Крамби несколько раз возбуждённо хлопнул ладонью по столу.
— Вот почему вы хотели получить информацию об этом доме!
Лэйд вынужден был кивнуть.
— Совершенно верно. Раз мне не удалось пока найти никаких подозрительных следов в его настоящем, возможно, они сокрыты в его прошлом. Как бы то ни было, мне надо знать всё о его предыдущих владельцах и… всем, что в нём когда бы то ни было происходило. Какие-нибудь странные события, зловещие происшествия, необъяснимые случаи — всё в таком роде. Может, это объяснит его тесную связь с мистером демоном. Нельзя исключать, что корни зла, угнездившегося здесь, не имеют никакого отношения к вашей компании и проросли в фундаменте ещё в те времена, когда мистер Олдридж был безусым школяром, продававшим не фьючерсы, а птичьи перья и марки своим одноклассникам.
Взгляд Крамби, сделавшийся тяжёлым, не понравился Лэйду. В этом взгляде, медленно блуждавшем по столу, чудилось что-то недоброе, сгущающееся, как это иногда бывает с воздухом в тропических широтах в преддверии грозы.
— Есть ведь ещё один вариант, не так ли? — глухо спросил он, не отрывая взгляда от стола, — Ещё один вариант того, как демону удалось завладеть моим зданием так легко и незаметно для нас. Стащить, будто пирожное с уличного лотка. И я надеюсь, мистер Лайвстоун, вы не высказали его вслух только потому, что решили пощадить мои чувства, а не потому, что считаете меня круглым дураком.
Рэвэра, подумал Лэйд. Дьявол. Наверно, я слишком размяк, годами имея дело с досужими обывателями, доморощенными мистиками и дамами с болезненным воображением. Крамби — делец и ум у него, как полагается успешному дельцу, быстрый и цепкий. Не стоило этого забывать.
— Что вы имеете в виду? — сухо спросил он.
— Перестаньте. Я ни черта не смыслю в ваших делах, но, когда речь заходит о власти, собственности и договорах, тут я немного разбираюсь. Демону было бы не в пример легче провернуть этот фокус, если бы ему помогали… изнутри, не так ли? Если бы какой-то тайный союзник внутри компании отворил ему чёрный ход, как предатель в осаждённом гарнизоне отпирает ворота затаившемуся за стенами врагу.
Лэйд раздражённо шевельнул плечом. Гальванические лампы под потолком сделались столь тусклы, что ему сложно было разглядеть черты лица Крамби, хоть их и разделяло всего несколько футов, одни только не моргающие глаза.
— Этого тоже нельзя отрицать, — вынужден был признать он, — Демон мог заручиться помощью человека в этом деле. Возможно, кто-то из ваших служащих, будучи введён в обман или испытывая к вам неприятие, мог бы помочь ему каким-то образом. Но у вас в введении двести душ, как вам известно. Вообразите, какая здесь воцарилась бы паника, если бы я прилюдно сказал, что у демона есть союзники среди людей. Да через полчаса здесь воцарился бы настоящий Содом — с судами Линча в каждом кабинете и инквизиторским заседанием в каждом коридоре!
— Вы могли бы поделиться своими подозрениями с мистером Коу и мистером Лейтоном.
— Благодарю покорно. Даже если им вздумается допросить всех служащих с пристрастием, это займёт чертовски много времени и, кроме того, неизбежно породит панику и слухи. Поверьте, я не потому сохранил молчание на оперативном совете, что хотел навредить вам, а…
Крамби перебил его. В Новом Бангоре нашлось бы не так много людей, способных перебить Лэйда Лайвстоуна, но Крамби сделал это необычайно легко.
— А потому, что пришли к тому же выводу, что и я. Кто-то из тех людей, которые ещё недавно находились в этой комнате, вступил в сговор с демоном, чтоб уничтожить меня и мою компанию. И я хочу знать, кто это.
Лэйд мрачно покрутил стоящую на столе перед ним бутылку вина. Розенберг был прав, мадера испортилась. Для того, чтобы понять это, не требовалось быть тонким ценителем вин. У хорошей мадеры цвет мёда, сквозь который смотришь на закатное солнце. Эта же походила на бурую болотную жижу. Филлоксера или нет, но эта дрянь погубила двадцать четыре унции отличного напитка, который мог бы скрасить тот неприятный вкус, который образовался во рту у Лэйда от лжи, которую ему только предстояло произнести.
— Не совсем понимаю вас, мистер Крамби.
— А я думаю, что вполне понимаете, — полномочный владелец «Биржевой компании Крамби» навалился локтями на стол, приблизив лицо к Лэйду, — Иначе вас не прозвали бы Бангорским Тигром. Тигры славятся своей интуицией, не так ли?
Я славлюсь только подагрой и ревматизмом, мрачно подумал Лэйд. И ещё хронической бессонницей. Кажется, ты нашёл себе не того хищника, приятель.
— Вы правда считаете, что…
— Это был один из них, — Крамби кивнул, — Об этом не хочется думать, в это неприятно верить, но да, теперь я почти убеждён в этом, — Среди этих четверых людей, которые сидели здесь несколько минут назад и мило с нами болтали, есть человек, отдавший всех нас с потрохами во власть демона. Меня, вас и ещё без малого двести человеческих душ.
Лэйд мрачно воззрился на Крамби. Тот не производил впечатления помешанного. Ни лихорадочного блеска в глазах, который бывает у горячечных больных, ни судорожных гримас, ни каких-нибудь странных ухмылок. Крамби выглядел осунувшимся, побледневшим, даже каким-то высохшим, но взгляд у него остался прежний — внимательный и осторожный.
— У вас есть основания считать, что кто-то из оперативного совета вступил в сговор с… демоническими силами?
— Вы сами сказали, что отдать здание во власть демона не так-то и просто. Нужны сложные ритуалы, подготовка, а кроме того, нужен очень мощный мотив, не так ли?
— Пожалуй, — вынужден был признать Лэйд, — Едва ли это был клерк, обиженный на то, что ему не выплатили премию к Рождеству, или машинистка, терзаемая завистью к товаркам. Если у демона в самом деле был подручный из числа ваших служащих, это должен быть человек, настроенный необычайно решительно и ведомый исключительно сильными чувствами. Как бомбист, решившийся подложить адскую машинку в наполненное людьми здание. Такие вещи не совершают из-за мимолётной обиды.
— Я думаю, этот человек необычайно коварен, — подтвердил Крамби, — И исполнен чёрной ненависти ко мне или моей компании. Единственное, что меня отчасти утешает — то, что он оказался слишком нерасторопен или слишком самоуверен, чтобы избежать той судьбы, которую определил всем нам. Рухнул заодно с нами в ту самую яму, которую выкопал.
— Что вы имеете в виду? — осторожно спросил Лэйд.
Крамби тряхнул волосами.
— Мне кажется, всё проще простого. Вы сами говорили, какой коварный нрав у демонического племени и какое удовольствие они находят в том, что одурачить тех несчастных, с которыми заключают договор.
— Верно.
— Что-то подобное, полагаю, случилось и здесь. Человек, ставший союзником демона, намеревался погубить всех нас, наблюдая с удобного расстояния за тем, как «Биржевая компания Крамби» провалится в Геенну Адскую, оставив дыру в мостовой Майринка. Но… Возможно, демон где-то обвёл его вокруг пальца. Или он сам был слишком невнимателен, чтобы читать те пункты договора, что пишутся мелким шрифтом…
Лэйд не знал, что сказать, потому сказал лишь:
— Вот как?
— Какая-то накладка, несыгранность, ошибка… — Крамби прикусил губу, — Впрочем, меня греет мысль о том, что как раз здесь не было случайности. Просто демон оказался чуть более коварным и хитрым существом, чем виделось мерзавцу, заключившему с ним договор. Или же ему свойственно типично дьявольское чувство юмора. Он привёл план в действие в тот момент, когда мерзавец этого не ожидал, наслаждаясь торжественным ужином. Вообразите себе его ужас и отчаяние, мистер Лайвстоун! Вот он поднимает стакан, хохочет вместе со всеми, живо представляя себе, как в скором времени люди, сидящие за одним с ним столом, обратятся во прах, но в следующую секунду понимает, что сам оказался заодно с ними! Поднялся на борт корабля, набитого взрывчаткой. Господи, я бы заплатил сто фунтов наличными только чтобы увидеть его лицо в этот миг!
И я тоже, подумал Лэйд. Я тоже, уж можешь мне поверить.
В тот момент, когда всё произошло, этот человек мог утратить самообладание. Выдать лицом охвативший его ужас. Раскрыть свои карты, пусть и ненадолго. Досадно, что в этот самый момент Лэйд Лайвстоун был слишком занят, чтобы разглядывать лица окружающих.
Он попытался вспомнить, как вели себя члены оперативного совета в ту страшную минуту, когда всё началось. И обнаружил, что бессилен это сделать. Память не сохранила ни лиц, ни событий, лишь какие-то бесформенные обрывки.
Отчётливо он помнил лишь Коу, и неудивительно, он тотчас достал пистолет и принялся палить не переставая. А где, к примеру, в то время находилась мисс ван Хольц и чем была занята? Лэйд попытался напрячь память, но почти ничего из неё не извлёк, это было похоже на попытки выжать свежевыстиранное бельё, уже прошедшее через огромные отжимные барабаны. Кажется, он слышал её испуганный крик, но поди разбери, она кричала или нет. В комнате было до черта народу и кричали многие…
Синклер опрометью бросился прочь и выглядел перепуганным до безумия. Позже, немного оправившись, он отправился проверять телефонную связь по приказу Коу, но и тогда казался скорее желеобразной медузой, облачённой в костюм, чем сознающим свои полномочия членом оперативного совета. Был это настоящий страх или же гениальная актёрская игра?
Розенберг… С ним понятно, хоть и не до конца. Устремившись к двери одним из первых — похвальная поспешность для джентльмена его возраста и комплекции — он первым же обнаружил, что отныне все визитные карточки служащих «Биржевой компании Крамби» пришли в негодность и требуют замены, так как указанное в них месторасположение компании более не отвечает её действительному.
С этой минуты вместо «Майринк, Новый Бангор» в них следовало указывать «Чёртова бездна» или «Лимб, северо-восток Вечности». Или же не писать ничего вовсе — Лэйд сомневался, что в пустоте, которой заполнен окружающий мир, сыщется кто-то