– Спасибо.
– Видишь, – вступает в разговор Саммер, отрываясь от губ Маркуса. – Я же говорила, что ты будешь выглядеть сексуально.
– Безусловно, сексуально, – громко шепчет мне на ухо Брайс, заставляя нас всех рассмеяться. Он целует меня в щеку и продолжает разговор с Кайлом.
– Ты тоже прекрасно выглядишь, – говорю я Саммер. – Просто констатирую очевидное.
– Ну, спасибо, – улыбается она мне и смеется. Ее мобильный телефон громко жужжит на столе, экран загорается. – О, это, наверное, Тиффани… Да, она уже в пути.
– А Мелисса?
– О, она должна быть здесь с минуты на минуту.
Следующим прибывает Адам со своей спутницей, Энн, а затем Рики и Элисон появляются одновременно с Мелиссой и Оуэном. Тиффани входит в числе самых последних – с каким-то незнакомым мне парнем. Я-то думала, она давно нашла себе пару, ведь говорила мне, что пойдет с Томом, одним из футболистов, старшеклассником.
Я бросаю на Саммер и Мелиссу растерянный взгляд, когда Тиффани подходит ближе. Но они так же сбиты с толку, как и я.
– Всем привет! – щебечет Тиффани. Она выглядит потрясающе: платье облегает тело, как жидкое серебро, и смотрится ослепительно на фоне ее темной кожи. – О, это Джастин. Старый друг семьи.
Первое, что бросается в глаза, – Джастин высокий. Он примерно на две головы выше Тиффани, поэтому должен быть на полголовы выше Брайса. Судя по крепкому телосложению, он спортсмен. Его коротко подстриженные волосы песочного цвета аккуратно причесаны, а смокинг безупречен.
– Чувак, я тебя помню! – внезапно вскрикивает Брайс. – Ты раньше жил по соседству с Тиффани и вроде бы переехал еще до того, как мы перешли в среднюю школу, да? Я – Брайс, Брайс Хиггинс.
– О да! – отвечает этот тип, Джастин. Брайс встает, и они приветствуют друг друга странным ритуалом, принятым среди парней: хлопают по рукам, а потом жмут их. – Теперь я тебя вспомнил. Я иногда нянчился с тобой и Тиффани, верно?
– Да, это был я, – смеется Брайс. – Ну, как поживаешь? Я слышал, ты получил хорошую стипендию благодаря успехам в футболе.
– Да, учусь на втором курсе в Алабаме. В колледже, где учился мой отец.
– Джастин приехал только на неделю, – объясняет Тиффани Саммер, Мелиссе и мне, грациозно опускаясь на одно из двух свободных мест. – Навещает родных.
– И снизошел до школьного бала? – добродушно подкалываю я его.
– Посещать школьный бал, – серьезно отвечает он мне, – не поздно в любом возрасте.
Я смеюсь, оценив юмор.
– Кажется, я не расслышал твоего имени.
– Мэдисон.
– Привет. – Он кивает.
– Привет, – отвечаю я.
Брайс хватает меня за руку:
– Давай потанцуем.
Брайс заметно обеспокоен, но когда я спрашиваю об этом, он уверяет: все в порядке. Я не настаиваю, поскольку не хочу портить вечер. И только спустя некоторое время, когда мы уже наслаждаемся безумно вкусными закусками, мне приходит на ум, что проблема может быть в Джастине.
Конечно, я могу ошибаться, но Брайс сейчас немного по-другому относится к Джастину, чем при его появлении.
Тиффани, как я заметила, активно демонстрирует всем вокруг: Джастин принадлежит ей. Она все время кладет руку ему на плечо, на ногу, поправляет волосы – и все в таком духе. Танцуя и общаясь со знакомыми, я только и слышу, что о Джастине, ведь он: а) «совершенно потрясающий», и б) «студент колледжа, с ума сойти! Тиффани так повезло», и в) «замечательный футболист – такую стипендию, как у него, не дают всем подряд».
Джастин, со своей стороны, кажется достаточно приятным: ему девятнадцать, он учится на втором курсе колледжа и когда-нибудь станет спортивным терапевтом.
Вскоре мы все садимся ужинать.
– Похоже, не все деньги таки потратили на воздушные шары, – говорит мне Брайс с усмешкой, покончив с первым блюдом и отодвигая пустую тарелку.
– Эй-эй, – предупреждаю я его. – Это была всего лишь закуска.
– Точно. Сделаю выводы по окончании трапезы.
Я смеюсь, а он снова берет вилку и втыкает ее в один из оставшихся кусочков курицы в моем салате. Я поворачиваю голову и поднимаю брови. Брайс плавно подносит вилку ко рту и нарочито медленно откусывает кусочек курицы.
– Крадешь мою еду, – притворно хмурюсь я и под столом пихаю коленом его ногу, – хам.
Он подмигивает мне и быстро целует, и я не могу удержаться от смеха.
– Вы ведь все придете на вечеринку после бала, да? – интересуется Мэри-Джейн.
Со всех сторон за столом раздаются утвердительные ответы. Повернувшись к Джастину, Маркус спрашивает:
– А ты?
– Вечеринка? – переспрашивает тот. – Я иду.
Когда обслуживающий персонал собирает по большей части пустые тарелки и выносит основное блюдо, беседа автоматически переключается на обсуждение еды: нам подают какое-то блюдо из говядины с красным винным соусом, и оно пахнет и выглядит совершенно восхитительно.
– Я помню свой последний школьный бал, – начинает Джастин со смехом в голосе. – Обслуживающего персонала катастрофически не хватало, поскольку большую часть бюджета потратили на оплату выступления какой-то восходящей поп-звезды, так что на ужине пришлось экономить. Но марку нужно было поддерживать, и на закуску нам подали улиток. Сомневаюсь, решился ли хоть кто-нибудь их попробовать. В качестве основного блюда мы получили устриц и отвратительное нечто с заварным кремом на десерт. В итоге мы заказали гору пиццы.
– Представляю, как это польстило комитету по организации бала, – замечаю я.
– О да, – смеется он. – Моя девушка вызверилась на меня за то, что я выставил ее на посмешище.
– Девушка? – задает Мелисса наш общий невысказанный вопрос.
– Мы давным-давно расстались, – отмахивается Джастин.
– О, какая жалость… А сейчас у тебя кто-нибудь есть? – продолжает она так, словно просто ведет вежливую беседу, дабы ни у кого не появилось повода упрекнуть ее в том, что она заинтересована в Джастине.
– Нет, – отвечает он. – Но отчасти виной тому футбольный тренер, который заставляет нас выкладываться на полную, и на свидания просто не остается времени.
Он пожимает плечами, будто в этом нет ничего особенного, но озорная усмешка на его лице подсказывает нам: на самом деле Джастин не соблюдает правила, и некоторые из нас смеются. Я замечаю, что Брайс не в их числе, и поворачиваюсь к нему с немым вопросом.
Он отвечает мне улыбкой и сжимает под столом мое бедро. Кладу свою руку на его и пожимаю в ответ.
– Эй, я все вижу, – внезапно говорит Джастин, заставляя меня немного подпрыгнуть. – Не щупаться там, под столом! Приберегите это для вечеринки после бала.
Мне удается не покраснеть и заставить себя рассмеяться. Брайс слегка стискивает мою руку – возможно, в раздражении.
– Уверен, что с тобой все в порядке? – тихо спрашиваю я.
– Конечно, – отвечает он и снова улыбается.
Ужин сопровождается легкой беседой; после десерта все чрезвычайно сыты и не хотят даже двигаться… Но постепенно люди начинают вставать и пробираться на танцпол, где снова начинает играть оркестр. Брайс глубоко погружен в разговор с Кайлом и Рики, поэтому я позволяю девчонкам вовлечь меня в беседу.
– Что случилось с Брайсом? – спрашивает меня Мелисса. – Он ведет себя странно.
– Не знаю, – честно признаюсь я. – Но есть подозрение: ему не нравится Джастин.
– Ну, это можно понять, – говорит она мне, пожимая плечами. – Держу пари, он чувствует угрозу, вот и все. Я имею в виду, Брайс ведь привык считаться самым привлекательным, самым популярным парнем в школе, а тут вдруг появляется другой привлекательный парень, да еще и студент колледжа. – Она снова пожимает плечами. – Просто парни есть парни. Битва тестостерона.
– Да, наверное…
– Но у вас с ним ведь все хорошо, не так ли? – уточняет Мелисса.
– Конечно! – торопливо заверяю я. – Почему ты спрашиваешь?
– Ничего такого, я просто поинтересовалась! Просто подумала, а вдруг причина странного поведения Брайса – в вашей размолвке.
– А, ну нет, у нас все в порядке.
– Хорошо.
– Ага.
Но я чувствую себя странно виноватой за эти слова – как будто я солгала ей. И отказываюсь признаться себе, что Мелисса может быть права. Не хочу думать об этом сейчас. Я могу подумать об этом завтра. Сегодня вечером просто забуду обо всем и буду веселиться и наслаждаться своим первым школьным балом.
Глава 35
К моему удивлению, время на балу летит быстро. Наверное, потому, что я от души веселюсь. Ребята вокруг предвкушают вечеринку после бала, тем не менее охватившее всех поначалу сильное волнение сходит на нет к концу Зимнего Бала. Оркестр играет более медленные песни, и теперь, когда солнце село, стало немного темнее.
Я подхожу к столику с напитками и наливаю себе еще одну чашку фруктового пунша, когда знакомый голос произносит:
– Привет.
– Энди! Привет! – радостно откликаюсь я и улыбаюсь. Его волосы, как всегда, неподвластны законам гравитации, галстук сбился набок, рубашка не заправлена в брюки, но я должна признать: он старался привести себя в порядок – ведь обычно-то разгуливает в спортивном костюме. – Как дела?
Я виделась с Энди, прячась под трибунами во время уроков физкультуры, но мы больше не разговаривали. С того самого футбольного матча я держалась от него на расстоянии. И с Картером на уроках живописи почти не общалась. Но разве можно меня винить? Дуайт ненавидит меня. Я не хочу вспоминать об этом каждый раз при встрече с его друзьями: разумеется, они тоже обратились против меня вместе с Дуайтом. Разве не так принято – среди друзей – поступать?
«Я так скучаю по этим ребятам», – осознаю я.
– У меня все хорошо, – кивает Энди, потягивая пунш. – А как твои дела? Что-то мы редко видимся с тобой в последнее время. Поскольку ты, кажется, решила избегать меня на уроках физкультуры.
Он с укоризной приподнимает брови, и я опускаю взгляд в пол.
– Прости…
– Все в порядке, – говорит Энди. – Мне просто… любопыт