Бенджамин столкнулся с финансовыми проблемами потому, что взял огромную ипотеку, чтобы купить шато для своей матери, где она провела остаток жизни, а потом забросил свой бизнес, заботясь о ней. Сбережения, на которые он должен был купить шато, Бенджамин отдал Луису и Хавьеру для проекта строительства небоскреба «Башня Монблан».
Еще одно непреднамеренное последствие того проклятого контракта, которое, по мнению Луиса, будет преследовать его даже в загробной жизни.
– Но ты наконец перебралась к нему? – спросил он и нахмурился. – Я помню, как однажды приезжал в шато, и ты была там. Я помню, как Бенджамин говорил мне, что боится твоего переезда в Лондон.
– Я жила с отцом и мачехой, пока не окончила среднюю школу, а потом переехала к Бенджамину. Затем я перебралась в Лондон. Когда я вернулась во Францию после учебы, я жила либо в шато, либо в квартире Бенджамина в Париже.
– Ты больше не возвращалась в дом своего отца? – спросил Луис.
– Нет.
– Они плохо к тебе относились?
Она грустно рассмеялась.
– Они меня вообще не замечали. Они бы с большим вниманием относились к привидению, чем ко мне. Моя мать умерла, а им было на меня наплевать. Они одевали и кормили меня, следили, чтобы я ходила в школу, но это все. Их постоянно не было дома. Они уходили к друзьям, отправлялись в отпуск, но без меня, и никуда меня с собой не брали. Меня ни разу не обняли за весь год, пока я жила с ними. Я могу принять такое отношение от моей мачехи, но от отца… – Хлоя сморгнула слезы.
Она больше не будет плакать из-за своего отца. Уходя из его дома, она поклялась забыть о нем.
Без него она отлично жила первые семнадцать лет своей жизни; она ему не нужна.
Но ей все равно было обидно. Очень обидно.
Какими бы ни были обстоятельства, Хлоя ни в чем не виновата. И Бенджамин не виноват. Их отец бросил не только свою жену, но и десятилетнего сына и еще не родившуюся дочь.
В первый раз, когда он встретил свою дочь, Хлое было три года. Прошло еще четыре года, прежде чем она увидела его снова.
– Они не хотели, чтобы я жила у них, – объяснила она, изо всех сил стараясь говорить твердо и спокойно. – Когда мне исполнилось восемнадцать лет, я узнала, что моя мать сохранила алименты, которые он мне платил. Это были не такие уж большие деньги, но их оказалось достаточно, чтобы я жила с Бенджамином, не обременяя его своими расходами.
– Твой отец не возражал?
Она снова рассмеялась:
– Он не мог дождаться, когда избавится от меня.
И это было обиднее всего. В глубине души Хлоя хотела, чтобы ее отец поступил иначе. Чтобы он настаивал на своем праве быть ее отцом. Она желала быть для него важным человеком. Она хотела, чтобы он любил ее, но он этого не сделал.
Она никогда не говорила об этом раньше. Бенджамин знал, что ей нелегко жилось с отцом, но она ни разу не рассказывала ему о ссоре. Ей не хотелось показаться избалованным и прилипчивым отродьем. Именно так называла Хлою мачеха в те редкие моменты, когда она общалась с ней.
Это был односторонний спор. Хлоя кричала на отца, изливая на него все свои страдания и боль. А в ответ отец холодным тоном рассказал ей о своем прошлом с ее матерью.
Во второй раз ощущение предательства и беспомощности и полную потерю эмоционального контроля Хлоя испытала с человеком, в объятиях которого недавно чувствовала столько удовольствия.
Послышался звонок.
– Это наш завтрак. – Луис вскочил, радуясь тому, что их отвлекли.
Отношения между ним и Хлоей внезапно стали чрезвычайно тяжелыми. Он восхищался ее силой воли, красотой и стойкостью. Поэтому ему не понравилось видеть ее уязвимой во время рассказа о своих отношениях с отцом.
Они были в чем-то похожи. Но если отец Хлои оскорблял ее своим безразличием, то отец Луиса – жестоким рукоприкладством.
– Не вставай, – произнес Луис. – Я сам открою.
Надев шорты, Луис открыл дверь и увидел на пороге Сару и Джалена. Маленький мальчик взглянул на Луиса и спрятался за матерью.
Сара закатила усталые глаза и сказала извиняющимся тоном:
– Он надеялся увидеть Хлою. Мой сын ею очарован.
Вспоминая танцы Хлои и Джалена в стиле хип-хоп, Луис понял, почему мальчик так к ней относится.
– Я скажу Хлое, что ты ее искал, – обратился Луис к Джалену, который притворялся невидимым за ногами своей матери, и взял поднос у Сары.
Ему придется нанять больше сотрудников для острова. Мариетта не была на острове три года до того, как продала его Луису, и распустила почти весь персонал. Сара – отличный повар, но у нее куча других обязанностей.
Луис вынес поднос на веранду и поставил его на стол.
Хлоя слегка улыбнулась ему.
Когда она взяла тост, Луис сказал:
– К тебе приходил твой парень.
Она озадаченно нахмурилась.
– Кто?
– Сын управляющих.
Луис не хотел возвращаться к рассказам о ее детстве. Пока он слушал ее, ему было не по себе.
– Джален? – Она просияла. – Он такой милашка!
– Он прячется или убегает, когда видит меня. Она пожала плечами:
– Ты втрое больше его. Он считает тебя большим и страшным гигантом.
– Ты так думаешь?
– Он сам признался мне в этом, – ответила она.
– А разве он не боится всех мужчин?
– Нет. Почему ты спрашиваешь?
– Я вспоминаю его реакцию на отца, который позвал его в день нашего приезда. Мальчик выглядел испуганным.
Хлоя усмехнулась:
– Это потому, что его отец запретил ему разговаривать с нами.
– Почему?
– Ты новый босс. Они незнакомы с тобой, и они не знают, как ты относишься к детям. Они боятся потерять свою работу. Они боятся, что ты сочтешь Джалена проблемой и возьмешь на их место бездетных управляющих.
– Это Джален тебе сказал?
– Он болтает обо всем подряд. – Улыбнувшись, она сверкнула красивыми белыми зубами. – Я понимаю, почему они опасаются, что он будет говорить с тобой.
– Им не о чем беспокоиться. Это их дом… Ты уверена, что это единственная причина, из-за которой Джален боится своего отца?
Слегка прищурившись, она наклонила голову набок.
– Он боится не своего отца, а нагоняя, который от него получит.
Луис медленно кивнул. Увидев, как Джален опустил голову, стоя перед отцом, Луис встревожился. Точно так же он стоял перед своим отцом тридцать лет назад.
– По-моему, все дети иногда боятся своих отцов. – Луису повезло меньше остальных, потому что он боялся его постоянно. Луис расслабился в детстве только однажды, когда отправился с Хавьером и матерью в путешествие без отца.
Хлоя внимательно наблюдала за ним. Он видел ее вопросительный взгляд.
Поднявшись, он наклонился и жадно поцеловал ее в губы.
– Я схожу на свою виллу. И вернусь через пять минут, – тихо произнес он и снова поцеловал ее.
Хлоя удивленно смотрела ему вслед.
Через четыре минуты Луис вернулся к ней с набитыми презервативами карманами и отнес Хлою в спальню.
Глава 9
Хлоя пообедала с Джаленом на пляже, затем направилась на главную виллу, где работал Луис. От волнения у нее засосало под ложечкой. Она твердила себе, что это из-за предстоящего подписания добрачного соглашения, а не из-за волнения снова увидеться с Луисом. Последнее было просто невозможным – они оставили кровать только четыре часа назад.
Однако Хлоя уже соскучилась по нему, и ее это напугало.
Она принялась убеждать себя, что скучает по сексу. Два дня подряд они ничего не делали, а только занимались любовью. Хотя ей не с кем было сравнивать, Луис оказался потрясающим любовником. Им было так хорошо вместе.
Она до сих пор не понимала, почему рассказала Луису о своих отношениях с отцом. Она пересекла невидимую линию однажды и хотела снова ее пересечь, когда они заговорили о Джалене.
Луис неспроста спросил ее о мальчике. Она вспомнила мимолетное беспокойство, которое заметила на лице Луиса, когда Джалена ругал отец.
Боясь оставаться наедине со своими мыслями, Хлоя разыскала Джалена, уверяя Сару, что он ей не докучает. Ей нравилась компания маленького мальчика. Он был невинным и не умел притворяться.
Сара открыла дверь с приветливой улыбкой и пригласила Хлою подождать в одной из гостиных: она пошла предупредить Луиса.
Гостиная главной виллы была огромной и элегантной, оформленной в женском стиле. Хлоя уставилась на беспорядок, удивляясь, зачем накапливать столько вещей.
Ее внимание привлек большой портрет, опирающийся на рамки у стены. На нем была молодая, старомодно одетая, красивая женщина с густыми вьющимися черными волосами; она загадочно улыбалась.
– Простите за беспорядок, – сказала Сара, возвращаясь в комнату. – Мы собираем вещи Мариетты. Это заняло намного больше времени, чем мы думали.
Хлоя улыбнулась и указала на портрет:
– Это Мариетта?
– Да.
У Хлои екнуло сердце. Значит, именно эта женщина продала свою яхту и остров Луису за несколько дней. Хлое было страшно представить, что он предложил ей, чтобы убедить Мариетту ускорить сделку.
Образ Мариетты преследовал Хлою с тех пор, как она прибыла на этот прекрасный остров.
– Ей было всего восемнадцать, когда написали этот портрет, – объяснила Сара. – Ее отец приказал написать его, чтобы отпраздновать ее совершеннолетие.
– Наверное, он обожал ее, – задумчиво произнесла Хлоя.
Хлоя жила со своим отцом, когда ей исполнилось восемнадцать лет, но он все-таки умудрился забыть о ее дне рождения. Жуткая ссора, которая вспыхнула между ними за день до того, как Хлоя покинула его холодный, бездушный дом, привела к тому, что Хлоя навсегда вычеркнула отца из своей жизни. Она была уверена: он не знает о том, что она живет в Мадриде.
Сара рассмеялась.
– Об этом мне неизвестно. В прежние времена дворяне всегда заказывали себе портреты.
– Что вы имеете в виду? – спросила Хлоя.
– Этому портрету больше семидесяти лет.
Хлоя опешила:
– Вы шутите?
– В следующем году Мариетте исполнится девяносто.