Напрасные надежды. Лэйд ощутил, что муки голода уже не так довлеют над ним, как пять минут назад.
— А консервы? — холодно спросил он, — На худой конец, какое-то время мы можем держаться только на них. Что с консервами?
На лице Лейтона дёрнулась какая-то подкожная жилка.
— Тоже не лучшая ситуация. Увы, многие консервы, как выяснилось, плохо перенесли хранение. Возможно, неправильная температура воздуха или излишняя влажность…
— Сколько? — негромко спросил Лэйд.
Кадык на тощей шее Лейтона, освобождённый из-под галстука, походил на прицепившееся к стволу сухого дерева осиное гнездо. Под гнётом давления он сперва опустился вниз на добрый дюйм, потом так же медленно поднялся вверх.
— Четыре из пяти.
— Что?
— Четыре из пяти банок повреждены, сэр. Некоторые надулись, другие внешне в порядке, но внутри всякая дрянь. В одних обычная гниль, в других… что-то вроде разросшейся грибницы. Бывают и более жуткие находки. В двух банках вместо консервированного шпината обнаружились мёртвые сколопендры. Кое-где — опарыши вместо шпината.
Лэйд покатал в ладони яблоко, чтобы взять чувства под контроль.
— Что с вином?
— Немногим лучше, но тоже неважно. В некоторых бутылках подозрительный осадок, в других какая-то скверно пахнущая жижа вместо вина. Кроме того… — Лейтон кашлянул, — Зачастую в бутылках содержатся совсем не те сорта, что значатся по описи. Ординарные вина вместо марочных, шардоне вместо кларета и так далее. Кое-где мы нашли обычный винный уксус.
— А что на счёт соусов?
— Простите?
— Соусы! Меня интересуют соусы! Что-то уцелело?
Кажется, Лейтон покосился на него с опаской, и Лэйд мог его понять. Мало кто из здравомыслящих джентльменов демонстрирует такую верность соусам, да ещё накануне голодной катастрофы.
— Я… я могу проверить записи, сэр, но, насколько мне известно, наши убытки по этой части тоже значительны. Кажется, уцелело немного соуса «эспаньоль» и горчицы, но если вам…
— К чёрту ваш «эспаньоль!» Что на счёт соуса песто?
Лейтон покачал головой.
— Ни капли. Весь превратился в зловонную жижу. Наверно, некачественное масло. Но если вам кусок не лезет в глотку, могу отыскать вам немного устричного соуса, он вполне сопоставим по пикантности…
Лэйду невыносимо захотелось взять господина начальника кадровой службы за воротник и хорошенько тряхнуть. Наверно, что-то подобное отразилось на его лице, потому что Лейтон вдруг замолчал сам собой.
— Знаете, что меня утешает в сложившейся ситуации, мистер Лейтон?
— Что, сэр? — послушно спросил начальник кадровой службы, не зная, как избавиться от бисквита, который всё ещё держал в руках.
Лэйд вздохнул, призывая весь свой запас выдержки.
— Как бы ни скверно обстояли дела, мы всё ещё достаточно сильны, чтобы держаться наших добрых британских традиций. Только это, пожалуй, и поддерживает мой дух. Вы слышали про экспедицию Франклина, Лейтон? Ту самую, что погибла, пытаясь отыскать Северо-западный проход[209]?
Лейтон задумался на несколько секунд.
— Очень мельком. Я не очень интересуюсь географическими открытиями, а это имело место лет за полста до моего рождения.
Лэйд встряхнул банку с консервированными маслинами. Привычное уху бульканье, донёсшееся сквозь тонкую жесть и свидетельствующее о том, что содержимое сохранилось в достаточно пригодном состоянии, в этот раз не утешило его. Напротив, напомнило тот зловещий звук, с которым обломки кораблекрушения уходят на дно.
— Есть версия, что людей Франклина погубили не коварные льды, не кровожадные дикари и не киты-убийцы. А обычная человеческая жадность. Лондонские бакалейщики, заключившие контракты с Адмиралтейством на поставку продовольствия для ледовой экспедиции, решили немного сэкономить. Подменить консервы на более дешёвые, дать в путь солонину с гнильцой, ну а лимонный сок, драгоценное средство от цинги, развести водой и уксусом. Отчего бы и нет? Моряки — народ простой, даже если они обратят внимание на несоответствие кормёжки заявленному меню, едва ли станут строчить реляции лондонским поставщикам, а? У сэра Франклина были люди, в силу своих обязанностей следившие за качеством провианта — корабельные интенданты, повара, офицеры… Никто из них не обнаружил никакого несоответствия, никто не подавал жалоб, никто не спешил открыть глаза капитану на несправедливость. Как думаете, отчего? Может, они попросту не обратили внимания на это обстоятельство?
— Откуда мне знать? — немного раздражённо отозвался Лейтон, — Я же уже сказал, я не…
— Экспедиция Джона Франклина погибла в полном составе. И конец её был печален, много хуже, чем у прочих других экспедиций, нашедших свой конец на всех широтах мирового океана. Они замёрзли насмерть во льдах, воя от голода, грызя кости своих сослуживцев и проклиная человеческую жадность. Так вот, мы — все здесь присутствующие — имеем верный шанс в самом скором времени позавидовать их участи. Потому что нас самих ждёт нечто не сопоставимо более страшное. Какую бы участь ни приготовил нам демон, он не отпустит нас. Вы чувствуете, как изменился воздух за последние несколько часов? Ощущаете лёгкое зловоние и духоту? Он не забыл про нас, мистер Лейтон. И не бросил на произвол судьбы, как бы всем нам ни хотелось уверить себя в обратном. Он выжидает, мистер Лейтон. Нагуливает аппетит, как почтенные джентльмены вроде меня предпринимают лёгкую прогулку, прежде чем вернуться домой и с удовольствием поужинать.
Бледно-лимонная желтизна на скулах Лейтона превратилась в чахоточную.
— Прекратите, пожалуйста, мистер Лайвстоун. Я не меньше вас…
— Если мистер Крамби всё ещё желает считать себя капитаном, я бы советовал в данной ситуации поступить по-капитански. А именно — созвать весь экипаж на верхнюю палубу… прошу прощения, на верхний этаж. И вздёрнуть на виселице человека, ответственного за закупку провианта! Прямо в петле из собственного галстука!
Лейтон сдавленно усмехнулся.
— Боюсь, это невозможно, сэр. Человек, отвечавший за провиант, уже находится в лучшем мире. И, уж извините за бестактность, если бы он мог выбрать способ казни, то не раздумывая выбрал бы виселицу, мало того, всю дорогу до неё хохотал бы, считая, что легко отделался!
Лэйд едва не прикусил язык.
— Так это был Кольридж? Вот дьявол…
Лэйд мгновенно утратил пыл. Воспоминания о смерти Кольриджа были ещё достаточно свежи в памяти. Чёрт возьми, подумал он, даже если этот человек был фальшивомонетчиком, растратчиком, биржевым аферистом и в придачу промышлял страховым мошенничеством, это и то не стоило бы такой страшной гибели!
С другой стороны…
Лэйду показалось, что он и в самом деле ощущает тонкий гнилостный запах, исходящий от бисквитов. Мистер Хиггс прав, у всего есть оборотная сторона. И изучение её иногда дарит пытливому разуму самые разнообразные мысли и наблюдения.
Большая часть провизии испорчена и не годится в пищу. Это означает не удар по чревоугодию, это означает, что в их запасе враз сделалось куда меньше времени. И если кто-то из несчастных работников мистера Крамби не доживёт до спасения только лишь из-за того, что мистер Кольридж, глава хозяйственной части, решил взять закупки провизии для ужина в свои руки — и немного эти руки нагреть…
— Значит, Кольридж был начальником не только над мебелью, писчей бумагами и прочим реквизитом? Но и над съестным тоже?
— Да, сэр, — неохотно подтвердил Лейтон, — Так уж повелось, что мистер Кольридж добровольно взваливал на себя некоторые обязанности, чтобы разгрузить нас, прочих членов оперативного совета, от мелких хлопот. Он, собственно, отвечал за все закупки, что велись компанией.
— А вы всегда были слишком заняты, чтобы учинить ревизию по его части или провести хотя бы небольшой аудит, не так ли?
Лейтон удивлённо заморгал.
— Я не вполне…
— Мистер Кольридж воровал деньги у «Биржевой компании Крамби». Мало того, делал это годами и с большим размахом. Теперь я понял это. Что с вами, мистер Лейтон? Выглядите испуганным. Думаете, это мне нашептали демоны? Не беспокойтесь. Об этом рассказал мне он.
Лэйд указал пальцем на металлическое чудовище в медном корпусе, выпотрошенное им и лежащее безучастно в углу. Рассыпав свои сложные потроха по ковру, оно уже не казалось таким сложным и величественным, как прежде.
— Это не арифмометр Одонера четвёртой модели, как вы сказали. Это арифмометр де Кольмара, куда более простая и дешёвая модель. Снаружи этого не понять, клейма фальшивые, но у меня, как видите, была возможность изучить аппарат изнутри. Это подделка. И это заметил бы всякий, кто вздумал бы использовать эту машину по назначению. Впрочем, здесь много и других улик. Они на каждом шагу, преспокойно висят у всех на виду, никем при этом не замечаемые. Картины только кажутся подлинниками, это скверные и дешёвые копии. Украшения — дешёвка, приобретённая в Шипси. Хрусталь зачастую сделан из стекла, шёлк — не натуральный, из вискозы. Мебель только выглядит солидной, на самом деле — дешёвая дрянь с толстым слоем лака. Вы годами смотрели на всё это и не замечали? Ни один из вас? Простите, но я в это не верю. Этого мог бы не заметить недотёпа из Миддлдэка вроде меня, но чтобы не заметили джентльмены, носящие костюмы от Кальвино?
Лейтон попытался отстраниться, но Лэйд не дал ему такой возможности. Припёр к стене, не прикоснувшись к нему руками, вперив в дёргающийся кадык тяжёлый немигающий взгляд.
— Вы знали, не так ли? Вы и другие члены оперативного совета? Знали о том, что мистер Кольридж нечист на руку. Но закрывали на это глаза. Из жалости? В вашу жалость я верю не больше, чем в мёд, выжатый из камня, Лейтон. Или потому, что мистер Кольридж при всех своих аппетитах не забывал кое с кем делиться?
Лейтон попятился бы, но упёрся спиной в стену, покрытую бахромой изрезанных обоев.
— Послушайте, — его кадык резко дёрнулся два раза подряд. Точно затвор, силящийся протолкнуть застрявший снаряд в патронник, — Вы переходите гра…