— Соль. Наш товарищ, похоже, был егерем. Пеньки солью мазал. Лоси приходят на неё. Вот и удостоверение есть внутри.
Монах забрал сумку, отправив её внутрь рюкзака, и двинулся дальше. Лес вскоре закончился и начался новый кластер. Опустевший и очень маленький городок. Даже, скорее всего, поселок городского типа.
Монах снял с плеча дробовик и тихо произнес.
— Попробуем пройти по краю города. Думаю, тут давно уже никого нет — все разошлись по более «перспективным» кластерам. Но некоторые старожилы крупные могли и остаться.
Якут двинулся вслед за напарником к первому зданию. Ближний район представлял себе несколько поставленных в ряд пятиэтажек. Недавние постройки. Похоже, для работников ближайших предприятий или просто — для новых поселенцев, приезжающих тут жить. Некоторые стекла выбиты.
При перезагрузке тут творился ад, как и везде в Улье, когда мутанты набегают с соседних кластеров на пиршество. Якут поежился, вспоминая намного более крупный Аминск.
У угла первого дома напарники ненадолго остановились и проверили двор. Пустая типичная спортивная площадка с простенькими турниками пустовала. Рядом, правда, стояли несколько остовов сгоревших машин. На здании напротив были видны трещины и дырки в плитке: очевидно по ним прошлись очередью из автоматического оружия. Двору пришлось повидать многое в день перезагрузки.
Слева от рейдеров был еще один дом с проходной аркой. Туда они и направились. На соседней улице снова остановились как вкопанные.
Монах с усмешкой обернулся на Якута, наблюдая за его реакцией. Перед новичком раскинулось огромное черное поле. Каждая травинка на нём была произведением искусного стеклодува. Мёртвый кластер, а точнее, его граница. Этому виду позавидовал бы даже Сальвадор Дали.
Если раньше Якут удивлялся тому, как соединяются кластеры Улья, то теперь ему казалось, что он видит границу между двумя абсолютно разными мирами, у которых разные цвета и краски и, наверное, совершенно другая физика. Эту догадку тут же подтвердил Монах, произнеся:
— Даже не думай заходить в область черноты. Время там тебе покажется мгновением. Каждое движение будет даваться очень сложно. И если замешкаешься, уже не выберешься. Электроника там, кстати, тоже вся мгновенно выходит из строя.
Якут поймал себя на глупой мысли о том, что его восторгает эта картина. Искушенным ценителем прекрасного или необычного он себя не считал, но величие Улья он теперь осознал в полной мере. Настолько четкая граница проходила за домом между обычным и мертвым кластером, что казалось, будто кто-то большой и сильный вонзил широкое прозрачное и черное лезвие в землю, отделив большое пространство от остального, «обжитого» мира.
Новичок молча двинулся за напарником, искоса бросая взгляды на черный домик, видневшийся последи поля. Жуткая и безмолвная картина. На мгновение показалось, что находишься где-то в компьютерной игре. Однако вскоре чернота пропала из виду — Монах углубился на один переулок в сторону города.
На следующем повороте их ждал настоящий сюрприз. Проводник остановился и начал озираться, осматривая двор, через который должны были пройти путники. Детские грибочки, песочница, полная песка. И все бы ничего, но перед ними вдруг развернулось целое поле одуванчиков.
Якут остановился как вкопанный, с удивлением созерцая целое марево легкого и белого пуха, качающегося на ветру. Оно занимало почти все расстояние до старой школы, покрытой ободранными и пожелтевшими от времени панелями — ремонт в ней проводили явно очень давно. Монах нахмурился и обратился к своему товарищу:
— У тебя бывают такие моменты, когда внутренний голос говорит: не иди?
— Бывают.
— Вот у меня сейчас такое же ощущение. Больно странные эти одуванчики. Да и вообще, им тут явно не место.
Будто бы услышав реплику проводника, белое марево качнулось на ветру к рейдеру, и он почувствовал, как в лицо ему «дохнула» ехидная улыбка Улья. Монах поразился, насколько явственно он представил в своем сознании усмешку.
Плохие предчувствия закрались в душу мужика, забившись куда-то в угол так часто сейчас бьющегося сердца и мерзко поскребывая коготками стенки сосудов.
Монах неуверенно шагнул к морю белых куполов и его неожиданно пробил озноб. Огромные гипертрофированные шары покачивались на более темных, чем обычно стеблях.
Якут неслышно подошел и стал рядом с ним, указав рукою направо. Его более опытный товарищ посмотрел туда, куда показал новичок — на край белого поля. Там, по куполам, двигалось желтое пятно. Оно перекатывалось по всей поверхности. Вот овал приблизился к центру и поплыл в противоположный угол. Такое ощущение, что целую массу одуванчиков слегка подкрашивали в желтоватый цвет, как на фотографиях в сепии, и тут же окрашивали обратно в белый, как только пятно проходило через них.
Якут вытянул руку снова и произнес:
— Вон еще, гляди, — он указал в противоположный конец полянки.
Там двигались еще два пятна. Одно из них неожиданно слилось с первым. Раздался очень слабый треск и над полем, в месте соприкосновения пятен, поднялась в воздух серебристая взвесь, еле видная невооруженным глазом. Дымка частиц причудливо потянулась в разные стороны, и рейдеры невольно стали наблюдать за её играми на ветру.
Монах поднял лежащий рядом маленький кусок разбитой фары автомобиля и несильно запустил его на край поля. То, что произошло дальше, заставило обоих отшатнуться от белого ковра — пластик почернел на глазах и, издав шипящий звук, рассыпался в труху.
Проводник мгновенно поднял глаза на дымку, растекающуюся в стороны, и зашипел:
— Назад! Быстрее!
Оба рысью побежали в соседний двор, огибая это гиблое место. Когда напарники отдалились на приличное расстояние от удивительной детской площадки, новичок полюбопытствовал:
— Я так понимаю, ты этого раньше никогда не видел?
Монах отрицательно помотал головой:
— Даже не слышал о таком. Что-то новенькое. Впервые с таким сталкиваюсь. И, вообще, я как-то думал, что черные кластеры, это верх странностей этого мира. Ну, за исключением заката. О! Нам повезло. — Проводник показал на стоянку велосипедов.
У стоек были три двухколесных аппарата. Два из них были прикреплены небольшими хлипкими замочками. А один, видно, принадлежал хозяину, который в спешке забыл прицепить свое средство передвижения.
Короткий удар топором по слабому звену и цепь с мелким дробным стуком упала на асфальт. Рейдеры забрались на велосипеды и, набирая скорость, поехали друг за другом.
Якут уже не удивлялся таким причудам. В своем старом мире он скорее послал бы того, кто предложил бы раскатывать на велосипеде по вражеской территории. А здесь Улей и такая территория — везде. Но законы совсем другие.
Похожие однообразные улочки сменяли друг друга. На одной удалось встретить нескольких ползунов — кластер, перезагрузившийся давно, уже опустел. В целом, тут было пусто.
Проехали витрину ломбарда. Разбитое стекло говорило о том, что, возможно, когда начались массовые беспорядки при перезагрузке, некоторые особо ушлые элементы решили прикарманить себе добро из заведения.
На следующем повороте Монах резко затормозил. Якут, зазевавшись, чуть ли не влетел в него. Тем не менее, тормоза на велосипеде работали отменно. Новичок уставился на картину, которую уже пытливо рассматривал его старший товарищ.
Перед ними была декорация из японских фильмов про огромных монстров, подобных динозаврам. Посреди дороги лежал, перевернутый вверх колесами десятитонный грузовик. Кабина его была безжалостно смята и разорвана пополам, словно из него пытались выковырять водителя. Прямо на нем лежала легковушка. А, точнее, её часть. Вторая была заброшена на крышу небольшого одноэтажного гипермаркета.
Сам магазин тоже пострадал. Один угол здания полностью обвалился, а стеклянные стены были разбиты врезавшимся в них автомобилем. Вокруг грузовика до конца улицы валялись обломки машин. Пустовало только одно место — в асфальте и дороге была слегка заметная полукруглая выемка шириной где-то метра четыре. Она извилисто уходила за дома. Такое ощущение, будто через поселок проползла огромная змея, Только вряд ли бы она просто так продавила так сильно поверхность. Тут дело явно в другом. Рейдеры посмотрели на эту таинственную картину и Монах тихо скомандовал:
— Давай-ка быстрее крутить педалями.
— Что это?
— Без понятия. Но предчувствия плохие.
И действительно. Мало кто из даже невероятно сильных зараженных обладал такой силой, чтобы просто так с легкостью разбрасывать приличного веса грузовики.
Оба напарника быстрее закрутили педалями и вскоре отъехали далеко от места побоища. Якут ощутил себя еще менее значимым в мире Улья. Если в первые дни у них было хоть что-то: оружие, броня бронетранспортера, то сейчас он понял две вещи: есть такие создания, при встрече с которыми не поможет и крупный калибр, и есть непростые ситуации, где тебя может угробить самый обычный, немного развитый, зараженный. Якуту вспомнился лотерейщик в зловонном подвале и по спине сразу пробежал мурашки.
От тяжелых мыслей его отвлек Монах:
— Налево! Живее! Он возвращается!
— Кто?
Напарник не ответил и лишь усиленно закрутил педалями по направлению к полуразрушенному дому, где в одном из подъездов была открыта дверь.
Новичок последовал за ним и, на ходу спрыгивая с велосипеда и отбрасывая его в сторону, понесся следом по темному коридору на второй этаж. Монах бросился под подоконник и замер, высматривая поверх него что-то на улице. Теперь и Якут услышал многоголосое шуршание, доносившееся снаружи.
Звук медленно нарастал и переходил в странный вой, который бывает тогда, когда потоки воздуха попадают в пространство, где для них много небольших преград.
Якут не удержался и тоже одним глазом выглянул из-за угла оконного проема. Не смотря на то, что стекло было грязным и засаленным, ему хватило одного взгляда, чтобы вместе с Монахом отпрянуть назад.
Проводник в этот момент словно отключился от происходящего вокруг. Бежать смысла не было — хозяин этого поселка мог достать их где угодно.