Бросив взгляд на обескураженных посетителей, майор убрал документ в папку и, снова сложив руки в замок, с победной улыбкой уставился на посетителей, ожидая, что те скажут.
— Прошу прощения, господин майор, а как насчет запросов на штатные единицы с положительным отягощением? — спросил Ферлин, видя, что Джек совсем пал духом.
— Вы имеете в виду частных владельцев и операторов систем вооружений?
— Да, господин майор. Эти нормы еще действуют?
— Они не только действуют, они еще и значительно расширены. А у вас что, есть личный истребитель?
— Нет, сэр.
— То-то и оно. А те, у кого есть свой самолет, не очень-то стремятся на войну, им и так хорошо живется. Тех же, кто приезжает к нам на сельскохозяйственном тракторе и просится, чтобы его отправили служить на этой машине, мы вежливо отправляем восвояси. Я ответил на ваш вопрос?
— Да, господин майор, спасибо, — сказал Ферлин. Затем они с Джеком поднялись и, попрощавшись, вышли в коридор.
— Идем туда, — указал Ферлин, направляясь в дальний конец коридора.
— А что там такое?
— Там должен быть второй выход. Надеюсь, там нас не караулят.
30
На удачу компаньонов, у второго выхода их действительно не караулили, и они беспрепятственно выбрались из осажденного района, снова оказавшись на аккуратных улицах новой северо-восточной части города.
Публика здесь была поприличнее, Джек снова начал оглядываться на девушек, и вскоре недавняя огорчившая его беседа с майором отошла на второй план.
Компаньоны благополучно вернулись во двор дома Майка, который к тому времени уже ушел на работу, а его жена вынесла им по куску печеной тыквы и сказала, что помимо забарахлившего радиоприемника положила в кузов сломавшуюся мясорубку.
— Хорошо, посмотрим, что можно будет сделать, — сказал Ферлин и, забравшись в кузов, сменил все сработанные картриджи на свежие. Затем вернулся за руль, включил заднюю подачу и начал выводить машину на улицу. С десяток ребятишек разного возраста с интересом следили за гостями через окно.
— Ну вот и все, — сказал Ферлин, разгоняясь по улице, довольный тем, как удалось закончить дело, но неожиданно из бокового переулка выскочили не менее десятка велосипедистов, которые, нажимая на педали, стали быстро догонять электрического монстра.
— Это они, Ферлин! Гони! — крикнул Джек, в ужасе глядя на перекошенные злобой лица велоналетчиков.
— Да уже гоню! — ответил Ферлин, досадуя, что тяжелая рама на дает машине быстро набирать скорость. Пока они развернулись вокруг заросшего травой бульвара, налетчики пересекли его напрямик и выскочили на дорогу перед беглецами, надеясь запрыгнуть на их автомобиль. Однако Ферлин включил полную мощность и дернул руль вправо, отчего его машина понеслась на одну группу налетчиков, одновременно уходя от другой, изготовившейся для штурма.
Бандиты побежали, пара велосипедов попала под колеса, и, смяв их, машина Ферлина помчалась дальше, постепенно набирая скорость.
Джек был уверен, что после такой контратаки их оставят в покое, но две с половиной тысячи лир были слишком большим кушем, чтобы налетчики от него отказались. И погоня продолжилась.
Несмотря на потери в технике, группа приросла новыми солдатами, теперь уже велосипедисты неслись не только по пятам беглецов, но и ехали по параллельным улицам, а также уносились далеко вперед, чтобы там, за углами и поворотами, придумать для них коварную ловушку.
Ферлин крутил руль, глядел по сторонам, но ориентироваться в такой ситуации было трудно. После десяти минут гонки он понимал, что находится где-то на северо-восточной окраине, однако как выбраться за пределы города, пока не представлял.
Тем временем бандиты, отчаявшись ждать, когда у беглецов иссякнет картридж, перешли к более активным действиям. Они несколько раз пытались запрыгнуть на подножки у самой кабины, но пару раз их сбивал разводным ключом Ферлин и один раз — Джек.
Компаньоны продолжали прорываться за город, и вскоре Ферлин, как ему показалось, нащупал верную дорогу. Он переключился уже на третий картридж, его монстр поскакал по выщербленной мостовой, распугивая прохожих пронзительным гудком и грохотом. Казалось, что спасение близко, но неожиданно впереди показалась группа бандитов с двуствольными ружьями.
— Пригнись, Джек! — крикнул Ферлин, и в следующее мгновение картечь хлестнула по стальному капоту и ограждению кабины. Второго залпа в упор допустить было нельзя, Ферлин вывернул руль вправо, проскакивая в единственный имевшийся переулок.
Но этот лихой маневр не смутил налетчиков, напротив — только порадовал. Они радостно закричали и, запрыгнув на велосипеды, помчались к переулку вслед за проскочившими раньше подельниками.
Бандиты хорошо знали Патрика и его тяжелый прав, тот сказал — клиентов не трогать и взять только деньги, значит, так и следовало поступить. Но теперь дело было в шляпе, уродливая машина мчалась прямиком в глухой тупик, откуда не было никакого выхода, а в подъездах поджидали укрывшиеся там налетчики.
31
Поначалу Ферлин не заметил тупика, улица шла под гору, и до самого ее конца на мостовой блестела солнечная дорожка. Машина катилась все быстрее, и те редкие прохожие, что оказались в переулке, торопливо прятались в нишах и подъездах домов.
— Стена-а-а-а! — закричал Джек, указывая на показавшуюся впереди преграду.
Это уже было серьезно, но самым страшным оказалось то, что тормоза на новой машине были временными, хотя даже самые лучшие не смогли бы остановить этого монстра на тяжелой бронетранспортерной раме.
— Тормози, Ферлин! Тормози! — отчаянно кричал Джек.
— Это невозможно, Джек! Лучше пригнись!
— Что?! — кричал Джек, который из-за грохота и шума ветра ничего не слышал.
— Пригни-и-ись!!! — что было мочи закричал Ферлин, и они с Джеком нырнули под защиту загородки.
Последовал удар, куски кирпича забарабанили по капоту и стальному козырьку кузова, автомобиль подпрыгнул на каком-то бревне и продолжил бег по мостовой, грохоча на ухабах и сбрасывая с себя кирпичные обломки.
Джек высунулся из укрытия и подставил лицо ветру, ему не верилось, что все прошло так легко. Между тем Ферлин уже снова контролировал машину, а раздосадованные бандиты, войдя в раж, все никак не сдавались и лихо переносились через обломки стены, продолжая мчаться за автомобилем.
Оглянувшись, Ферлин выжал тормоза, и машина стала замедляться, а вместе с ней и насторожившиеся налетчики. Вскоре автомобиль остановился у поворота на улицу, которая вела за город, и Ферлин, вскочив на скамейку, открыл огонь из револьвера.
Джек обернулся и увидел, как враги бегут, бросая свои велосипеды, и падают, падают, падают после каждого выстрела. Когда запас патронов в барабане иссяк, Ферлин высыпал гильзы на мостовую, зарядил новые патроны и только потом включил передачу.
Больше их никто не преследовал, и они в относительной тишине покинули столь негостеприимный в этот день город. Ферлин больше не гнал машину, как по дороге в Нур, и, привставая, то и дело оглядывал повреждения, прикидывая, сколько времени уйдет на их устранение.
— Я думал, мы размажемся об эту стенку, — сказал наконец Джек, когда они спускались с возвышенности на пустошь, где стояла деревня.
— Я так не думал, я знал, какая тут рама и шасси, но я не представлял, что обломки сделают с нами и всем остальным…
— Обошлось, — сказал Джек.
— Обошлось, — согласился Ферлин.
— Я не знал, что ты хорошо стреляешь из пистолета.
— Из револьвера, Джек. Ты же будущий стрелок, тебе нужно различать такие вещи.
— Почему будущий?
— Ну, ты мне сегодня помог, поэтому я научу тебя обращаться с ружьем. Отстреляешь пятьдесят патронов. Для мастерского уровня этого, конечно, маловато, но начальное образование ты получишь.
— И что, прямо со всеми прицелами и баллистическим блоком? — уточнил Джек, не веря своей удаче.
— Все как положено. По полной программе.
Они помолчали еще немного, проехали мимо деревни и направились к Хуторской пустоши.
— А скажи, Ферлин, легко вот так взять и убить восемь человек?
— Убить человека нелегко, Джек. Если, конечно, ты сам еще человек. В свое время меня хотели переучить с бронебойщика на снайпера, но я не смог…
— Не смог научиться стрелять, как они?
— Нет, я не смог выстрелить в человека, которого в прицел видишь так, будто он стоит от тебя в нескольких шагах. Представляешь?
— Да, жутковато.
— Жутковато. А этих мерзавцев, что сегодня гонялись за нами, я не убивал…
— Но ты же стрелял в них, и они падали — я сам видел!
— Я всаживал им по пуле под правую лопатку. Это не смертельно, но ранение очень неприятное, этим дуракам будет наука.
— Но ведь ты же мог попасть им еще куда-то, в голову например…
— Я не попал в голову, Джек, я попал туда, куда целился. Какой смысл стрелять, если не знаешь, куда попадут твои пули? Я намеренно взял с собой револьвер, хотя мог взять девятимиллиметровый автоматический пистолет с электронным спуском и интегрированным глушителем. С ним я мог запросто зайти в подъезд, и эта толпа пошла бы следом. А вышел бы я один. Но это было бы хладнокровное убийство.
— Но… ты же должен был защищаться?
— Вот я и защищался обычным револьвером. Нужно быть снисходительным к тем, кто слабее тебя.
Так, за разговорами, они подъехали к дому Джека, и он соскочил на землю.
— Ну пока, Ферлин, я к тебе завтра ближе к обеду заскочу.
— Приходи, а то журнал с курицей ты у меня забыл.
— Точно! — хлопнул себя по лбу Джек. — И знаешь, к какому выводу я пришел после сегодняшней поездки?
— К какому?
— Нужно делать бензиновый автомобиль. Не обязательно, чтобы он мог таранить стены, но скорости лучше бы побольше.
— Тут я с тобой согласен. Будем над этим работать. Пока!
— Пока, Ферлин!
Попрощавшись с Ферлином, Джек вошел во двор и, погруженный в собственные мысли, поднялся на крыльцо. Затем т