без прощупываний и вступили в настоящую рубку. Наставники Гартоша недовольно хмурились, академиер начал поединок не совсем так как его учили и как планировали. Судя по возмущенным возгласам со стороны тартов, Никор также поступил по-своему. Лишь лорд Шаркор наблюдал за поединком молча.
А Гартош отбросил все домашние заготовки и доверился своему инстинкту и реакции. К тому же фехтовать с таким великолепным бойцом как Никор, было одним удовольствием, тем более зная, что этот поединок не до смерти.
Быстрые и мощные атаки Никора сменялись атаками Гартоша, и пока никто не смог найти слабинку у другого. Попытка Гартоша (впрочем, без всякой надежды на успех) еще раз попробовать выбить саблю из рук противника, закончились тем, что Гартош чуть сам не потерял оружие. Он отступил и выразительно посмотрел на Никора – растешь малыш. Взгляд Никора ответил не менее выразительно – мы и не такое умеем. Умел он действительно многое: атаки снизу сменялись атаками сверху и сбоку, колющие, рубящие, комбинированные удары, попытки заманить противника в ловушку. Но и Гартош с пользой провел этот месяц, и ни в чем не уступал тарту.
Бой продолжался уже около получаса, и все шло к тому, что победит самый выносливый. Зрители начали терять терпение, уже не было подбадривающих криков, советов, одобрений или осуждений. Потерял терпение и князь Юквара. Он подал знак судье, и тот остановил бой.
– Достаточно, – сказал лорд Шаркор. – Вы показали себя отличными бойцами, достойными друг друга. И я думаю, что для побратимов не так уж важно кто сильней. Или я ошибаюсь?
Никор и Гартош переглянулись и воткнули сабли в песок. Честно говоря, ни одному, ни другому особо не улыбалось продолжать этот бой: оба порядком устали, а исход боя как был неясен вначале, так был неясен и сейчас.
– Мне кажется, что на этом можно закончить – Никор вопросительно посмотрел на Гартоша.
– Согласен, – кивнул тот.
– Вот и хорошо. Отдыхайте, веселитесь. Я так понимаю, что в кулачных боях и в поднятии тяжестей вы принимать участие не будете, так что у вас есть свободных два дня. – Князь Юквара развернулся и уже уходя, бросил сыну. Через два дня будь готов. Лекгарета спуску не даст.
Два дня пролетели как один. Друзья в точности постарались выполнить указания лорда Шаркора. Было выпито изрядное количество спиртного. Было посещение всех состязаний, где хоть и не участвовали, но очень бурно болели – все равно за кого. И самое главное: была еще одна незабываемая ночь, проведенная в компании с веселыми жрицами Фритты. Только ради этого стоило приехать в Рикгет – девочки здесь оказались отменные.
А скачки Никор все-таки выиграл. Гартош подшучивал, что здесь главная заслуга не Никора, а Тереса. Перед скачками он всю ночь провел вместе с Лекгаретой, и на утро та выглядела несколько утомленной. Никор без разговоров выставил Тересу несколько бутылок отличного вина, которые тут же опустошили.
Расставались Гартош с Никором, как настоящие друзья. О схватке на берегу Акары оба вспоминали с иронией, и даже были рады, что она состоялась. Ведь именно из-за нее Гартош оказался в Рикгете, где славно повеселился со своими друзьями и побратимом, и даже нашел новых друзей среди тартов. На прощание Никор взял со своих новых друзей слово – на следующий год они снова приедут в Рикгет.
VII
В конце третьего года обучения, лучшим академиерам поручили очень важное задание – помочь королевству Ларф в борьбе с нечистью. Нечисть особенно досаждала именно этому королевству. Легенды говорили, что давным-давно, один из королей Ларфа, проклял свой народ за то, что они изменили своим богам и приняли чужих. С тех пор нечисть изрядно портила кровь жителям этого королевства.
Бывали времена, когда кровожадные вампиры, вурдалаки, оборотни, зомби и прочие, буквально опустошали многострадальный Ларф и даже организовано переходили границы с сопредельными государствами. Добирались они и до Виктании.