нина викторовна: Благодарю вас, Михаил Алексеевич. Очень ценю ваше внимание, очень.
михаил алексеевич: Не бросайте нас, дорогая Нина Викторовна! Вы… наш золотой фонд, наша гордость… всегда… всегда… наш дом… ваш дом…
Нина Викторовна кладет трубку, сидит, подперев рукой щеку. Звонок в дверь, она открывает. Входят сын Георгий, невестка Маша и двое внуков, Вадим и Нонна, с цветами и подарками.
все (поют, шумно приветствуют): Хеппи бёрсдэй ту ю… Мамочка, поздравляю! Ба Нина, поздравляем! Ты наша классная Ба Нина! Самая лучшая Ба Нина! Это же охренеть: тебе восемьдесят лет!
нина викторовна: Ну куда, куда вы столько всего нанесли?! Я же говорила, все у меня есть. А чего нет, того мне уже никто не подарит.
нонна: Я вот тоже им говорю: какие подарки! Брюлики у Ба Нины самые лучшие, одета тоже лучше всех… для своего возраста… Машину уже поздно…
нина викторовна: Да-да, машину поздно, а в гроб рано.
георгий: Ну, мать, ты всегда так, палец в рот не клади. Да ты только слово скажи, куплю тебе машину. А что, действительно? Всю жизнь с водителем ездила, а теперь сдашь на права, сама рулить будешь…
нина викторовна: При чем тут водитель? Это у твоего отца был водитель, а у меня он сам был водителем.
нонна: Пап, пап! А правда, надо Ба Нине машинку купить. Как у Вадима. Как у тети Веры. “Мини Купер”.
вадим: Да, классная машинка. Ба Нина, давай! Ты за рулем будешь прикольно выглядеть. Ты лучше проси у папы не “Мини Купер”, а какой-нибудь кабриолет. Представляешь: ты сидишь седая, в красном костюме, в белом кабриолете, за рулем!
георгий: Это точно! Мать, ты бы шикарно выглядела. А что? В кабриолете! (Смеется.) Моя мать за рулем в кабриолете! И все движение будет останавливаться. А я помню, как отец тебя всегда на дачу возил. На “Москвиче”. А когда стал директором института, у него была служебная “Волга”. Он уже к рулю и не прикасался. Водитель был дядя Гриша Коваленко. И как отец с ним общался гениально! Всегда на “вы”, почтительно: Григорий Иваныч, доброе утро! За руку здоровался. Утром машина приходила, а я как раз в школу шел. Отец меня в школу ни разу не подвез, считал, недемократично.
нонна: У тебя, пап, школа во дворе была, а мне через весь город в лицей тащиться. Чего же не отвезти. Если б твой шофер меня не возил, я бы только к третьему уроку успевала.
нина викторовна: Да, Николай всю жизнь себя вел исключительно скромно. Как аристократ…
георгий: Да ты что, мам! Аристократом отец ни разу не был. В нем было такое здоровое народное начало. Он же из крестьян. Из простой крестьянской семьи.
нина викторовна: Ну, это я слышала. Николай рассказывал. Обычная крестьянская семья, из Тверской губернии. Раскулаченная. Но отец твой, Гоша, был человеком благородного поведения…
георгий: Это сейчас модно стало – искать благородные корни… Вот у Машки действительно корни были…
маша: Корешки, я бы сказала. Только вырвали…
нина викторовна: Ну вот, открыли вечер воспоминаний. Давайте к столу… Берите тарелки, приборы…
георгий: Э-э-э… Я бы присел…
нина викторовна: Кто ж мешает? Вот кресло, диван есть… У нас сегодня фуршет.
Ставят цветы в вазы, берут тарелки, кладут еду. Бродят с тарелками по комнате несколько растерянно. Нина Викторовна открывает коробку с подарком.
нина викторовна: Всё же интересно. Я как раз думала, что такое мне теперь можно подарить, чтобы я обрадовалась… Боже мой, компьютер! Ребята, вы с ума сошли! Зачем мне это?
георгий: Мать, это не компьютер, это планшет. Ребята тебя научат, будешь музыку слушать, читать что захочешь, старые пьесы слушать по радио “Культура”.
нина викторовна: Спасибо, сынок. Но пьесы я иногда по телевизору смотрю, по радио слушаю, у ме-ня есть эти… аудио… Вставляю в эту штуку, как ее… Не могу сказать, что обрадовал… Озадачил. Удивил. Это что же, я теперь должна новую технику осваивать? Я еле с мобильным телефоном справляюсь.
нонна: Прекрасно справляешься. Ты мне вчера позвонила, а у меня свидание… в самом разгаре. Думаю, не буду подходить. Смотрю: ты звонишь. Подошла.
нина викторовна: Спасибо, что подошла. Не помню, зачем я тебе звонила?
нонна: Вот в этом самый прикол: спросила у меня, на каком канале искать какой-то спектакль “Ромео и Джульетта”… Мы с Игорем чуть не лопнули от смеха… “Ромео и Джульетта”!
Вадим делает неприличный жест перед ее носом, все смеются.
нина викторовна: Не понимаю, чего смешного… Мне Наташка Сиверская позвонила, сказала, что по телевизору старый спектакль Эфроса должны показать… Скажи, Маша, тебе тоже смешно? Не понимаю: чего тут смешного?
маша: Не смешно, Нина Викторовна. Давно уже не смешно.
нонна: Ага… У наших родителей с чувством юмора… не очень…
георгий: Рюмки давайте! Наливаю! Кого ждем?
нина викторовна: Ну как кого? Как всегда: Лида, Вера, Ксюша с Нюшей…
георгий: Господи, все святое семейство явится? С малышкой? А ты малышку-то уже видела?
нина викторовна: Не видела еще. Это святое семейство, как ты говоришь, Гошенька, сплошь одни девчонки… Я все надеялась, что у них мальчик для разнообразия появится…
Звонок в дверь. Открывают, входит Лидия, сестра Нины Викторовны, опирается на палку, хромает; за ней ее дочь Вера и внучка Ксюша со спящим младенцем, завернутым в большой комбинезон.
георгий: О, с прибавлением! (Целуются.) Девочки наши пришли! Поздравляю, Ксюшенька… Поздравляю, Верочка. Бабушка теперь… Надо же! Теть Лид, дай поцелую. Сто лет не виделись. Покажи-ка, Ксюша, свое сокровище.
ксюша: Потом, когда проснется, покажу… Ба Нина, можно я ее в спальню к тебе положу?
нина викторовна: Ну покажи, покажи девочку. Ой, сопелочка-то в нашу породу, ноздрями вверх смотрит. Ах ты господи… эта мелочь сладкая… как же я их не люблю… Устрой ее там. Давайте, давайте, берите тарелки, вас ждали…
Ксюша выходит и возвращается без ребенка.
георгий: А я не знал, что ты младенцев не любишь…
нина викторовна: Люблю, люблю, пошутила…
лидия: Ниночка, поздравляю… хотя с чем поздравлять, не знаю… восемьдесят… и мне семьдесят…
нина викторовна (перебивает): Остановись, сестричка! Мне эти цифры противно слышать.
вера (вынимает из сумки домашний торт, разворачивает, слегка смущена): Теть Нин, а я тут тебе кремом написала… но можно ножиком снять, это… восемьдесят…
нина викторовна: Смешная ты, Веруня. Ну снимешь ты этот крем, мне от этого меньше лет не станет. Ни восемнадцать, ни двадцать восемь… Я своего возраста не скрываю, даже по “Эху Москвы” передали, сколько мне лет. Я просто не желаю эту отвратительную цифру слышать.
нонна (Ксюше): Чё? Чё? Почему восемьдесят – отвратительная цифра?
ксюша: Ба Нина наша ужас какая суеверная, она цифру восемь ненавидит. Никогда в жизни в спектаклях восьмого, восемнадцатого и двадцать восьмого не выходила. Она сама мне рассказывала.
нонна: Нифига…
вера (с тортом): Мне нож какой взять? И тарелочку мне нужно…
нина викторовна (целует ее в голову): Ладно, дурында. На кухню отнеси, к чаю подашь.
георгий: Давайте, давайте! Третий звонок. Начинаем.
Все собираются вокруг Нины Викторовны.
георгий: Дорогая Нина Викторовна! Мама, бабушка, отчасти и прабабушка!
нина викторовна: Нет-нет, Лидочка – прабабушка, а я не тороплюсь…
георгий: Я продолжаю. Мама, бабушка – это всего лишь роли в твоей творческой биографии. И ты их играешь прекрасно, как и все остальные роли, которые ты играла. Я тут списочек подготовил, два списочка… один – твоих ролей, второй – твоих наград, дорогая Нина Викторовна!
нина викторовна: Ой, Гоша! Ради бога! Вот только не это. Вот это как раз то, чего я вообще не хочу слышать.
георгий: Мам, да ты что? Я целый день потратил, с пятьдесят шестого года, с первого студенческого спектакля всё собрал… Ведь наши балбесы не знают, что ты у нас великий человек. Я и сам не знал, что ты в пятьдесят шестом первый раз вышла на сцену в восемнадцать лет… вот, “Вечно живые”, спектакль гремел…
нина викторовна: Вот и вся история так создается. Я вышла на сцену в массовке, у меня там ни одного слова не было. Первокурсница! Статист. Первый мой спектакль с Мастером… В пятьдесят шестом! А ты перестань, Гош. Перестань, прошу тебя.
маша: Нина Викторовна! Но ведь это не вам, это всем нам важно. Нашим детям важно…
нина викторовна: Детям? Да им важен только этот… рэп… (Поет.)
В Ростове шикарные плюхи,
Размером с большую печать,
В Москве охуительно нюхать,
В Челябинске лучше торчать.
А в Питере – пить,
В Питере – пить,
В Питере – пить…[4]
Внуки подпевают, смеются. Все хлопают, только Лидия сидит с отстраненным видом.
нонна: Ну ты даешь! Кайфово! Откуда ты знаешь Шнура?
нина викторовна: Какого еще Шнура?
нонна: Вот это я понимаю!
нина викторовна: Вот и я понимаю, что вы только это и понимаете. Ксюшка, а ты эти новые куплеты знаешь?
ксюша: Их все знают. Это Шнур.
нина викторовна: Какой еще Шнур?
нонна: Ну, автор, исполнитель…
нина викторовна: Ну, этого я знать не обязана.
георгий (целует ее): Вот и отец говорил, что ты лучшая хулиганка в мире.
нина викторовна: Отец много чего говорил.
георгий: Да. Ну, мам, если ты не хочешь, чтобы я твой послужной список читал, давайте… никаких цифр не произносим… за твое здоровье! Живи до ста лет нам на радость!
нина викторовна: А себе? Я хочу себе на радость жить. Но как-то плохо получается последнее время…
Застольный шум, возгласы.
– Мамочка!
– Ниночка, поздравляем!
– Ба Нина, ура!
– Здоровья вам, Нина Викторовна, хорошего настроения!
– Счастья! Лично я – за счастье!