ствиями других. Поскольку действие является одним из основных каналов коммуникации между индивидами, надежное определение агента действия способствует дифференциации себя от других и является центральным фактором в формировании более сильных версий самосознания (Jeannerod 1999; Proust 2000). Для быстрого и гибкого управления социальными взаимодействиями атрибуции агентности - содержание того, что Пруст назвал "суждениями об агентности", - должны быть доступны в глобальном масштабе. Именно на этом уровне репрезентативного содержания человеческая Я-модель может быть использована в качестве инструмента для создания сложного и согласованного социального поведения. Осознанное переживание агентности в себе и других, возможно, стало решающим шагом в переходе от биологической к культурной эволюции.
6.5 Перспективность: Феноменальная модель отношения интенциональности
В начале этой главы я представил важную теоретическую сущность, "феноменальную Я-модель". Я утверждал, что эта сущность - нечто реально существующее, причем не только как отдельная теоретическая единица, но и как нечто, что будет эмпирически обнаружено в будущем - например, как конкретная стадия глобальной нейронной динамики в человеческом мозге, характеризующаяся дискретной и единичной функциональной ролью. Теперь я введу вторую теоретическую сущность, которая также имеет центральное значение для понимания репрезентативной глубинной структуры феноменальной перспективы первого лица. Это понятие "феноменальной модели отношения интенциональности", с которым мы неоднократно сталкивались в предыдущих трех разделах. Концепция PMIR, наконец, позволит нам более точно понять ограничение 6, ограничение перспективности для сознательной обработки, которое было разработано в разделе 3.2.6. Вместе с идеей прозрачной глобальной модели мира, активируемой в пределах окна присутствия, эта третья важная теоретическая единица позволит нам в конце этой главы предложить более информативную версию минимальной концепции субъективного сознания. Она поможет нам разработать самый первый репрезентационистский и функционалистский анализ перспективного опыта, того факта, что сознание в стандартных условиях всегда привязано к индивидуальной перспективе первого лица.
Что представляет собой феноменальная модель отношения интенциональности? Это сознательная ментальная модель, и ее содержанием является непрерывное, эпизодическое субъектно-объектное отношение. Вот несколько примеров в терминах типичных феноменологических описаний рассматриваемого класса феноменальных состояний: "Я - некто, кто в данный момент визуально обращает внимание на цвет книги в моих руках"; "Я - некто, кто в данный момент постигает содержание предложения, которое я читаю"; "Я - некто, кто в данный момент слышит звук холодильника позади меня"; "Я - некто, кто сейчас решает встать и выпить еще немного сока". Первой определяющей характеристикой феноменальных моделей отношения интенциональности является то, что они изображают определенные отношения как существующие в данный момент между системой, прозрачно представленной самой себе, и объектным компонентом. Этот класс феноменальных ментальных моделей особенно богат, потому что, во-первых, число возможных компонентов объекта почти бесконечно велико. Давайте посмотрим на наши примеры с позиции третьего лица, репрезентациониста, и увидим, как может варьироваться объектный компонент.
В первой ситуации объектный компонент образован перцептивным объектом, данным через визуальную и тактильную модальности. Репрезентативное содержание может быть описано как [A self in the act of attending to a book in its hands]. Важной особенностью, продемонстрированной во втором примере, является то, что объектный компонент также может быть сформирован непрозрачным видом сознательного содержания, как в случаях когнитивного самомоделирования. Во втором примере репрезентативное содержание может быть описано как [A self in the act of understanding the semantic content of the sentence it is currently reading]. Рассматривая этот второй пример, мы можем отметить третью определяющую характеристику для класса феноменальных ментальных моделей отношения интенциональности: Субъектный компонент, образованный активной в данный момент Я-моделью, всегда прозрачен, хотя может иметь дополнительные непрозрачные разделы. Второй пример также показывает, как различные феноменальные ментальные модели отношения интенциональности делают глобально доступными различные типы отношений между субъектом и объектом, например, присутствие, мышление, желание и так далее. Конечно, все это не психология пропозициональных установок, поскольку лежащая в ее основе теория ментальных репрезентаций имеет гораздо более эмпирически правдоподобный вид, следуя коннекционистским и динамистским исходным предположениям. Однако, возможно, будет полезно отметить, что, как и в концептуальном анализе пропозициональных установок, у нас есть что-то вроде спецификатора содержания (объектный компонент), спецификатора личности (прозрачная модель системы в целом) и спецификатора отношения (вид отношения между субъектом и объектом, представленный на уровне сознательного опыта). Это станет более очевидным, когда мы рассмотрим два следующих примера.
В низкоуровневом внимании феноменально смоделированное самообъектное отношение внезапно всплывает, так сказать, без сопутствующего феноменального качества агентности. Сравните наш третий пример: [Я в действии, внезапно замечающее звук холодильника позади себя]. Здесь у нас есть прозрачная Я-модель, прозрачная объект-модель, и отношения между ними выглядят как совершенно "неконструируемые", как немедленно данные, как без усилий и естественно возникающие в сознательной модели мира, так сказать. Разумеется, внезапной активации этой модели предшествует сложная цепь бессознательных нейронных событий. Тип осознанно переживаемых отношений - это не [сознательное присутствие], как в случае с книгой, а [обнаружение себя вынужденным автоматически присутствовать]. Не хватает аттенционального агентства, прозрачной репрезентации процесса выбора объектного компонента для внимания, интегрированного в Я-модель. Однако существует не только когнитивная и аттенционная перспектива первого лица, но и волевая перспектива первого лица. Интересно, что объектный компонент теперь может быть также образован феноменальными симулякрами, например, сознательным представлением возможных действий. С точки зрения репрезентационизма от третьего лица, четвертый и последний пример можно проанализировать как [Я в акте выбора определенного возможного действия, например, подойти к холодильнику и взять еще один напиток]. За активацией такого рода репрезентативного содержания обычно следует реальное воплощение действия, запуск сложной моторной самосимуляции, которая теперь соединена с эффекторами. До этого событие состояло в том, чтобы феноменально смоделировать ряд возможных действий, а затем как бы "дотянуться" до одного из них, сделать его своим. Это момент интеграции активной в данный момент прозрачной Я-модели с непрозрачной симуляцией действия или аллоцентрической, пока еще нейтральной по отношению к самому себе репрезентацией цели, порождая тем самым феноменальную модель отношения практической интенциональности.23 Сознательная, волевая перспектива от первого лица возникает, если активируется феноменальная модель системы в целом как стоящей в отношении потенциального волевого компонента объекта. Пассивно желая определенного объекта, например, сока, который должен быть найден в холодильнике, мы сознательно моделируем неволевой тип отношений, и объектный компонент не формируется возможным действием, как в подлинно волевой перспективе, а только возможной целью действия. Короче говоря, феноменальные модели отношения интенциональности состоят из прозрачного субъектного компонента и варьирующихся объектных компонентов, которые могут быть как прозрачными, так и непрозрачными, преходяще интегрируясь во всеобъемлющее, комплексное представление системы как стоящей в определенном отношении к определенной части мира. Общая картина, которая возникает, - это модель человеческого Я, непрерывно интегрирующая механизмы аттенциональной, когнитивной и волевой готовности на стабильном фоне, образованном прозрачной репрезентацией телесного Я.
Обратите внимание, что PMIR имеет феноменально опытное направление: ПМИРы подобны стрелкам, указывающим от Я-модели к объектному компоненту. Будучи феноменальными репрезентациями асимметричного двухместного отношения, они напоминают асимметричные отношения между representata и representanda, концептуально представленные в главе 2. Как только человек понял стреловидную природу PMIR, два особых случая могут быть описаны гораздо более четко. Во-первых, стрела может быть направлена не только наружу, но и вниз (феноменологически говоря, внутрь). В случаях, когда объектный компонент формируется самой ПСМ (как при внимании к себе или осознанном мышлении о себе), ПМИР внутренне моделирует отношения "система-система", а не "система-объект". Во-вторых, в сознательно переживаемом социальном познании объектный компонент может быть либо сформирован феноменальной моделью другого агента, либо стрелкой в голове другого агента (как при наблюдении за другим человеком, наблюдающим за другим человеком). Важно всегда помнить, что при обсуждении конкретного ПМИР мы говорим только о феноменальном содержании. Эмпирическое содержание локально зависит от свойств мозга. Мозг в чане, поддерживаемый машинным интеллектом долгое время после того, как последние формы биологического или сознательного интеллекта исчезнут из Вселенной, мог бы наслаждаться рефлексивным самосознанием так же, как и яркими формами феноменальной интерсубъективности.
Другими словами, только что сделанный философский шаг заключается в феноменализации интенциональности. Феноменализация интенциональности, я бы сказал, может быть необходимым обходным путем, необходимым первым шагом в проекте натурализации интенциональности tout court. Смысл и сознательный опыт осмысленности, возможно, придется разделить. Вообще говоря, ментальные репрезентации обладают двумя видами содержания: феноменальным содержанием и интенциональным содержанием. Феноменальное содержание контролируется локально. Интенциональное содержание во многих случаях определяется внешними и нелокальными факторами. Как отмечалось выше, интенциональность как таковая не является эпистемической целью в рамках данной книги. Однако важно отметить, как интенциональность (на дорациональном уровне, вероятно, начиная с моторной системы и ранних уровней обработки внимания) сама по себе отображается на уровне феноменального содержания. И именно этим сознательным содержанием на протяжении столетий руководствовались теоретики, разрабатывая свои, ставшие уже классическими, теории интенциональности. Благодаря принципу локальной супервентности сегодня стало весьма правдоподобным, что этот аспект интенциональности может быть натурализован. Феноменальный опыт бытия интенционального агента, бытия воспринимающего, внимающего и познающего субъекта, может быть натурализован. Конечно, это ни в коей мере не исключает возможности того, что интенциональное содержан